К ВОПРОСУ О ПРОЦЕССУАЛЬНОМ СТАТУСЕ СЛЕДОВАТЕЛЯ-КРИМИНАЛИСТА

М.Р.ГЛУШКОВ

Отмечены проблемы, связанные с процессуальными полномочиями следователя-криминалиста. Рассмотрен вопрос его статуса при участии в следственном действии. Показано, что участвовать в нем в качестве специалиста, вопреки распространенной точке зрения, следователь-криминалист не может. Такое участие реализуется в порядке п. 40.1 ст. 5 УПК РФ.

Ключевые слова: следователь-криминалист, прокурор-криминалист, процессуальный статус, участие в следственном действии, специалист, специальные знания, применение технических средств, видеозапись, фотографирование, отвод специалиста.

 

В конце 2008 г. в отечественном уголовном процессе появилась фигура следователя-криминалиста — одноименным п. 40.1 была дополнена ст. 5 УПК РФ <1>.

———————————
<1> Федеральный закон от 02.12.2008 N 226-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» // СПС «КонсультантПлюс».

 

И лишь через два года должности следователей-криминалистов были предусмотрены нормативными актами, регламентирующими работу Следственного комитета РФ — Федеральным законом от 28.12.2010 N 403-ФЗ «О Следственном комитете Российской Федерации» и Указом Президента РФ от 14.01.2011 N 38 «Вопросы деятельности Следственного комитета Российской Федерации», утвердившим Положение об этом ведомстве. С 11.08.2011 действовал Приказ Председателя Следственного комитета Российской Федерации N 124 «Об организации работы следователей-криминалистов в системе Следственного комитета Российской Федерации». Через два года его сменил Приказ от 08.08.2013 N 53 «Об организации работы следователей-криминалистов в Следственном комитете Российской Федерации».

Появление п. 40.1 в ст. 5 УПК РФ встречено специалистами неоднозначно. Одни не усматривают разумных оснований для появления в уголовном судопроизводстве новой процессуальной фигуры <2>, другие считают, что нововведение деформирует традиционные подходы к пониманию сути и содержания понятия «следователь» <3>. Третьи, признавая целесообразность существования криминалистической службы, видят полномочия следователя-криминалиста производными не от следователя, а от руководителя Следственного отдела (учитывая преемственность с прокурорами-криминалистами) и считают, что более корректным наименованием для нового участника было бы «инспектор-криминалист» <4>.

———————————
<2> Быков В.М. Следователь-криминалист как новый участник уголовного процесса со стороны обвинения // Российская юстиция. 2009. N 7. С. 43 — 45.
<3> Мешков М.В., Гончар В.В. Следователь в уголовном процессе России: понятийно-правовые проблемы // Российский следователь. 2011. N 23. С. 19.
<4> Темираев О.П. Процессуальные полномочия следователя-криминалиста // Российский следователь. 2012. N 18. С. 26.

 

С одними из приводимых авторами доводов можно соглашаться, с другими — нет, но так или иначе следует признать, что, вводя новое участвующее лицо в уголовное судопроизводство, законодатель был, мягко говоря, немногословен <5>. Действительно, ст. 5 УПК РФ начинается так: «Основные понятия, используемые в настоящем Кодексе, имеют следующие значения: …». При этом термин «следователь-криминалист» кроме как в п. 40.1 этой статьи в УПК РФ не встречается (не используется) больше ни разу.

———————————
<5> Рыжаков А.П. Осмотр: основания и порядок производства: Учеб. пособ. М., 2013.

 

Не будучи упомянутым в гл. 6 УПК РФ среди участников уголовного судопроизводства со стороны обвинения, следователь-криминалист, по образному выражению В. Божьева, был введен в уголовно-процессуальные отношения «с черного хода» <6>.

———————————
<6> Божьев В. Сущность изменений в УПК РФ от 02.12.2008 // Законность. 2009. N 5.

 

Лаконичность формулировок УПК РФ, посвященных следователю-криминалисту, повлекла неизбежную полемику относительно его правового статуса, а, стало быть, и полномочий. И если для деятельности по самостоятельному осуществлению предварительного следствия вопросов на практике, как правило, не возникает (это полномочия, предусмотренные ст. 38 УПК РФ для следователя), то для случаев участия следователя-криминалиста в процессуальных действиях все уже не так ясно.

Упомянутый Приказ Председателя Следственного комитета Российской Федерации от 08.08.2013 N 53 содержит по этому поводу такое положение (пп. 3 п. 2): «Обеспечивать внесение соответствующей отметки в протокол… при участии следователей-криминалистов в производстве или при производстве ими отдельных следственных и иных процессуальных действий» <7>.

———————————
<7> Сборник основных приказов, распоряжений и указаний Председателя Следственного комитета Российской Федерации за 2012 — 2013 гг. М., 2013. С. 364.

 

То, что следователь обязан указывать в протоколе всех участвующих лиц, в том числе и следователя-криминалиста, — это, действительно, прямое требование п. 3 ч. 3 ст. 166 УПК РФ. Вопрос стоит иначе: в каком качестве записывать его в протокол?

Не секрет, что на место происшествия следователь-криминалист часто выезжает в качестве своеобразного «ответственного от руководства» с тем, чтобы организовать работу по раскрытию преступления, собрать необходимую информацию для доклада в управление, а также лично ознакомиться с обстановкой происшествия на случай, если в дальнейшем возникнет необходимость оказывать помощь в расследовании по делу.

Такая деятельность, если она не сопровождается реальным участием в следственных действиях, носит организационный характер, а не процессуальный. Поэтому фигурировать в протоколах следователь-криминалист в подобных случаях не должен, и предметом нашего рассмотрения они не будут.

Интерес представляют ситуации, когда следователь-криминалист фактически оказывает помощь следователю, применяя фотографирование на месте происшествия, видеозапись в ходе проверки показаний на месте и т.п.

Его процессуальный статус при выполнении таких задач практические работники видят по-разному. Одни считают, что следователь-криминалист осуществляет функции специалиста, и в таком качестве заносят его в протокол, соответственно, разъясняя при этом положения ст. 58 («Специалист») УПК РФ. Другие полагают, что необходимо делать запись об «ином участвующем лице», разделяясь во мнениях лишь об объеме его прав — от той же ст. 58 УПК РФ до игнорирования вовсе процедуры разъяснения прав следователю-криминалисту.

При этом надо отметить, что обе точки зрения одинаково распространены. Итоги опросов слушателей Института повышения квалификации Академии Следственного комитета Российской Федерации, проводимых на практических занятиях по криминалистике <8>, показывают, что за первую из них высказываются 49%, за вторую — 51%.

———————————
<8> Опросы проводились в течение 2014 — 2015 гг., в них приняли участие 311 слушателей различных категорий (следователи, руководители следственных отделов, следователи-криминалисты, сотрудники отделов процессуального контроля).

 

В качестве аргумента за первую точку зрения приводят такой: следователь-криминалист применяет технические средства и специальные знания и подпадает, таким образом, под действие ст. 58 УПК РФ.

Мнение о том, что применение специальных средств является исключительной прерогативой специалиста, относится к одному из распространенных в следственной практике заблуждений. Часть 6 ст. 164 УПК РФ допускает применение при производстве следственного действия технических средств, однако нигде не указано, кто должен или может этим заниматься. В любом случае закон не содержит запрета применять технические средства следователю либо иному лицу по его поручению — будь то сотрудник органа дознания, привлекаемый на основании поручения в порядке ч. 4 ст. 38 УПК РФ для содействия при осуществлении процессуального действия, или тот же специалист.

Что же касается последнего, то в ст. 58 УПК РФ и правда идет речь о технических средствах. Но лишь применение их в исследовании материалов уголовного дела придает участвующему лицу статус специалиста по определению.

Относительно специальных знаний нужно иметь в виду, что обладающий ими участник судопроизводства не становится специалистом в силу одного лишь участия в следственном действии. Такое участие должно реализовываться в строго определенных ч. 1 ст. 58 УПК РФ формах. Ближе всего к рассматриваемой нами ситуации находятся такие из них, как содействие в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов. Очевидно, что к такому содействию не относится, например, применение фотографирования или видеозаписи, как, впрочем, и многие другие действия следователя-криминалиста на месте происшествия. Со стороны законодателя логичнее было бы здесь вести речь не о предметах и документах, а о следах преступления или доказательствах <9>, это значительно расширило бы возможности участия сведущих лиц в следственном действии.

———————————
<9> Как это было сделано, кстати, в прежнем законе — см. ст. 133.1 УПК РСФСР // СПС «КонсультантПлюс».

 

Однако даже в такой, расширительной, редакции ст. 58 УПК РФ об участии следователя-криминалиста в качестве специалиста говорить было бы нельзя. И вовсе не потому, что подчас следователи-криминалисты, применяя бытовую фото- и видеоаппаратуру, выступают простыми фиксаторами обстановки или хода следственного действия <10>. Здесь они действительно оперируют обиходным знанием и к сведущим лицам отнесены быть не могут.

———————————
<10> Не будет лишним в очередной раз отметить недопустимость такого подхода к участию в расследовании. Оставаясь сторонним наблюдателем, следователь-криминалист не реализует свой профессиональный потенциал, сводя участие в следственном действии к пустой формальности.

 

Дело в том, что специальные знания не тождественны профессиональным; необходимо еще, чтобы они не относились к категории правовых <11>. Относительно объема этих последних единодушия в научном сообществе нет, но принято считать, что в любом случае к специальным не относятся знания, составляющие профессиональную компетенцию следователя и суда <12>. Под нею же понимаются знания в области уголовного права, уголовного процесса и криминалистики <13>.

———————————
<11> Эйсман А.А. Заключение эксперта. Структура и научное обоснование. М., 1967. С. 91; Победкин А.В., Яшин В.Н. Уголовный процесс: Учебник для вузов / Под ред. В.Н. Григорьева. М., 2004. С. 347; Зуев Е.И. Современное представление о специальных познаниях в судопроизводстве // Новые разработки и дискуссионные проблемы теории и практики судебной экспертизы. Вып. 1. М., 1985. С. 8; Шейфер С.А. Правовая экспертиза: за и против // Теория и практика судебной экспертизы в современных условиях: Материалы II Междунар. науч.-практ. конф. М., 2009. С. 450.
<12> Шапиро Л.Г. Использование специальных знаний при расследовании преступных уклонений от уплаты налогов / Под ред. В.В. Степанова. Саратов, 2001. С. 19; Гарашко А.Ю. Некоторые аспекты отнесения знаний к специальным в уголовном процессе // Мировой судья. 2011. N 4. С. 19; Эксархопуло А.А. Специальные познания в уголовном процессе и их нетрадиционные формы // Вестник криминалистики. Вып. 2. М.: Спарк, 2001. С. 26; Петрухина А.Н. Специальные знания как необходимый элемент заключения эксперта в уголовном процессе // Российский судья. 2007. N 8. С. 27 — 30.
<13> Махов В.Н. Использование специальных знаний сведущих лиц при расследовании преступлений. М., 2000. С. 46.

 

Поэтому даже не общеизвестные сведения и навыки, реализуемые следователем-криминалистом (помощь в организации следственного действия согласно требованиям криминалистической тактики, применение средств фото- и видеофиксации наиболее рациональными методами и способами <14> и т.д.), специальными для целей уголовного судопроизводства не будут.

———————————
<14> Помимо любительских приемов видеозаписи, таких как «наезд-отъезд», в ходе следственного действия приходится применять и специальные: панорамирование, ориентирующую съемку, обзорную и т.д. — по аналогии с фотографированием. См.: Криминалистическая видеозапись: Учеб. пособ. (курс лекций) / Под ред. Р.Ю. Трубицына, О.А. Щеглова. М.: Щит-М, 2004. С. 92.

 

В дополнение к вышеизложенным приведем еще один довод против участия следователя-криминалиста в следственном действии в порядке ст. 58 УПК РФ.

Как и любой сотрудник государственного федерального органа, к каковым относится Следственный комитет Российской Федерации, следователь-криминалист является государственным служащим и находится в служебной зависимости от своего начальника, а именно — руководителя Следственного управления СК России по субъекту Российской Федерации. Этот руководитель Следственного управления по делам, находящимся в производстве подчиненных ему следователей, осуществляя полномочия, предусмотренные ст. 39 («Руководитель следственного органа») УПК РФ, является стороной по делу в силу п. 47 ст. 5 УПК РФ.

При этом согласно ч. 2 ст. 71 УПК РФ (с учетом отсылки с нее на ч. 2 ст. 70 УПК РФ), если специалист находится в служебной или иной зависимости от сторон, он не может принимать участие в производстве по делу <15>.

———————————
<15> Подробно см.: Глушков М.Р. Проблемные вопросы проведения экспертиз по уголовным делам экспертными службами правоохранительных органов // Криминалистика — прошлое, настоящее, будущее: достижения и перспективы развития: Материалы Междунар. науч.-практ. конф., приуроченной к 60-летию образования службы криминалистики. Москва, 16 окт. 2014 г. М.: Академия СК России, 2014. С. 310 — 314.

 

Следовательно, участие следователя-криминалиста в следственном действии в порядке ст. 58 УПК РФ недопустимо — он даже формально не подпадает под статус специалиста, а если бы и подпадал, то подлежал бы отводу.

Единственный возможный формат участия для следователя-криминалиста — это участие в порядке п. 40.1 ст. 5 УПК РФ, то есть в качестве следователя.

Сравнивая п. 40.1 и п. 41 ст. 5 УПК РФ (оба начинаются словами «должностное лицо, уполномоченное осуществлять предварительное следствие по делу»), видим, что законодатель фактически придал следователю-криминалисту процессуальный статус следователя. И при этом наделил его дополнительными полномочиями: участвовать в следственном действии (это может любой следователь, но лишь будучи участником следственной группы — ч. 5 ст. 163 УПК РФ), а также проводить следственные действия без принятия дела к производству (таким правом не пользуется никто — ни следователь, ни даже руководитель следственного органа <16>).

———————————
<16> Если не считать допрос подозреваемого, обвиняемого в порядке ч. 4 ст. 39 УПК РФ.

 

Таким образом, следователь-криминалист участвует в следственном действии в том же правовом режиме, в каком участвовал бы «обычный» следователь, входящий в состав следственной группы и получивший указание ее руководителя (ч. 3 ст. 163 УПК РФ). Для следователя-криминалиста вместо этого требуется поручение руководителя следственного органа.

Буквально рассматривая положения ч. 1 ст. 11, ч. 5 ст. 164, ч. 10 ст. 166 УПК РФ (они предписывают разъяснять права всем участвующим в следственном действии лицам), приходим к выводу, что и в нашем случае участвующему следователю-криминалисту должны были бы быть разъяснены положения ст. 38 («Следователь») УПК РФ <17>.

———————————
<17> В этом смысле представляется не совсем удачной формулировка в п. 40.1 ст. 5 и ч. 5 ст. 163 УПК РФ — вместо участия следователя в мероприятии, проводимом его коллегой, уместнее было бы говорить о совместном проведении ими следственного действия, тем более, что по сути так оно и происходит на практике.

 

Однако фактически такая необходимость отсутствует, поскольку ни одно из положений ст. 38 УПК РФ (возбуждать дело, давать поручения органу дознания, обжаловать решения прокурора и т.д.) не может быть реализовано следователем в ходе следственного действия, все перечисленные там полномочия находятся вне его рамок. И даже если вести речь об иных нормах (например, о запрете применять насилие и угрозы в ходе следственного действия — ч. 4 ст. 164, запрете наводящих вопросов — ч. 2 ст. 189, ч. 2 ст. 194 УПК РФ и др.), то, как уже отмечалось, знания в области уголовного процесса для следователя являются профессиональными, поэтому предполагается свободное владение ими без дополнительных разъяснений.

 

Литература

  1. Божьев В. Сущность изменений в УПК РФ от 2 декабря 2008 г. // Законность. 2009. N 5.
  2. Быков В.М. Следователь-криминалист как новый участник уголовного процесса со стороны обвинения // Российская юстиция. 2009. N 7. С. 43 — 45.
  3. Гарашко А.Ю. Некоторые аспекты отнесения знаний к специальным в уголовном процессе // Мировой судья. 2011. N 4. С. 16 — 19.
  4. Глушков М.Р. Проблемные вопросы проведения экспертиз по уголовным делам экспертными службами правоохранительных органов // Криминалистика — прошлое, настоящее, будущее: достижения и перспективы развития: Материалы Междунар. науч.-практ. конф., приуроченной к 60-летию образования службы криминалистики. Москва, 16 окт. 2014 г. М.: Академия СК России, 2014. С. 310 — 314.
  5. Зуев Е.И. Современное представление о специальных познаниях в судопроизводстве // Новые разработки и дискуссионные проблемы теории и практики судебной экспертизы. Вып. 1. М., 1985.
  6. Колоколов Н.А. Последние новеллы УПК РФ: баланс обвинительной власти стабилизируется // Уголовное судопроизводство. 2009. N 2. С. 25 — 32.
  7. Криминалистическая видеозапись: Учеб. пособ. (курс лекций) / Под ред. Р.Ю. Трубицына, О.А. Щеглова. М.: Щит-М, 2004.
  8. Махов В.Н. Использование специальных знаний сведущих лиц при расследовании преступлений. М.: Изд-во РУДН, 2000.
  9. Мешков М.В., Гончар В.В. Следователь в уголовном процессе России: понятийно-правовые проблемы // Российский следователь. 2011. N 23.
  10. Петрухина А.Н. Специальные знания как необходимый элемент заключения эксперта в уголовном процессе // Российский судья. 2007. N 8.
  11. Победкин А.В., Яшин В.Н. Уголовный процесс: Учебник для вузов / Под ред. В.Н. Григорьева. М.: Книжный мир, 2004.
  12. Рыжаков А.П. Осмотр: основания и порядок производства: Учеб. пособ. М., 2013.
  13. Темираев О.П. Процессуальные полномочия следователя-криминалиста // Российский следователь. 2012. N 18. С. 24 — 27.
  14. Шапиро Л.Г. Использование специальных знаний при расследовании преступных уклонений от уплаты налогов / Под ред. В.В. Степанова. Саратов: Изд-во СГАП, 2001.
  15. Шейфер С.А. Правовая экспертиза: за и против // Теория и практика судебной экспертизы в современных условиях: Материалы II Междунар. науч.-практ. конф. М., 2009.
  16. Эйсман А.А. Заключение эксперта. Структура и научное обоснование. М.: Юридическая литература, 1967.
  17. Эксархопуло А.А. Специальные познания в уголовном процессе и их нетрадиционные формы // Вестник криминалистики. Вып. 2. М.: Спарк, 2001.

«Российский следователь», 2015, N 20

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code