Обеспечение права на защиту: законодательное закрепление и правоприменительная практика

А.В.Гриненко

Статья посвящена исследованию вопросов, возникающих при обеспечении лицу, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, права на защиту. При этом объем возможностей, имеющихся у лица, не зависит от того, реализует он свои права самостоятельно либо с помощью защитника и законного представителя. Объем прав и специфика их реализации зависит от того, на каком этапе осуществляется производство по уголовному делу. Также обоснованы предложения по внесению в УПК РФ ряда изменений, а также по совершенствованию правоприменительной практики.

 

Ключевые слова: уголовный процесс, уголовное дело, адвокат, защитник, следователь, прокурор, суд, право на защиту, предварительное расследование, судебное разбирательство.

 

Право лица на защиту является одним из важнейших средств, позволяющих избежать незаконного и необоснованного уголовного преследования и, как следствие, вынесения неправосудного приговора.

Отечественное уголовно-процессуальное законодательство, формулируя совокупность норм и процедур, обеспечивающих данное право, взяло за основу требования международных договоров Российской Федерации, общепризнанных принципов и норм международного права, а также положения Конституции РФ.

На международном уровне установлено важное правило, согласно которому каждое лицо, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, в числе прочего имеет право защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника либо, при недостатке у него средств для оплаты услуг защитника, пользоваться услугами назначенного ему защитника бесплатно, когда этого требуют интересы правосудия <1>.

———————————

<1> См.: Статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. // Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. N 2. Ст. 163. Также об этом см.: Рудакова С.В. Применение положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод в уголовном судопроизводстве // Международное уголовное право и международная юстиция. 2013. N 6. С. 7 — 9.

 

Что касается конституционного уровня, то в ч. 1 ст. 48 Конституции РФ закреплено требование, согласно которому каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи, причем в предусмотренных законом случаях такая помощь оказывается бесплатно <2>. Обратим внимание на то, что в указанной норме идет речь о «каждом лице», т.е. она действует в отношении лиц независимо от их гражданства либо иных различий.

———————————

<2> Подробнее об этом см.: Гриненко А.В. Конституционные гарантии прав и законных интересов участников досудебного производства по уголовному делу // Адвокатская практика. 2002. N 1. С. 38 — 41.

 

В ч. 2 этой же статьи установлено, что лицо приобретает право пользоваться помощью защитника с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения.

Сравнение норм, содержащихся в двух частях одной и той же статьи, позволяет сделать вывод о том, что они противоречат друг другу. Если в первой части речь идет о любом лице, то во второй — о лице, которое наделено процессуальным статусом подозреваемого или обвиняемого.

Впоследствии законодатель путем последовательного внесения в ст. 49 УПК РФ ряда изменений разрешил данный вопрос, указав, что право пользоваться помощью защитника предоставляется лицу гораздо ранее, чем формальное выдвижение подозрения и обвинения, в том числе и на стадии возбуждения уголовного дела.

Как правильно подчеркнул Верховный Суд РФ, по смыслу ст. 16 УПК РФ обеспечение права на защиту является одним из принципов уголовного судопроизводства, которые реализуются на всех его стадиях <3>. Действительно, даже на стадии исполнения приговора возникают ситуации, когда требуется обеспечить право осужденного на обращение в суд с ходатайством об условно-досрочном освобождении или по другим вопросам, связанным с ранее имевшим место уголовным преследованием.

———————————

<3> См.: пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 г. N 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве» // Российская газета. 2015. 10 июля. Также об этом см.: Колобова С.В. Гарантии судебной защиты на разных стадиях уголовного судопроизводства // Современное право. 2013. N 11. С. 111 — 116.

 

В УПК РФ нормы, посвященные обеспечению права лица на защиту, непосредственно вытекают из содержания ст. 6 «Назначение уголовного судопроизводства». В частности, одним из проявлений назначения уголовного судопроизводства является обеспечение защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. Наиболее полно совокупность норм, посвященных обеспечению права лица на защиту, отражена в ст. 16 УПК РФ, которая устанавливает содержание одноименного принципа. Также в Кодексе имеется множество иных правоположений, посвященных обеспечению права лица на защиту на различных стадиях уголовного судопроизводства и в рамках конкретных процедур <4>.

———————————

<4> См.: Кондрат И.Н. Защита прав человека как системообразующая мера уголовного судопроизводства // Российская юстиция. 2013. N 6. С. 31 — 32.

 

Сравнение указанных и иных норм позволяет сделать вывод о том, что в механизме обеспечения права на защиту можно выделить четыре элемента: 1) собственно право лица на защиту; 2) положения закона, которые раскрывают данное право на различных стадиях и этапах уголовного судопроизводства; 3) совокупность процессуальных возможностей самого лица, в отношении которого осуществляется уголовное судопроизводство; 4) деятельность участников уголовного судопроизводства, направленная на обеспечение права на защиту лицу, в отношении которого осуществляется уголовное судопроизводство.

В ч. 1 ст. 16 УПК РФ закреплено важное правило, согласно которому право на защиту обеспечивается независимо от того, каким образом — лично или с помощью защитника и законного представителя — лицо стремится отстоять свою позицию по уголовному делу. Это означает, что лицо обладает правами, объем и механизм реализации которых не зависят от того, самостоятельно или нет оно будет ими пользоваться. Кроме того, недопустим конфликт между правами самого лица и действиями его защитника и (или) законного представителя <5>.

———————————

<5> Исключение составляют случаи, когда защитник настаивает на невиновности лица, хотя тот ее и подтверждает. Вместе с тем у лица всегда имеется возможность отказаться от данного защитника и пригласить другого, заранее согласовав с ним позицию по уголовному делу.

 

Что касается содержания ст. 16 УПК РФ, то основной упор в ней делается на тех лиц, на которых в соответствии с законом возложена обязанность обеспечивать право лица на защиту — на суде, прокуроре, следователе и дознавателе. Вместе с тем отметим, что данные участники процесса в УПК РФ сгруппированы не вполне удачно, ведь неясно, на каких именно этапах тот либо иной орган или должностное лицо обладает соответствующими полномочиями.

Частично исправил данное положение Верховный Суд РФ, разъяснив, что в досудебном производстве такими органами и лицами являются дознаватель, орган дознания, начальник органа или подразделения дознания, следователь, руководитель следственного органа, а в ходе судебного производства — суд <6>. Вместе с тем и такая классификация не в полной мере отвечает действительному положению участников процесса.

———————————

<6> См.: часть 1 п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 г. N 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве».

 

Так, прокурор обладает рядом полномочий, направленных на обеспечение права лица на защиту, и на судебных стадиях. В частности, будучи государственным обвинителем, прокурор в силу ч. 5 ст. 246 УПК РФ излагает суду свое мнение как по существу обвинения, так и по другим вопросам, возникающим в ходе судебного разбирательства (в том числе связанным с обеспечением подсудимому права на защиту). В этом, по большому счету, заинтересована и сторона обвинения, поскольку, в случае если с нарушением права на защиту был вынесен обвинительный приговор, он впоследствии подлежит отмене вышестоящим судом.

С другой стороны, суд осуществляет правообеспечительную деятельность не только в ходе судебного разбирательства, но и на досудебных стадиях. На стадии возбуждения уголовного дела суд рассматривает жалобы об отказе в принятии сообщения о преступлении (ч. 5 ст. 144), об отказе в возбуждении уголовного дела (ч. 5 ст. 148), на стадии предварительного расследования — принимает решения о производстве ряда следственных действий и избрании ряда мер пресечения, применении некоторых мер процессуального принуждения (ч. 2 ст. 29 УПК РФ).

Таким образом, классификация органов и должностных лиц, которые осуществляют деятельность по обеспечению лицу права на защиту, должна быть проведена не постадийно, а в зависимости от имеющихся у них полномочий, которые могут быть реализованы как в досудебном производстве, так и в ходе судебного разбирательства, и даже в последующем, на стадии исполнения приговора.

Важным средством обеспечения права лица на защиту является разъяснение ему имеющихся процессуальных прав. При этом разъясняются как общие права, сформулированные применительно к тому либо иному участнику процесса (подозреваемому, обвиняемому), так и те права, которые возникают у него в связи с появлением или изменением соответствующего статуса.

Например, если лицо перед его допросом в качестве подозреваемого и отказалось от помощи защитника, данное право все равно разъясняется лицу на последующих этапах — перед предъявлением ему обвинения, перед ознакомлением обвиняемого с материалами уголовного дела при окончании предварительного расследования, а также в ходе судебного разбирательства.

Кроме того, разъяснение прав лицу состоит и в том, чтобы уведомить его о конкретном механизме их реализации. Например, разъяснение права подавать ходатайства, обращаться с жалобами, отводами должно сопровождаться информацией о том, в каком порядке лицо может этим правом воспользоваться.

Суд обеспечивает право на защиту также и в том плане, что лицу, в отношении которого осуществляется судебное разбирательство, разъясняется возможность лично участвовать в ходе судебного разбирательства, и наоборот — в предусмотренных законом случаях такого участия не принимать (в соответствии со ст. 247 УПК РФ это возможно по уголовным делам о преступлениях небольшой и средней тяжести).

Если лицо, уведомленное об имеющихся у него правах и порядке их реализации, такими правами не воспользовалось, то у органов и должностных лиц имеется обязанность проверить, на чем такой отказ основан и не является ли он вынужденным. В частности, в случае отказа лица от помощи защитника следует проверить, не связано ли это с недостатком материальных средств. Если подсудимый не явился в судебное заседание, устанавливаются причины отказа, и при их уважительности судебное разбирательство откладывается на определенный срок или (при наличии оснований) приостанавливается.

Заметим, что в ряде случаев в судебной практике наряду с провозглашением необходимости обеспечения права лица на защиту происходит, наоборот, сужение имеющихся у стороны защиты процессуальных возможностей по отстаиванию своей позиции.

Приведем следующий пример. В п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 г. N 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве» изложена процедура, согласно которой в случаях, когда после вынесения приговора или иного судебного решения осужденный и (или) его защитник ходатайствуют о дополнительном ознакомлении с материалами апелляционной жалобы, суду требуется уточнить, какие именно материалы стороне защиты необходимы. Затем суд выясняет, знакомились ли эти участники со всеми материалами уголовного дела ранее, не были ли они ограничены в своих правах, знакомились ли они с протоколом судебного заседания и т.п. В случае удовлетворения ходатайства суду надлежит определить срок для дополнительного ознакомления стороны защиты с материалами уголовного дела с учетом вышеуказанных обстоятельств.

В данном случае, как представляется, изначально судам предложено использовать весьма громоздкую процедуру, которая ставит возможность дополнительного ознакомления представителей стороны защиты с материалами уголовного дела в зависимость от судейского усмотрения. Решение же этой проблемы может быть несколько иным, причем оно в гораздо большей мере соответствует требованиям принципа обеспечения права на защиту.

В УПК РФ предусмотрена возможность подачи дополнительной апелляционной жалобы, которая подлежит рассмотрению, если она поступила непосредственно в суд апелляционной инстанции не позднее чем за пять суток до начала судебного заседания (ч. 4 ст. 389.8 УПК РФ). Поэтому апелляционное обжалование должно осуществляться в общем порядке и в установленные законом сроки; жалоба подается в суд первой инстанции, причем сторона защиты имеет неограниченное право ознакомиться со всеми материалами уголовного дела и обратиться в суд с дополнительной апелляционной жалобой.

Помимо собственных прав, право лица на защиту включает в себя и право пользоваться квалифицированной юридической помощью на всех стадиях производства по уголовному делу. Поэтому вопросы, связанные с участием в уголовном деле в качестве защитника адвоката, приобретают особую актуальность.

В частности, в первоначальной редакции УПК РФ в ст. 49, определяющей момент начала участия защитника в уголовном судопроизводстве, было указано, что «защитник допускается к участию в уголовном деле». Данное правило, несомненно, носило дискриминационный характер, поскольку оно предполагало, что защитник появляется в уголовном деле по усмотрению органов и должностных лиц уголовного судопроизводства, в том числе (и прежде всего) представляющих сторону обвинения. Именно поэтому в 2002 г. ч. 3 ст. 49 УПК РФ была изложена в новой редакции, причем основной упор был сделан на то, что защитник не «допускается», а «участвует» в уголовном деле с одного из определенных в законе моментов, т.е. что это не зависит от мнения официальных лиц процесса <7>.

———————————

<7> См.: Федеральный закон от 29 мая 2002 г. N 58-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. 2002. N 22. Ст. 2027.

 

Вместе с тем законодатель поступил не вполне последовательно, оставив такое же наименование данной процедуры — «допуск защитника» — в иных положениях уголовно-процессуального законодательства.

Так, в ч. 2 ст. 49 УПК РФ указано, что «в качестве защитников допускаются адвокаты». Данное правило, подтвержденное многими решениями Конституционного Суда РФ, сомнений не вызывает, однако сама терминология позволяет должностным лицам, представляющим сторону обвинения, чрезмерно широко трактовать имеющиеся у них полномочия. Кроме того, перечень полномочий защитника, предусмотренных ст. 53 УПК РФ, начинается со слов «с момента допуска к участию в уголовном деле защитник вправе…» И в этом случае фактически установлено, что возможность защитника использовать имеющиеся у него возможности по отстаиванию позиции своего подзащитного якобы зависит от волеизъявления должностного лица, ведущего производство по уголовному делу. Естественно, данные правоположения подлежат корректировке.

Поскольку юридическая помощь, которая оказывается лицу, должна быть квалифицированной и производиться действительно незаинтересованными в исходе дела адвокатами, в случаях возникновения сомнений в объективности защитника он подлежит отводу. Вместе с тем, по нашему мнению, Верховный Суд РФ поступил чрезмерно радикально, предложив в случаях, когда выявлены противоречия между интересами обвиняемых, защиту которых осуществляет один и тот же адвокат, в обязательном порядке отстранять данного адвоката от участия в процессе <8>. По нашему мнению, при наличии подобных «конфликтов интересов» адвокат должен иметь возможность прекратить оказывать юридическую помощь в отношении одного из обвиняемых, которому он начал оказывать юридическую помощь позже, который изменил ранее данные показания, стал изобличать соучастника и т.п., и остаться защитником другого обвиняемого. Этот адвокат потратил значительное время на изучение материалов уголовного дела, проделал по нему ряд подготовительных действий, и полное устранение его из процесса нанесет существенный вред его профессиональным интересам. Кроме того, вступление в уголовный процесс другого адвоката может вызвать для обвиняемого (или иного лица, которое нуждается в защитнике) дополнительные денежные затраты, а также ввиду недостатка времени снизится качество оказываемой юридической помощи.

———————————

<8> См.: часть 3 п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 г. «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве».

 

Наряду с этим перечень случаев, когда адвокат подлежит отводу, следует расширить, предусмотрев отвод адвоката в случаях, когда он ранее оказывал юридическую помощь противоположной стороне в рамках не только одного и того же уголовного дела, но и в других видах производств по этому же факту (например, если вначале этот факт рассматривался как административное правонарушение или гражданско-правовой деликт).

Если лицо отказалось от защитника, то следует выяснить, является ли такой отказ добровольным или порожден иными причинами (например, отсутствием денежных средств на оплату адвоката). Вместе с тем следует различать ситуации, когда лицо отказалось от помощи защитника вообще или имел место отказ от конкретного защитника — адвоката. Если лицо по каким-либо причинам возражает против участия именно этого адвоката, следует предоставить лицу возможность пригласить другого защитника, а при отсутствии у того денежных средств — обеспечить участие адвоката по назначению.

Таким образом, право лица на защиту может быть надлежащим образом обеспечено при условии внесения ряда изменений в уголовно-процессуальное законодательство, обеспечения всемерной реализации возможностей самого лица и его защитника, а также строгого соблюдения закона органами и должностными лицами уголовного судопроизводства.

 

Литература

  1. Гриненко А.В. Конституционные гарантии прав и законных интересов участников досудебного производства по уголовному делу // Адвокатская практика. 2002. N 1. С. 38 — 43.
  2. Колобова С.В. Гарантии судебной защиты на разных стадиях уголовного судопроизводства // Современное право. 2013. N 11. С. 111 — 116.
  3. Кондрат И.Н. Защита прав человека как системообразующая мера уголовного судопроизводства // Российская юстиция. 2013. N 6. С. 31 — 32.
  4. Рудакова С.В. Применение положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод в уголовном судопроизводстве // Международное уголовное право и международная юстиция. 2013. N 6. С. 7 — 9

    Российский судья №8 — 2015

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code