О правовых подходах процессуальной доктрины к дискреционным полномочиям, закрепленным в ч. 3 ст. 381, ч. 3 ст. 391.5 ГПК РФ и ч. 8 ст. 291.6, ч. 7 ст. 308.4 АПК РФ, а также в ч. 1 ст. 391.11 ГПК РФ и ч. 1 ст. 308.10 АПК РФ

Предыдущая страница

О правовых подходах процессуальной доктрины к дискреционным полномочиям, закрепленным в ч. 3 ст. 381, ч. 3 ст. 391.5 ГПК РФ и ч. 8 ст. 291.6, ч. 7 ст. 308.4 АПК РФ.

В цивилистической процессуальной доктрине (в которой они рассматриваются по общему правилу в аспекте надзорного производства, хотя, по сути, сформулированные выводы в значительной степени применимы и к кассационному производству) отношение к рассматриваемым дискреционным полномочиям Председателя ВС РФ, его заместителя, как было отмечено ранее, в целом негативное <1>. Причем оно было таковым еще со времен появления соответствующего законопроекта, и зачастую в результате формулировалось положение о необходимости полного исключения соответствующих правил вначале из законопроекта, а затем из вступившего в законную силу ГПК РФ <2>. Что касается претензий, то они в основном схожи с теми, что сформулированы ЕСПЧ и КС РФ, что понятно, поскольку по большому счету основаны на их правовых позициях и используемых ими правовых понятиях, хотя в ряде аспектов более детальны. Среди них наиболее существенными представляются следующие:

———————————

<1> Имея в виду наличие в УПК РФ норм, по сути аналогичных рассматриваемым, — применительно к кассации норма ч. 3 ст. 401.8, а в отношении надзора норма ч. 3 ст. 412.5 — нельзя не отметить, что и в науке уголовного процессуального права отношение к соответствующим дискреционным полномочиям в целом отрицательное. Так, Н.Н. Ковтун со ссылкой на уже упоминавшееся решение ЕСПЧ по вопросу о приемлемости жалобы по делу «Анатолий Александрович Денисов (Anatoliy Aleksandrovich Denisov) против Российской Федерации» указывает, что в соответствии с позициями ЕСПЧ указанные дискреционные полномочия Председателя ВС РФ порождают явную неопределенность в процедуре организации состязательного надзорного пересмотра. Они же как минимум вызывают вопросы в российской уголовно-процессуальной доктрине, поскольку посредством указанных новаций в систему проверки обжалованных судебных решений, по сути, введена новая инстанция — председатель (заместитель председателя) соответствующего суда. Однако все легитимные инстанции указаны законодателем в нормах закона. Председатель суда не входит в указанный перечень. См.: Ковтун Н.Н. Апелляционное, кассационное и надзорное производство по уголовным делам в контексте соответствия международно-правовому стандарту // Международное уголовное право и международная юстиция. 2012. N 3.

<2> См., например: Балашова И.Н. Проблемы пересмотра судебных постановлений в порядке надзора в гражданском судопроизводстве: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2004; Рехтина И.В. Об унификации норм, регулирующих производство в порядке надзора в гражданском процессе // Журнал российского права. 2006. N 10; Парфирьев Д.Н. Эффективное надзорное производство в гражданском процессе: быть или не быть? // Российская юстиция. 2011. N 10; Терехова Л.А. Система пересмотра судебных решений в ГПК РФ // Вестник гражданского процесса. 2012. N 3.

 

— отсутствие определенности в основаниях, по которым должностные лица могут не согласиться с мнением судьи надзорной инстанции, т.е. неясность критериев передачи дела для рассмотрения по существу в суд надзорной (кассационной) инстанции, их полная зависимость от усмотрения должностных лиц ВС РФ <1>;

———————————

<1> См.: Курпас М.В. О соответствии предложенной законодателем процедуры доступа в суд надзорной инстанции международно-правовым и конституционным принципам судопроизводства // Международное публичное и частное право. 2011. N 3; Борисова Е.А. О гарантиях судебной защиты на стадиях апелляционной, надзорной проверки судебных решений // Юридический мир. 2006. N 4; Она же. Проверка судебных актов по гражданским делам. М., 2005; Терехова Л.А. Система пересмотра судебных решений в ГПК РФ; Парфирьев Д.Н. Указ. соч.; Киселев А. Гражданский процесс: иллюзия света в конце тоннеля // СПС «КонсультантПлюс»; Ярков В.В. Новеллы ГПК РФ: «Новое вино в старые меха»? // Юридическая газета. 2011. 12 мая.

 

— неопределенность временных границ, в рамках которых Председатель ВС РФ и его заместитель могут проверить определение судьи ВС РФ об отказе в передаче дела на судебное заседание в суд надзорной инстанции, в любом случае увеличение сроков надзорного производства, что не корреспондирует правилу о шестимесячном сроке, установленному ст. 35 Конвенции <1>;

———————————

<1> См.: Курпас М.В. Указ. соч.; Рехтина И.В. Об унификации норм, регулирующих производство в порядке надзора в гражданском процессе; Парфирьев Д.Н. Указ. соч.; Киселев А. Указ. соч.

 

— нарушение посредством реализации рассматриваемых полномочий принципа правовой определенности (п. 1 ст. 6 Конвенции), в том числе ограничение стабильности судебного постановления <1>;

———————————

<1> См.: Рехтина И.В. Об унификации норм, регулирующих производство в порядке надзора в гражданском процессе; Балашова И.Н. Указ. соч.

 

— подрыв принципа независимости судей и подчинения их только закону, в том числе во взаимосвязи с нарушением требования о беспристрастности судей <1>;

———————————

<1> См.: Балашова И.Н. Указ. соч.; Рехтина И.В. Об унификации норм, регулирующих производство в порядке надзора в гражданском процессе; Султанов А.Р. Правовая определенность в надзорном производстве ГПК РФ и практика Конституционного Суда РФ // Право и политика. 2007. N 5.

 

— неустановление порядка рассмотрения «повторной» жалобы, в том числе порядка ознакомления Председателя ВС РФ и его заместителя с определением судьи ВС РФ об отказе в передаче надзорной жалобы (представления) для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции <1>;

———————————

<1> См.: Борисова Е.А. О гарантиях судебной защиты на стадиях апелляционной, надзорной проверки судебных решений; Курпас М.В. Указ. соч.; Терехова Л.А. Система пересмотра судебных решений в ГПК РФ.

 

— отсутствие возможности обжалования актов Председателя ВС РФ и его заместителя, которыми реализуются рассматриваемые дискреционные полномочия <1>;

———————————

<1> См.: Курпас М.В. Указ. соч.

 

— фактическое увеличение инстанций, в частности надзорных <1>;

———————————

<1> См.: Борисова Е.А. О гарантиях судебной защиты на стадиях апелляционной, надзорной проверки судебных решений; Терехова Л.А. Система пересмотра судебных решений в ГПК РФ; Парфирьев Д.Н. Указ. соч.

 

— отступление от требования об эффективности средства правовой защиты (ст. 13 Конвенции), поскольку сохранение рассматриваемого дискреционного полномочия в надзорной инстанции влечет дублирование полномочий, а также усложнение и без того нагроможденной процедуры кассационной проверки <1>.

———————————

<1> См.: Рехтина И.В. Изменения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в области обжалования судебных постановлений // Юрист. 2011. N 9.

 

Впрочем, уже с периода начала действия нового ГПК РФ были и те, кто в той или иной мере поддерживали наделение должностных лиц надзорных инстанций судов общей юрисдикции рассматриваемыми дискреционными полномочиями, оценивая эти нормы права как показатель того, что в надзорном производстве в гражданском процессе обеспечивается более высокий уровень гарантий прав участников процесса, и даже высказывали недоумение в связи с тем, почему аналогичные положения не были введены в арбитражный процесс <1>. А.Е. Ефимов, признавший поначалу эту точку зрения совершенно справедливой <2>, впоследствии уточнил, что она вполне справедлива «на первый взгляд» <3>.

———————————

<1> См.: Азаров В.В. Право на обращение в суд и его реализация при обращении в арбитражные суды вышестоящих инстанций // Арбитражный и гражданский процесс. 2003. N 12.

<2> См.: Ефимов А.Е. Об унификации надзорных производств в гражданском и арбитражном процессах // Современное право. 2005. N 6.

<3> См.: Ефимов А.Е. Надзорное производство в арбитражном процессе. М., 2007.

 

С. Никоноров, рассуждая об этих полномочиях еще применительно к тому периоду, когда должностные лица суда не были уполномочены на отмену отказных определений судей, отмечал, что деятельность указанных должностных лиц не является деятельностью вышестоящей судебной инстанции по отношению к деятельности, осуществляемой судьями соответствующих судов надзорной инстанции, а полностью дублирует деятельность последних по предварительной проверке судебного акта в порядке надзора. ГПК РФ, по сути, предусматривается возможность осуществления двух предварительных проверок судебного постановления в порядке надзора одной и той же судебно-надзорной инстанцией: сначала судьей соответствующего суда надзорной инстанции и затем должностными лицами, указанными в ч. 6 ст. 381 и ч. 2 ст. 383 ГПК РФ <1>. Но сейчас речь, как известно, уже не идет просто о двух проверках. В настоящее время должностные лица вправе отменять отказные определения судей (т.е., по сути, образовалась некая квазиинстанция), что едва ли корреспондирует выводу ЕСПЧ о недопустимости неравенства судей одного суда.

———————————

<1> См.: Никоноров С. Задачи и цели стадии проверки судебных постановлений в порядке надзора в гражданском процессе // Арбитражный и гражданский процесс. 2004. N 2.

 

В.М. Жуйков определяет наделение соответствующих должностных лиц суда дискреционными полномочиями как меру для «усиления гарантий правильного рассмотрения надзорной жалобы». Впрочем, обращая внимание на недостаточную урегулированность процедуры их реализации, он отмечает, что в результате (особенно с учетом возможности восстановления срока обжалования судебных постановлений) возникает неопределенность в окончательности разрешения дела: лица, обжалующие судебные постановления, подавая новые жалобы и приводя в них новые доводы, сохраняют надежду на благоприятный для них исход; лица, в пользу которых вынесены решения, не могут быть уверены в их неизменности и стабильности своего правового положения, определенного этими решениями <1>.

———————————

<1> См.: Жуйков В.М. Судебная реформа: проблемы доступа к правосудию. М., 2006.

 

Что касается сформулированных в доктрине предложений (кроме, разумеется, лишения соответствующих должностных лиц ВС РФ этих дискреционных полномочий), то здесь в позитивном плане в нынешних условиях отметить можно очень немного. В связи с этим можно упомянуть идею Л.А. Тереховой для изменения складывавшейся на тот момент судебной практики, предложившей деятельность председателя суда надзорной инстанции регламентировать более четко, установив, что свой контроль он осуществляет по всем рассмотренным жалобам до возврата дела. Определение, принятое судьей (в порядке ч. 2 ст. 381 и ч. 2 ст. 382 ГПК РФ), должно быть утверждено председателем суда и только после этого направляется заинтересованному лицу. Если определение не утверждается, председатель выносит соответствующее определение, именно его направляют заявителю. Такая деятельность председателя суда, на ее взгляд, компенсирует единоличное рассмотрение судьей вопросов об истребовании дела и передаче его для рассмотрения по существу в суд. По мнению Л.А. Тереховой, в этом случае и ч. 6 ст. 381, и ч. 2 ст. 383 ГПК РФ вполне могли быть истолкованы правоприменительной практикой именно в таком порядке <1>.

———————————

<1> Подробнее см.: Терехова Л.А. Надзорное производство в гражданском процессе: проблемы развития и совершенствования. М., 2009.

 

О правовых подходах процессуальной доктрины к дискреционным полномочиям, установленным в ч. 1 ст. 391.11 ГПК РФ и ч. 1 ст. 308.10 АПК РФ.

Доктринальные подходы к этим дискреционным полномочиям в основном отрицательные.

Из сохраняющих значимость претензий в отношении дискреционного полномочия, предусмотренного ст. 391.11 ГПК РФ, сформулированных в процессуальной доктрине, необходимо выделить следующие (они, конечно, во многом перекликаются с теми, которые сформулированы применительно к ч. 3 ст. 381, ч. 3 ст. 391.5 ГПК РФ и ч. 8 ст. 291.6, ч. 7 ст. 308.4 АПК РФ):

— наличие возможности повторного обжалования в одной инстанции сохраняется, что нивелирует положительный эффект от сокращения надзорных инстанций до одной <1>;

———————————

<1> См.: Парфирьев Д.Н. Указ. соч.; Терехова Л.А. Система пересмотра судебных решений в ГПК РФ.

 

— сохранение положения, когда отсутствует правовое регулирование реализации полномочия Председателя ВС РФ, что позволяет говорить о господстве личного усмотрения, а не права <1>;

———————————

<1> См.: Парфирьев Д.Н. Указ. соч.; Князькин С. Особенности нового судебного надзора // ЭЖ-Юрист. 2011. N 50.

 

— неопределенность продолжительности надзорного производства, поскольку законодательно не установлено никаких временных ограничений на реализацию полномочия, предусмотренного ч. 3 ст. 391.5 ГПК РФ, а срок на подачу жалобы на имя Председателя ВС РФ для внесения им представления в Президиум ВС РФ остался прежним — полгода. В результате он превышает новый трехмесячный срок подачи надзорной жалобы в 2 раза <1>;

———————————

<1> См.: Парфирьев Д.Н. Указ. соч.; Терехова Л.А. Система пересмотра судебных решений в ГПК РФ.

 

— неопределенность оснований для реализации названных полномочий и отмены судебных постановлений, основания для внесения представления претерпели некоторые изменения, но не стали соответствовать основаниям для отмены судебных постановлений. Установление же целевой направленности внесения представления на устранение фундаментальных нарушений норм права вновь возвращает нас к оценочному понятию со всеми вытекающими из этого проблемами <1>;

———————————

<1> См.: Парфирьев Д.Н. Указ. соч.; Афанасьев Д.В. Подача жалобы в Европейский суд по правам человека. Кн. 1. М., 2012; Князькин С. Указ. соч.

 

— возвращение публично-правового подхода к осуществлению проверки вступивших в законную силу судебных постановлений, что не согласуется с общей частноправовой концепцией обжалования судебных постановлений <1>;

———————————

<1> См.: Борисова Е.А. Развитие норм ГПК РФ о проверке и пересмотре судебных постановлений: теория и практика // Вестник гражданского процесса. 2013. N 4; Султанов А.И. Правовая определенность в надзорном производстве ГПК РФ и практика Конституционного Суда РФ; Нешатаева Т.Н. Суд и защита прав и свобод граждан Российской Федерации // Сравнительное конституционное обозрение. 2004. N 4(49); Барсукова В.Н. Надзорное производство в гражданском процессе в свете реформы проверочных инстанций // Арбитражный и гражданский процесс. 2012. N 9.

 

— конкуренция между различными возможностями по обжалованию, поскольку ГПК РФ (как и АПК РФ, впрочем) не вводит понятие «исчерпание иных возможностей по пересмотру вступившего в силу решения». Для заинтересованного лица выгоднее сразу же обратиться к Председателю ВС РФ, поскольку такой путь освобождает от этапа фильтрации <1>.

———————————

<1> См.: Терехова Л.А. Система пересмотра судебных решений в ГПК РФ.

 

Есть, разумеется, и исследования, в которых отношение к рассматриваемым дискреционным полномочиям можно оценить как если не позитивное, то, во всяком случае, не отрицательное.

И.В. Решетникова отмечает, что норма ст. 391.11 ГПК РФ — это свидетельство возрастающей роли судебной практики и судов в жизни России, необходимости создания единой судебной практики <1>.

———————————

<1> См.: Постатейный комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. П.В. Крашенинникова. М., 2012.

 

И.В. Рехтина, ссылаясь на французский опыт, полагает, что установленный в ст. 391.11 ГПК РФ порядок пересмотра судебных постановлений во многом корреспондирует с правом генерального прокурора при Кассационном суде Франции обжаловать судебное постановление в интересах закона (pourvoi dans de la loi) или в связи с превышением полномочий (pourvoi pour de pourvoir) <1>.

———————————

<1> См.: Рехтина И.В. Особенности обжалования вступивших в законную силу судебных постановлений в гражданском судопроизводстве России и отдельных государств Европы // Арбитражный и гражданский процесс. 2013. N 11. Об этом же см.: Проверка судебных постановлений в гражданском процессе стран ЕС и СНГ: Монография / Под ред. Е.А. Борисовой. М., 2007.

 

В.М. Жуйков указывает, что, закрепляя в ст. 389 ГПК РФ положение о том, что мотивированное представление о пересмотре судебных постановлений вносится в целях обеспечения единства судебной практики и законности, ГПК РФ тем самым фактически допускает возможность того, что определения Президиума ВС РФ по конкретным делам могут быть использованы нижестоящими судами в качестве судебного прецедента при рассмотрении аналогичных дел <1>.

———————————

<1> См.: Практика применения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации: Практическое пособие / Под ред. В.М. Жуйкова. М., 2005.

 

И.А. Сенцов применительно к ст. 391.11 ГПК РФ в сравнении со ст. 389 ГПК РФ отмечает, что норма, ранее регулировавшая тремя строчками фактически неограниченные полномочия соответствующих должностных лиц в надзорной инстанции, трансформировалась в полноценную статью из четырех частей. Хотя уточненные формулировки и небесспорны, но в целом мы считаем их позитивными, поскольку они хотя бы отчасти ограничивают вышеназванные «неограниченные полномочия» <1>.

———————————

<1> См.: Сенцов И.А. ГПК РФ: десять лет в движении (анализ изменений и дополнений с 2003 по 2013 г.) // Вестник гражданского процесса. 2013. N 4.

 

Что касается конкретных предложений уточняющего характера по отношению к существующему правовому регулированию соответствующих дискреционных полномочий, то сформулированных в этом плане в процессуальной доктрине явно немного <1>.

———————————

<1> В связи с этим можно упомянуть идею И.В. Рехтиной об установлении предельного срока (в рамках общего срока обжалования в порядке надзора) для возможности принесения Председателем ВС РФ, его заместителем мотивированного представления в Президиум ВС РФ о пересмотре дела в порядке надзора. Это особенно важно, так как на сегодняшний день стадия производства в порядке надзора не рассматривается как последнее звено внутригосударственных средств правовой защиты, которые необходимо исчерпать. См.: Рехтина И.В. Об унификации норм, регулирующих производство в порядке надзора в гражданском процессе.

Следующая страница

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code