Организованная преступность и коррупция

А.Н.Сухов

В данной статье раскрывается психологический подход к пониманию сущности организованной преступности. В ней также показана связь между организованной преступностью и коррупцией.

Ключевые слова: организованная преступность, коррупция, криминогенное общение, деформация, уголовная ответственность, уголовное право, уголовный процесс, юридическая психология.

 

С точки зрения социальной психологии преступность — это прежде всего социальное явление, возникающее в результате деформации социальных отношений, личности, а также дисфункции социальных институтов. В частности, они могут вместо конструктивных функций начать исполнять противоположные, криминальные: обеспечения безопасности — «крышевание» преступных сообществ; сбора налогов — их сокрытие; контроля за качеством — укрытие подделок, контрафакта на основе взяток; подготовки законов — превращение законодательных органов в биржи по лоббированию нужных криминалу правовых актов.

Все это приводит в конечном счете к теневой юстиции, теневой экономике и криминальному бизнесу.

Организованная преступность во многих штатах США определяется по-разному. Однако сущность ее состоит в одном — наличии организации, сформировавшейся субкультуры в ней и занятии преступным бизнесом.

Первоначально российская организованная преступность получила освещение в США. У нас же проблема организованной преступности на практике была сведена к проблеме организованных преступных групп. Такая подмена дорого обходится России. Но зато вполне устраивает определенные группы. Приходится сожалеть о демонтаже специальных подразделений по борьбе с оргпреступностью, которые имелись в системе МВД.

Хотя и не существует, скорее всего, единой, централизованной в национальном масштабе преступной организации, тем не менее преступные группировки — это не мафия.

По мнению ряда экспертов, мафия — это метод, а не преступное сообщество, некая единая организация. Есть политическая, научная, театральная, шоу-мафия. Мафия — это корпоративность, согласованность действий во имя групповых интересов.

Криминогенное общение лежит в основе как общеуголовной, так и организованной преступности. Но особое значение оно имеет для функционирования организованной преступности, т.к. зачастую позволяет ее представителям избегать уголовной ответственности. В особенности это относится к лидерам, которые сами, как правило, не совершают каких-либо физических криминальных деяний <1>.

———————————

<1> Сухов А.Н. Социальная психология преступности. М., 2007. С. 157.

 

Пока в законодательном порядке не будет признана роль информационного способа подготовки и совершения преступлений, представители организованной преступности будут чувствовать себя практически в безопасности. Впрочем, первые шаги по признанию этого факта уже сделаны.

Организованная преступность в Россию не была «завезена» из Сицилии, а зародилась в недрах хозяйственной, министерской, партийной и военной номенклатуры. Номенклатурные связи — основа организованной преступности. Бесконтрольность, «телефонное право», продажа за взятки постов, наград, диссертаций и т.п. явились той почвой, на которой и взросла организованная преступность.

Организованная преступность возникла в результате легализации теневого бизнеса, доходов старой номенклатурной элиты, пользовавшейся поддержкой и защитой правоохранительных органов.

Криминальные структуры при определенных обстоятельствах выступают в качестве политической силы, которая не только лоббирует в парламенте, но и претендует на место в политике. В связи с этим можно говорить не только о преступном обществе, как это сделал в свое время Э. Щур в своей книге, но и о криминальной экономике и даже сегментах государства.

С переходом к рыночным отношениям возможности организованной преступности резко возросли. Они были использованы преступными группировками для отмывания средств «теневой» экономики, офшоризации капитала, внедрения своих представителей в экономические, а затем и властные структуры. В России появился рэкет, консолидировались преступные группировки, произошло разделение сфер влияния. Организованная преступность начала активно привлекать в свои ряды молодое поколение. В настоящее время приходится говорить о престижности криминальной профессии. Имеются в виду похороны Япончика, деда Хасана и др.

Схематически образование организованной преступности в России выглядит так:

I этап — существование традиционной общеуголовной преступности: «урки», «жиганы», «блатные»;

II этап — возникновение «цеховиков» и «теневиков»;

III этап — объединение «блатных» и «теневиков» (70-е годы, г. Кисловодск);

IV этап — легализация преступности в бизнесе с одновременной легализацией капитала со стороны партийной номенклатуры, комсомольских «вождей» (конец 80-х — начало 90-х годов XX века);

V этап — легализация криминального бизнеса во власти, т.е. криминализация власти, государства (90-е годы XX столетия — 2000-е годы XXI века).

Докторская диссертация автора данной статьи посвящена криминогенному общению, которое используется для подготовки, конспирации и совершения преступлений.

Криминогенное общение выполняет ряд специфических функций.

  1. Коммуникативно-атрибутивная функция позволяет производить прием и передачу сообщений, необходимых для подготовки, совершения и конспирации преступлений. Прием и передача сообщений происходит с помощью специальных средств. В свою очередь, они представляют собой знаковую систему, которая имеет конвенциональную природу на основе взаимной договоренности определенного круга участников общения о системе кодирования, декодирования и технологии маскировки знаков, выступающих в качестве только им одним понятного способа передачи информации.

Для этих целей используются специальные вербальные (устные и письменные) средства общения, а также невербальные (визуальные, акустические и др.).

К числу специальных средств общения относится передача шифрованных сообщений с помощью тайнописи и т.п.

Коммуникативно-атрибутивная функция криминогенного общения используется для решения следующих задач:

1.1) конспирации приготовления и совершения преступлений: процедуры выработки целей, распределения ролей, принятия решения о способах, месте и времени криминальных действий и переговоров; происходит это как с помощью технических средств (экранирования), так и других способов прикрытия и легендирования, а также различных способов кодирования текста и определения каналов передачи сообщений;

1.2) в рамках данного направления также осуществляется перехват, прослушивание сообщений и обнаружение записывающей и передающей аппаратуры;

1.3) кроме того, в случае обнаружения утечки информации и специальной аппаратуры возможна контригра (дезинформация);

1.4) в настоящее время широкое распространение получил такой вид преступлений, как несанкционированный доступ в информационные сети;

1.5) вполне естественно, для противодействия «взлому» информационных сетей используется криптография;

1.6) в рамках этой функции осуществляются также коррупционные контакты.

  1. Перцептивно-диагностическая функция позволяет:

2.1) обнаруживать наружное наблюдение;

2.2) выявлять лиц, внедренных в преступные группы; современная преступность обладает возможностями профессионально готовить своих членов в целях выработки у них социально-психологической компетентности: проницательности, наблюдательности, портретирования, навыков визуальной диагностики; для этого они сдают зачет по оперативно-розыскной деятельности и в необходимых случаях обучаются в специальных вузах.

  1. Интерактивная функция способствует:

3.1) асоциализации личности и группы с помощью заражения, внушения, подражания, угроз, шантажа и т.п.;

3.2) осуществлению мошенничества посредством манипулятивных приемов и технологий;

3.3) совершению психологического насилия.

  1. Организующая функция: на самом деле коммуникативная, перцептивная и интерактивная функции выступают совместно; поэтому на основе интегральных характеристик криминогенного общения реализуется его основная функция — организационная, с помощью которой готовятся, совершаются и маскируются преступления.

Таким образом, наиболее универсальным механизмом преступности является криминогенное общение.

В свою очередь, данный механизм связан с другими, более конкретными механизмами преступности. Связь эта носит функциональный характер. В частности, криминогенное общение функционально связано с «грязными» предвыборными технологиями, коррупционными отношениями, мошенничеством, незаконной кадровой политикой и т.п.

Коррупция — одна из основных проблем современной России. Ее отрицательное влияние универсально. Прямые экономические потери от коррупции, по разным оценкам, составляют десятки, если не сотни миллиардов долларов в год. Косвенные экономические потери не поддаются точным оценкам, но масштаб их огромен. Коррупция угнетает бизнес, препятствуя его развитию. Коррупция усугубляет социальное неравенство, затрудняет неимущим слоям населения доступ к формально бесплатным государственным услугам (образование, медицина и т.п.). Коррупция разлагает политическую систему, смещая цели общественного развития, и не способствует политической стабильности. Она выступает в качестве механизма связи между определенной частью властных структур и преступными синдикатами.

Дело в том, что структура преступных групп, входящих в систему организованной преступности, состоит из:

— «крыши» — представителей ведомств, исполнительной и законодательной власти; мозгового центра;

— СМИ; банковских структур, разведки, контрразведки; территории, ей подконтрольной; сети группировок.

Коррупция в России — это не исключение или аномалия, а, скорее, правило, всеобщая система социально-экономического развития на данном этапе. Она стала практически образом жизни, в которой даже честные люди, непосредственно не вовлеченные в бюрократический бизнес, вынуждены жить и функционировать по неписаным законам этой криминальной системы <2>.

———————————

<2> Сухов А.Н. Социальная психология безопасности. 2-е изд. М., 2005.

 

Каждый непредвзятый наблюдатель видит порочность такой практики, но сломать ее не просто. Нужны годы и годы. Важна воля власти и воля народа, причем не сами по себе отдельно, а вместе взятые. Такие устремления есть, но когда они проявятся в реальных результатах — вопрос, на который ответ даст история.

В последнее время резко усилилась борьба с коррупцией. Имеются в виду резонансные уголовные дела в системе МО и др. ведомствах, в том числе и УИС. Но вне борьбы с преступными синдикатами она не может быть максимально эффективной. В этом плане арест мэра одного из городов России является знаковым событием.

Здесь не надо лукавить. Да, закон об организованной преступности трижды отклонялся в России. Но это не значит, что организованная преступность как таковая не существует.

Организованную преступность можно свести к организованным преступным группам и сообществам. Далеко не все понимают, что это не так. Но на уровне личности этот трюк очевиден. Типичные представители общеуголовной и организованной преступности — две большие разницы.

В заключение еще раз следует подчеркнуть, что коррупцию вне системы организованной преступности также понять и победить нельзя. Только такой можно сделать вывод, если называть вещи своими именами.

Литература

  1. Сухов А.Н. Социальная психология преступности. М., 2007. С. 157.
  2. Сухов А.Н. Социальная психология безопасности. 2-е изд. М., 2005.

«Российский следователь», 2015, N 14

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code