Разграничение мошенничества при получении выплат с иными видами мошенничества

Статья посвящена проблеме разграничения ст. 159.2 УК РФ и иных норм о мошенничестве, предусмотренных УК РФ. Рассмотрен вопрос о конкуренции ст. ст. 159.2 и 159 УК РФ, а также вопрос разграничения мошенничества при получении выплат с мошенничеством в сфере страхования.

Статья 159.2, введенная в Уголовный кодекс РФ наряду с другими статьями, предусматривающими ответственность за специальные виды мошенничества в разных сферах общественной жизни, действует уже более двух лет. За этот период выявлен ряд проблем применения данной нормы, и одной из наиболее актуальных является проблема разграничения мошенничества при получении выплат с иными составами мошенничества.

Причина возникновения указанной проблемы видится в наличии ряда ошибок юридического построения специальных составов мошенничества, в том числе ст. 159.2 УК РФ. В последнем случае это и противоречивое и неполное обозначение в диспозиции ч. 1 ст. 159.2 УК РФ предмета хищения, и неточное описание способа совершения преступления.

Проблему разграничения мошенничества при получении выплат с иными составами можно разделить на два вопроса: первый состоит в разграничении мошенничества при получении выплат и общего состава мошенничества, предусмотренного ст. 159 УК РФ; второй — в разграничении указанного состава с иными специальными составами мошенничества.

На первый взгляд кажется очевидным, что в первом случае имеет место конкуренция общей и специальной нормы, а значит, в основе разрешения данной проблемы должно лежать требование ч. 3 ст. 17 УК РФ, согласно которому в случае, если преступление предусмотрено общей и специальной нормами, совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по специальной норме. В действительности же с этим утверждением можно согласиться только отчасти. Основной состав мошенничества сформулирован в диспозиции ч. 1 ст. 159 УК РФ как хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием. Приведенная формулировка дала основание для существования той точки зрения, что в действующей редакции ст. 159 УК РФ предусматривает ответственность за совершение двух различных преступлений, одно из которых является хищением, а второе приобретением права на имущество <1>. Статья 159.2 УК РФ устанавливает уголовную ответственность только за хищение. Таким образом, конкуренция ст. 159.2 УК РФ со ст. 159 УК РФ возможна лишь в той части, в которой последняя устанавливает ответственность за хищение. В части, устанавливающей уголовную ответственность за приобретение права на имущество путем обмана или злоупотребления доверием, ст. 159 УК РФ со ст. 159.2 УК РФ не конкурирует. Более того, имеются серьезные сомнения в том, что эти составы можно признать смежными, так как в науке уголовного права под смежными составами понимаются составы однородных преступлений, большинство признаков которых совпадают <2>, в данном же случае большинство признаков составов этих двух преступлений будут различными. Из сказанного следует, что в случае, если предметом мошенничества будет право на имущество, передаваемого гражданам в качестве меры социального обеспечения (например, право на земельный участок или жилое помещение), то квалифицироваться такие действия должны не по ст. 159.2 УК РФ, а по ст. 159 УК РФ <3>.

———————————

<1> См., напр.: Елисеев С.А. Преступления против собственности по уголовному законодательству России (вопросы теории). Томск: Изд-во Том. ун-та, 1999. С. 39; Лесняк В.И. Мошенничество: уголовно-правовой и криминологический аспекты: Автореф. дис. … канд. юрид. наук / Уральская юридическая академия. Екатеринбург, 2000.

<2> Кленова Т.В. О разграничении смежных и конкурирующих составов преступлений (на примере мошенничества) // Уголовное судопроизводство. 2014. N 1. С. 25 — 30.

<3> Хотя в судебной практике мошеннические посягательства на объекты недвижимости квалифицируются и как хищения (см., напр.: Определение Верховного Суда РФ от 24 апреля 2008 г. N 78-008-25; Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 1 июля 2014 г. N 46-АПУ14-19), правильной представляется квалификация такого деяния, как приобретение права на имущество путем обмана либо злоупотребления доверием (см., напр.: Кассационное определение Верховного Суда РФ от 26 апреля 2012 г. N 33-О12-11сп; Надзорное определение Верховного Суда РФ от 16 июля 2013 г. N 75-Д13-10; Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 14 октября 2014 г. N 48-АПУ14-35).

 

Но даже в части хищения вопрос о конкуренции ст. 159 УК РФ со ст. 159.2 УК РФ в доктрине не имеет однозначного решения. Так, А.В. Шеслер полагает, что неудачная редакция новых составов мошенничества не всегда позволяет сделать однозначный вывод о необходимости применения нормы о мошенничестве в специальной сфере, а не основного состава <4>, т.е. по правилам ч. 3 ст. 17 УК РФ, при этом автором приводятся примеры совершения хищения социальных выплат мошенническим способом, когда вопрос о конкуренции норм, по его мнению, должен решаться в пользу общей нормы.

———————————

<4> Шеслер А. Мошенничество: проблемы реализации законодательных новелл // Уголовное право. 2013. N 2. С. 67 — 71.

 

Представляется, что применительно к ст. 159.2 УК РФ с приведенным мнением согласиться нельзя. Общепринятым считается понимание специальной нормы как результата конкретизации общей нормы, который отличается от нее по объему признаков содержания <5>. При сравнении диспозиции ч. 1 ст. 159.2 УК РФ с диспозицией ч. 1 ст. 159 УК РФ легко установить, что мошенничество при получении выплат включает в себя все признаки основного состава мошенничества (в части хищения чужого имущества), при этом в диспозиции ч. 1 ст. 159.2 УК РФ общий состав мошенничества конкретизируется путем введения ряда дополнительных признаков, а именно: специального предмета — денежных средств и иного имущества, составляющих социальные выплаты; специального способа — путем представления заведомо ложных и (или) недостоверных сведений, а равно путем умолчания о фактах, влекущих прекращение указанных выплат.

———————————

<5> Иногамова-Хегай Л.В. Конкуренция норм уголовного права. М., 1999. С. 74.

 

Указание законодателя на специфический предмет хищения — социальные выплаты, отличительной чертой которых является их задействованность в общественных отношениях в сфере социального обеспечения, позволяет сделать вывод о наличии еще одного специального признака состава преступления — обязательного дополнительного непосредственного объекта преступления — общественных отношений в сфере социального обеспечения <6>. Понимание общественных отношений в сфере социального обеспечения как объекта преступления, предусмотренного ст. 159.2 УК РФ, в настоящее время поддерживается судебной практикой <7>.

———————————

<6> См. подробнее: Архипов А.В. К вопросу о необходимости специальной нормы, предусматривающей уголовную ответственность за мошенничество при получении выплат // Вестник Томского государственного университета. 2013. N 377. С. 95 — 98.

<7> См., напр.: Апелляционное определение Московского городского суда от 4 сентября 2013 г. по делу N 10-7921/13 // СПС «КонсультантПлюс»; Справка по результатам анализа проблемных вопросов судебной практики, возникающих при применении положений Федерального закона от 29 ноября 2012 г. N 207-ФЗ, закрепившего новые, производные от основного, составы мошенничества (подготовлен Нижегородским областным судом) // СПС «КонсультантПлюс».

 

Под общественными отношениями в сфере социального обеспечения понимаются «отношения по реализации субъективных прав граждан на предоставление им в порядке социального обеспечения предусмотренных законом материальных благ. Субъектами этих отношений выступают, с одной стороны, граждане, имеющие в соответствии с законом право на получение названных благ (правоуполномоченные субъекты), и, с другой стороны, органы государственной власти и местного самоуправления, их должностные лица, иные государственные и муниципальные организации, на которых законом возложены обязанности по социальному обеспечению граждан (правообязанные субъекты)» <8>. Субъективные права граждан на получение социального обеспечения основываются на гарантиях, предоставленных ч. 1 ст. 39 Конституции РФ, которые обеспечиваются публичной властью посредством установления законами и иными нормативными правовыми актами конкретных социальных выплат, производимых за государственный или муниципальный счет.

———————————

<8> Ершов В.А., Толмачев И.А. Право социального обеспечения: Учебное пособие. М.: ГроссМедиа; РОСБУХ, 2009. С. 6.

 

Исходя из этого не могут быть квалифицированы по ст. 159.2 УК РФ мошеннические действия, связанные с хищением средств, выделяемых в качестве благотворительности, урегулированной Федеральным законом от 11 августа 1995 г. N 135-ФЗ «О благотворительной деятельности и благотворительных организациях» <9>, поскольку ст. 39 Конституции РФ не гарантирует право граждан на получение благотворительной помощи, равно как и на добровольное социальное страхование и дополнительные формы социального обеспечения, хотя упоминание о них содержит. Сам Федеральный закон «О благотворительной деятельности и благотворительных организациях» никаких конкретных социальных выплат не устанавливает, а лишь «устанавливает основы правового регулирования благотворительной деятельности, определяет возможные формы ее поддержки органами государственной власти и органами местного самоуправления, особенности создания и деятельности благотворительных организаций в целях широкого распространения и развития благотворительной деятельности в Российской Федерации», что прямо указано в преамбуле Закона. Таким образом, по нашему мнению, необходимо поддержать точку зрения о том, что действия виновного лица могут квалифицироваться по ст. 159.2 УК РФ в случае хищения им денежных средств, составляющих выплату, если «конечным» источником таких выплат являются средства государственного или муниципального бюджета, либо средства внебюджетных фондов Российской Федерации» <10>. Очевидно, что такая выплата должна производиться исключительно в рамках реализации социальной функции государства, а получателем ее может быть только физическое лицо.

———————————

<9> Российская газета. 1995. 17 августа. N 159.

<10> Болдырев В. Мошенничество с целью получения социальных выплат: предмет преступления // Уголовное право. 2014. N 3. С. 4 — 12.

 

Для правильного разрешения вопроса о квалификации мошеннических действий по ст. 159.2 УК РФ важно наличие всех трех указанных выше признаков, установление причинения вреда общественным отношениям в сфере социального обеспечения. Очевидно, что вред не может заключаться только в причинении в результате хищения материального ущерба, поскольку причинение материального ущерба в первую очередь означает причинение вреда отношениям собственности. Представляется, что вред общественным отношениям в сфере социального обеспечения наряду с материальным ущербом (уменьшением фондов, выделенных на производство выплат) должен выражаться и в дезорганизации системы социального обеспечения. Исследователи в области права социального обеспечения указывают на двуединую природу социально-обеспечительных отношений. Наряду с материальными правоотношениями в сфере социального обеспечения (отношениями, связанными с непосредственным получением пенсий, пособий и т.п.) выделяют и процедурные правоотношения, которые определяются как отношения, «тесно связанные с материальными, отражающие порядок обращения за предоставлением социального обеспечения либо установления юридических фактов, имеющих значение для определения (подтверждения) права на отдельные виды социального обеспечения» <11>. Именно в рамках процедурных правоотношений граждане как субъекты отношений в сфере социального обеспечения обладают не только правами, но и обязанностями представлять достоверные, надлежаще оформленные документы, своевременно сообщать об изменениях, влияющих на размер денежной выплаты или влекущих ее прекращение и т.д. <12>. Указание законодателем в диспозиции ч. 1 ст. 159.2 УК РФ на нарушение указанных обязанностей как на способ совершения данного преступления, по нашему мнению, является прямым подтверждением обязательности причинения вреда процедурным правоотношениям в сфере социального обеспечения для квалификации хищения как мошенничества при получении выплат.

———————————

<11> Аракчеев В.С., Агашев Д.В., Гречук Л.А. Право социального обеспечения России. Томск: Изд-во НТЛ, 2006. Ч. 1. С. 165.

<12> Захаров М.Л., Тучкова Э.Г. Право социального обеспечения России. М.: Изд-во БЕК, 2002. С. 138.

 

Не всякое хищение средств, составляющих социальную выплату, причиняет вред процедурным правоотношениям в этой сфере. Такой вред причиняется, когда хищение производится путем обмана относительно наличия оснований для производства соответствующих выплат или передачи имущества (частным случаем данного обмана является обман о размере социальной выплаты), а также обмана относительно соответствия использования данных выплат их целевому назначению. В случае обмана относительно других фактов этого не происходит. Например, получение социальной выплаты, назначенной иному лицу, по похищенным у такого лица документам не причиняет вреда процедурным отношениям в сфере социального обеспечения, так как процедура предоставления выплаты на момент совершения такого преступления уже завершена, все юридические факты, являющиеся основанием для назначения выплаты, и правоуполномоченное лицо определены правильно, самим правоуполномоченным лицом невыполнения его процедурных обязанностей допущено не было. Поэтому под действие данной нормы должны подпадать только деяния, связанные с обманом относительно вышеуказанных обстоятельств.

Проблема разграничения преступления, предусмотренного ст. 159.2 УК РФ, с иными «номерными» составами мошенничества также имеет существенное практическое значение. Наиболее актуальной является проблема разграничения мошенничества при получении выплат с мошенничеством в сфере страхования.

Мошенничество в сфере страхования и мошенничество при получении выплат, безусловно, не могут конкурировать между собой как общий и специальный состав, поскольку оба данных состава имеют признаки, свойственные только им. У преступления, предусмотренного ст. 159.2 УК РФ, такими признаками являются специфический предмет преступления и дополнительный непосредственный объект преступления, а у мошенничества в сфере страхования — это предмет (страховое возмещение, подлежащее выплате в соответствии с договором). Между тем данные составы являются смежными, поскольку имеют схожий способ совершения преступления, а также могут иметь схожий предмет хищения ввиду того, что при производстве некоторых социальных выплат используются элементы страхования.

Представляется, что главным критерием разграничения этих составов опять-таки является такой признак состава мошенничества при получении выплат, как дополнительный непосредственный объект преступления — общественные отношения в сфере социального обеспечения. При решении указанной квалификационной проблемы необходимо установить, был ли причинен вред данным общественным отношениям или нет. Очевидно, что поскольку указанные общественные отношения — это отношения между гражданином и публичными образованиями, то им не может быть причинен вред в результате хищения имущества, не принадлежащего государству, муниципалитетам или внебюджетным государственным фондам, которые согласно ст. 10 Бюджетного кодекса РФ также относятся к бюджетам бюджетной системы Российской Федерации.

В российском праве социального обеспечения используются такие понятия, как «обязательное социальное страхование, обязательное пенсионное страхование» и «обязательное медицинское страхование». Обязательное социальное страхование, как и его разновидности — обязательное пенсионное страхование и обязательное медицинское страхование, является определенной организационно-правовой формой осуществления социального обеспечения <13>. Согласно ст. 1 Федерального закона от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» обязательное социальное страхование — часть государственной системы социальной защиты населения, спецификой которой является осуществляемое в соответствии с федеральным законом страхование работающих граждан от возможного изменения материального и (или) социального положения, в том числе по независящим от них обстоятельствам <14>. Правовое регулирование отношений в системе обязательного социального страхования имеет ярко выраженный публично-правовой характер.

———————————

<13> Захаров М.Л., Тучкова Э.Г. Указ. соч. С. 30; Гришаев С.П. Страхование // СПС «КонсультантПлюс».

<14> Российская газета. 1999. 21 июля. N 139.

 

Страхование в отличие от перечисленных выше организационно-правовых форм социального обеспечения является институтом гражданского права, основополагающие нормы которого сосредоточены в гл. 48 ГК <15>. Легальное определение страхования дано в ч. 1 ст. 2 Закона РФ от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» <16>. Согласно данной норме страхование — это отношения по защите интересов физических и юридических лиц, Российской Федерации, субъектов Федерации и муниципальных образований при наступлении определенных страховых случаев за счет денежных фондов, формируемых страховщиками из уплаченных страховых премий (страховых взносов), а также за счет иных средств страховщиков. Страхование осуществляется в том числе, форме обязательного страхования.

———————————

<15> Гришаев С.П. Указ. соч.

<16> Российская газета. 1993. 12 января. N 6.

 

При сравнении приведенных определений обязательного социального страхования и гражданско-правового страхования несложно обнаружить имеющиеся между ними существенные различия. Как точно отмечает В.В. Стрельников, «имея сходство с обязательным гражданско-правовым страхованием (страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств, жизни и здоровья пассажиров и т.д.), обязательное социальное страхование остается в сфере публично-правового регулирования. Обязательное гражданско-правовое страхование, хотя и осуществляемое в силу закона, предполагает заключение договора страхования, оставляет страхователю право на выбор страховой организации, т.е. предполагается наличие конкурентного рынка страховых услуг, а также возможность влиять на определенные условия договора» <17>. Но наиболее важным, с нашей точки зрения, различием, имеющим ключевое значение для квалификации, является тот факт, что обязательное социальное страхование является частью государственной системы социальной защиты населения, а гражданско-правовое страхование — нет, а значит, хищение денежных средств, выделяемых в качестве страхового обеспечения в рамках обязательного социального страхования, может причинить вред общественным отношениям в сфере социального обеспечения, а хищение средств, составляющих страховое возмещение по договорам гражданско-правового страхования, такого вреда причинить не может.

———————————

<17> Стрельников В.В. Финансово-правовое регулирование страхования // Финансовое право. 2005. N 2.

 

Статья 159.5 УК РФ устанавливает уголовную ответственность за хищение мошенническим путем денежных средств именно в сфере страхования (а не в сфере социального обеспечения), что прямо указано как в названии статьи, так и в диспозиции ее первой части. Данный вывод также следует и из того, что законодателем в диспозиции ч. 1 ст. 159.5 УК РФ при описании предмета хищения используется термин «страховое возмещение». Согласно ст. 10 Закона РФ от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховая выплата или страховое возмещение — это «денежная сумма, которая …выплачивается страховщиком страхователю …при наступлении страхового случая». Показательным является тот факт, что термин «страховое возмещение» используется в законах, регулирующих только гражданско-правовые отношения страхования (например, ст. 929, ст. 947 ГК РФ и др.). В нормативно-правовых актах, регулирующих отношения в сфере социального обеспечения (обязательного социального страхования и его разновидностей) для определения производимых выплат используется термин «страховое обеспечение» <18>, что обусловлено специфическим обеспечительным характером таких выплат и подчеркивает их отнесение именно к мерам социального обеспечения.

———————————

<18> См., напр.: статья 3 Федерального закона от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования»; ст. 3 Федерального закона от 29 ноября 2010 г. N 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации»; ст. 3 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации».

 

Таким образом, совершенные соответствующим способом хищения средств, выплата которых осуществляется из государственного или муниципального бюджета, государственных внебюджетных фондов в рамках общественных отношений в сфере социального обеспечения, урегулированных правом социального обеспечения, должны квалифицироваться по ст. 159.2 УК РФ, а хищения денежных средств, выплачиваемых из фондов юридических лиц (страховщиков) в качестве страхового возмещения на основании гражданско-правового договора страхования, должны квалифицироваться по ст. 159.5 УК РФ. В основном по такому пути в настоящее время идет судебная практика <19>.

———————————

<19> См., напр.: Апелляционное определение Московского областного суда от 7 августа 2014 г. по делу N 22-4522/2014; Постановление президиума Оренбургского областного суда от 2 сентября 2013 г. N 44у-400-2013; Определение Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 г. N 52-Д13-12 // СПС «КонсультантПлюс».

 

Пристатейный библиографический список

 

  1. Аракчеев В.С., Агашев Д.В., Гречук Л.А. Право социального обеспечения России. Томск: Изд-во НТЛ, 2006. Ч. 1.
  2. Архипов А.В. К вопросу о необходимости специальной нормы, предусматривающей уголовную ответственность за мошенничество при получении выплат // Вестник Томского государственного университета. 2013. N 377.
  3. Болдырев В. Мошенничество с целью получения социальных выплат: предмет преступления // Уголовное право. 2014. N 3.
  4. Гришаев С.П. Страхование // СПС «КонсультантПлюс».
  5. Елисеев С.А. Преступления против собственности по уголовному законодательству России (вопросы теории). Томск: Изд-во Том. ун-та, 1999.
  6. Ершов В.А., Толмачев И.А. Право социального обеспечения: Учебное пособие. М.: ГроссМедиа; РОСБУХ, 2009.
  7. Захаров М.Л., Тучкова Э.Г. Право социального обеспечения России. М.: Изд-во БЕК, 2002.
  8. Иногамова-Хегай Л.В. Конкуренция норм уголовного права. М., 1999.
  9. Кленова Т.В. О разграничении смежных и конкурирующих составов преступлений (на примере мошенничества) // Уголовное судопроизводство. 2014. N 1.
  10. Лесняк В.И. Мошенничество: уголовно-правовой и криминологический аспекты: Автореф. дис. … канд. юрид. наук / Уральская юридическая академия. Екатеринбург, 2000.
  11. Стрельников В.В. Финансово-правовое регулирование страхования // Финансовое право. 2005. N 2.

12. Шеслер А. Мошенничество: проблемы реализации законодательных новелл // Уголовное право. 2013. N 2.

Л.М.ПРОЗУМЕНТОВ, А.В.АРХИПОВ

____________________

Ключевые слова: мошенничество, социальные выплаты, конкуренция норм.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code