Принудительное лечение и наблюдение у психиатра как альтернативная мера административного принуждения

Автор заостряет проблему привлечения внимания к лицам с расстройствами психики в административных правоотношениях и целесообразности координации противоправной деятельности лиц, страдающих психическими расстройствами, в административно-правовом порядке путем применения к ним мер административно-правового характера, схожих по сущности и содержанию с такой принудительной мерой медицинского характера в уголовном законе, как принудительное наблюдение и лечение у врача-психиатра в амбулаторных условиях.

 

Понятие «невменяемость» присуще уголовному и административному праву России. При законодательно схожих формулировках понятия «невменяемость» (в уголовном законе оно содержится в ст. 21 УК РФ, в административном праве — это ст. 2.8 КоАП РФ) оно находит разное выражение в виде правовых последствий уголовно-запрещенных и административно наказуемых деяний лиц, совершивших их в этом состоянии.

По действующему Уголовному кодексу РФ лицам, находившимся в момент совершения общественно опасного деяния в состоянии невменяемости, назначаются особые меры уголовно-правового характера — принудительные меры медицинского характера.

Согласно ст. 99 УК РФ, суд может назначить один из видов принудительных мер медицинского характера: а) принудительное наблюдение и лечение у врача-психиатра в амбулаторных условиях; б) принудительное лечение в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, общего типа; и другие виды мер.

В силу ст. 100 УК РФ, принудительное наблюдение и лечение у врача-психиатра в амбулаторных условиях может быть назначено, если лицо по своему психическому состоянию не нуждается в помещении в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях.

Данная мера включает в себя систематическое посещение лицом врача-психиатра и выполнение всех предписанных мер: реабилитационных, психопрофилактических и других. Значимость данной принудительной медицинской меры состоит в том, что лица сохраняют привычный образ жизни и социальные связи, а также не изолируются от общества.

Такая мера государственного принуждения отвечает современным реалиям, ведь «в последние годы в отечественной психиатрии все большую актуальность приобретает тенденция к сдвигу акцента оказания психиатрической помощи во внебольничные условия» <1>.

———————————

<1> Чуканова Е.К. Эффективность комплексной психосоциальной помощи больным шизофренией и расстройствами шизофренического спектра на базе психоневрологического диспансера // Социальная и клиническая психиатрия. 2014г. N 1. Т. 24. С. 21.

 

Принудительное наблюдение и лечение у врача-психиатра может быть не только назначено невменяемым, но и применено по отношению к ограниченно вменяемым наряду с наказанием (ст. 22 УК РФ), что в совокупности способствует как исправлению осужденного, так и одновременно позволяет положительно воздействовать на его психическое состояние путем оказания квалифицированной психиатрической помощи.

При этом оно должно применяться не ко всем лицам, совершившим преступление в состоянии ограниченной вменяемости, поскольку только неблагоприятная динамика психических аномалий, склонность к частым декомпенсациям, тенденция к дезадаптации, трудная коррегируемость расстройства свидетельствуют в пользу необходимости его применения <2>. Лица, находящиеся на амбулаторном принудительном лечении, не могут прекратить лечение без решения суда, не имеют права отказаться от назначенных им лечебно-реабилитационных мероприятий <3>.

———————————

<2> Огурцов С.А. Уголовно-правовые последствия, применяемые к лицам с психическими расстройствами, не исключающими вменяемости // Российский судья. 2012г. N 10. С. 12.

<3> Алексеева Л.А., Антохина Н.Ю. Понятие, виды и особенности принудительных мер медицинского характера // Мировой судья. 2011г. N 8. С. 22.

 

Принудительное наблюдение и лечение у врача-психиатра в амбулаторных условиях, основанное исключительно на недобровольных началах и применяемое к лицам с расстройствами психики, совершившим общественно опасные деяния, является составляющей механизма принудительно-лечебного воздействия государства на граждан в Российской Федерации, применяемого не только в уголовном праве и не только за совершение общественно опасных деяний, запрещенных УК РФ. В частных правоотношениях недобровольность лечения возможна, к примеру, на основании решения суда о принудительном помещении человека в психиатрическое лечебное учреждение.

Следовательно, механизм принудительно-лечебного воздействия государства на лиц с расстройствами психики носит смежный, межотраслевой характер, преследует цели защиты интересов общества, граждан, самого лица, страдающего психической болезнью. Поэтому, полагаем, такая мера принуждения, как принудительное наблюдение и лечение у врача-психиатра в амбулаторных условиях, используемая в уголовном праве и востребованная в юридической практике, может быть перенята административным правом; своевременная коррекционная, профилактическая, реабилитационная работа (в отношении психически нездоровых людей) не только необходима при совершении лицами с психическими расстройствами общественно опасных деяний, но и может иметь определенные положительные последствия в отношении граждан с такими заболеваниями, совершивших административные противоправные деяния.

В административном праве совершение лицом противоправного деяния в состоянии невменяемости не влечет каких-либо отрицательных последствий для такого лица в виде наказания или претерпевания иных мер административно-правового характера в связи с этим деянием, поскольку Российское государство не применяет к нему меры государственного принуждения в виде мер юридической ответственности или каких-нибудь иных, связанных с совершением административных противоправных деяний, мер принуждения. Такое лицо административной ответственности не подлежит (ст. 2.8 КоАП РФ).

Целесообразно ли оставлять без должного государственного внимания невменяемых лиц в административном праве как лиц, нарушивших нормы отечественного законодательства, а также без врачебного наблюдения и лечения — как лиц, которым не только желательно добровольное лечение, но и зачастую необходимо принудительное медицинское вмешательство в необследованное протекание их заболевания? По всей видимости, нет.

Правоприменительная деятельность, в том числе судебная практика, значимы в связи с наглядным отображением ими верности изложения законодателем правовых норм, с незамедлительным выявлением недостатков в них, а также способствованием к законодательным новеллам по результатам ее анализа, поэтому исследование правоприменительной деятельности всегда очень важно.

Обратимся к ней, анализируя поставленную проблему.

Согласно Обзору судебной практики Красноярского краевого суда по делам об административных правонарушениях за третий квартал 2011 года, утвержденному на заседании президиума краевого суда 18 октября 2011 года, судьей городского суда С. был подвергнут административному наказанию по части 2 статьи 6.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за потребление наркотического средства без назначения врача. При этом личность виновного судом надлежащим образом исследована не была. В ходе рассмотрения дела в суде С. указывал о получении пенсии. Однако судьей не выяснялось, в связи с чем С., 1978 года рождения, получает пенсию. Из жалобы С. следует, что с 2002 г. он является инвалидом по психическому заболеванию в связи с травмой головного мозга. В 2007 г. психиатрической экспертизой было установлено, что он страдает психическим заболеванием, состоит на учете в краевой психиатрической больнице. Указанные обстоятельства в ходе производства по делу органами наркоконтроля не выяснялись. Судьей в постановлении о привлечении к ответственности вопрос о вменяемости С. при совершении административного правонарушения не исследовался. Тогда как, учитывая вышеуказанные обстоятельства, данный вопрос подлежал обязательному рассмотрению, и ему следовало дать соответствующую оценку в постановлении <4>.

———————————

<4> Обзор судебной практики Красноярского краевого суда по делам об административных правонарушениях за третий квартал 2011 года: утвержден на заседании президиума краевого суда 18 октября 2011 г. [Электронный ресурс]. URL: http://kraevoy.krk.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=153 (дата обращения: 19.01.2015г.).

 

Возможно, что, если бы в данном деле своевременно была проведена судебно-психиатрическая экспертиза, ее результаты могли бы подтвердить у лица психическую болезнь, повлекшую его невменяемость во время совершения административного противоправного поступка (или, что абсолютно не исключено, ограниченную вменяемость), на течение которой можно было бы успешно повлиять, если бы в административном производстве действовали элементы механизма принудительного лечения, аналогичные принудительным медицинским мерам, имеющимся в уголовном законе.

Судебная практика по административным делам выявляет немалочисленные случаи совершения запрещенных административных поступков лицами, к которым применены принудительные меры медицинского характера в уголовно-правовом порядке за совершение уголовного общественно опасного деяния и которые находятся на принудительном лечении, что свидетельствует о неэффективности (малоэффективности) применяемого к ним принудительного лечения либо ненадлежащем надзоре за такими гражданами.

Например, постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении было вынесено в отношении лица, который совершил уголовно наказуемое деяние и к которому были применены принудительные меры медицинского характера в виде назначения ему стационарного лечения, — Петрова А.В. Так, мировой судья судебного участка N 50 Ванинского района Хабаровского края рассмотрел материалы об административном правонарушении в отношении Петрова по ст. 7.27 КоАП РФ. Судья в решении указал, что «нашел вину Петрова А.В. в совершении административного правонарушения по ст. 7.27 КоАП РФ, т.е. мелкого хищения чужого имущества путем кражи, — установленной». Однако судья счел необходимым прекратить производство по делу на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, ввиду невменяемости лица, совершившего противоправные действия, поскольку было установлено, что 16 мая 2014 г. Постановлением Ванинского районного суда Хабаровского края Петров А.В. освобожден от уголовной ответственности с применением мер медицинского характера, с помещением в психиатрический стационар общего типа <5>. Изучив данное дело, отметим, что Суд был не вправе при вынесении вышеприведенного постановления входить в обсуждение вины лица, совершившего административное противоправное деяние.

———————————

<5> Постановление мирового судьи судебного участка N 50 Ванинского района Хабаровского края от 25 июня 2014 г.по делу N 5-472/2014 [Электронный ресурс]. URL: http://www.gcourts.ru/ (дата обращения: 18.01.2015г.).

 

Из данного примера явствует следующее: 1) недобровольное лечение, применяемое к индивиду, не гарантирует того, что лицо перестанет быть общественно опасным и не будет причинять вред охраняемым государством правоотношениям. Нетрудно представить, какие немалые негативные последствия может влечь вообще отсутствие лечения лиц с душевными болезнями, совершающих различные противоправные деяния, даже если они находятся на стационарном лечении; 2) анализ подобных дел необходим и должен систематически проводиться психиатрами и юристами с тем, чтобы вырабатывать какие-либо рекомендации по улучшению качества психиатрического лечения в России, внедрению новых методов в лечении психических заболеваний.

Считаем интересным обратить внимание на то, что в судебной практике Российской Федерации имеются дела, в которых лица, страдающие психическими заболеваниями, лично просят об освобождении их от ответственности за совершенное противоправное деяние в связи с наличием такого заболевания не только в поданных жалобах, но и в судебном заседании при рассмотрении в отношении их дела.

Постановлением судьи Куртамышского районного суда Курганской области от 04.03.2014г. Р. привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 20.1 КоАП РФ и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа. Как следует из обжалуемого Постановления судьи от 04.03.2014г., Р. привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 20.1 КоАП РФ. Вопрос о вменяемости Р. должностным лицом при составлении протокола об административном правонарушении и судьей районного суда при рассмотрении материалов административного дела не исследовался. Между тем сам Р. ссылался в жалобе на то, что он является инвалидом I группы по психическому заболеванию и не может понимать значение своих действий и руководить ими. При таких обстоятельствах имеются обоснованные сомнения во вменяемости Р. в момент совершения правонарушения. То обстоятельство, что Р. является получателем пенсии по I группе инвалидности ввиду наличия у него психического заболевания, указывалось им в судебном заседании при рассмотрении дела в районном суде. Однако судьей районного суда это обстоятельство не было учтено, и ему не была дана надлежащая правовая оценка. При рассмотрении жалобы Р. судья Курганского областного суда пришел к выводу об отмене Постановления <6>.

———————————

<6> Обзор судебной практики по делам об административных правонарушениях за I полугодие 2014 г.: утвержден Постановлением президиума Курганского областного суда 7 июля 2014 г. [Электронный ресурс]. URL: http://oblsud.krg.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=222 (дата обращения: 18.01.2015г.).

 

Еще один пример из судебной практики:

8 июня 2012 г. мировым судьей судебного участка N 7 Засвияжского района г. Ульяновска было рассмотрено дело об административном правонарушении в отношении Лисича И.А., привлекаемого к административной ответственности по ст. 12.7 ч. 2 КоАП РФ. В судебном заседании Лисич И.А. с вменяемым ему административным правонарушением не согласился, пояснив, что он состоит на учете в ГКУЗ «ОКПБ им. Н.М. Карамзина» с имеющимся у него психическим заболеванием, в связи с чем он должен быть освобожден от административной ответственности. По результатам рассмотрения дела лицо освобождено от ответственности <7>.

———————————

<7> Постановление мирового судьи судебного участка N 7 Засвияжского района г. Ульяновска от 8 июня 2014 г. по делу N 5-131/2012 // http://7zasvrn.uln.msudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&op=sd&number=23669300&delo_id=1500001/ (дата обращения: 18.01.2015г.).

 

Вследствие анализа личных заявлений граждан с заболеваниями психики (из вышерассмотренных просьб) предполагается, что они понимают сущность отказа государства в применении к ним мер государственного принуждения, осознают, что отрицательные правовые последствия от совершенного деяния для них не наступят. Таким образом, это примеры складывающихся двусмысленных ситуаций, в которых лица не осознают общественной опасности, противоправности своего поступка, когда совершают какое-либо незаконное деяние (как то предполагается при освобождении их от административной ответственности в связи с невменяемостью), но одновременно понимают смысл освобождения от ответственности и неназначения наказания (как это в некоторой степени следует из представленных реальных примеров из судебной практики).

В сфере административного принуждения это чревато тем, что лицо и в дальнейшем может совершать противоправные поступки, а затем просить об освобождении от административной ответственности, достоверно зная и помня, что за их совершение оно не понесет никакого наказания впоследствии.

Из анализа вышеприведенных случаев приходим к выводам: правовой реакции Российского государства в виде обращения внимания на необходимость лечения расстройств психики в связи с совершением лицами с такими заболеваниями административных противоправных деяний не имеется.

В связи с их нелечением они представляют потенциальную угрозу для общества в виде возможного совершения ими новых противоправных деяний и несут латентную опасность причинения вреда охраняемым правам и интересам социума, государства, отдельных граждан.

Принудительное лечение, как возможный способ воздействия государства на лиц с расстройствами психики в административных правоотношениях, поможет уменьшить их потенциальную угрозу для социума, что свидетельствует о полезности его установления в административном праве.

Также принудительное лечение окажет благоприятное воздействие на самого объекта лечения, поскольку, общеизвестно, нелечение расстройства психики, как и любого заболевания, приводит к утяжелению симптомов заболевания и его переходу в хроническое течение.

Анализ судебной практики убеждает автора в рациональности воплощения в правовом пространстве Российской Федерации идеи о пользе внедрения в сфере административного принуждения института ограниченной вменяемости.

Кроме того, в административном праве целесообразно закрепление возможности применения по отношению к лицам с расстройствами психики мер государственного принуждения в виде «иных мер административно-правового характера», заимствованных из уголовного права (в уголовном праве иными мерами уголовно-правового характера названы принудительные меры медицинского характера), а именно — в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях.

При таких обстоятельствах предлагаем внести в ст. 2.8 КоАП РФ «Невменяемость» дополнение, изложив его в виде части второй данной статьи:

«Статья 2.8. Невменяемость

  1. Лицу, совершившему противоправные действия (бездействие), предусмотренные статьями Особенной части настоящего Кодекса, в состоянии невменяемости, может быть назначена иная мера административно-правового характера — принудительное наблюдение и лечение у врача-психиатра в амбулаторных условиях».

Также в положения Кодекса РФ об административных правонарушениях может быть включено немаловажное дополнение — статья 2.8.1 КоАП РФ «Административная ответственность лиц с психическим расстройством, не исключающим вменяемости», изложенная в следующем виде:

«Статья 2.8.1. Административная ответственность лиц с психическим расстройством, не исключающим вменяемости

  1. Вменяемое лицо, которое во время совершения административного правонарушения в силу психического расстройства не могло в полной мере осознавать фактический характер и противоправность своих действий (бездействия) либо руководить ими, подлежит административной ответственности.
  2. Психическое расстройство, не исключающее вменяемости, учитывается при назначении наказания и может служить основанием для назначения иной меры административно-правового характера — принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях».

 

Литература

 

  1. Алексеева Л.А., Антохина Н.Ю. Понятие, виды и особенности принудительных мер медицинского характера // Мировой судья. 2011. N 8. С. 18 — 25.
  2. Обзор судебной практики Красноярского краевого суда по делам об административных правонарушениях за третий квартал 2011 года: утвержден на заседании президиума краевого суда 18 октября 2011 года [Электронный ресурс]. URL: http://kraevoy.krk.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=153 (дата обращения: 19.01.2015).
  3. Обзор судебной практики по делам об административных правонарушениях за I полугодие 2014 года: утвержден Постановлением президиума Курганского областного суда 7 июля 2014 года [Электронный ресурс]. URL: http://oblsud.krg.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=222 (дата обращения: 18.01.2015).
  4. Огурцов С.А. Уголовно-правовые последствия, применяемые к лицам с психическими расстройствами, не исключающими вменяемости // Российский судья. 2012. N 10. С. 11 — 13.
  5. Постановление мирового судьи судебного участка N 50 Ванинского района Хабаровского края от 25 июня 2014 года по делу N 5-472/2014 [Электронный ресурс]. URL: http://www.gcourts.ru/ (дата обращения: 18.01.2015).
  6. Постановление мирового судьи судебного участка N 7 Засвияжского района г. Ульяновска от 8 июня 2014 года по делу N 5-131/2012 [Электронный ресурс]. URL: http://7zasvrn.uln.msudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&op=sd&number=23669300&delo_id=1500001/ (дата обращения: 18.01.2015).

7. Чуканова Е.К. Эффективность комплексной психосоциальной помощи больным шизофренией и расстройствами шизофренического спектра на базе психоневрологического диспансера // Социальная и клиническая психиатрия. 2014. N 1. Т. 24. С. 21 — 27.

Т.М.Секретарева

_________________________

Ключевые слова: невменяемость, ограниченная вменяемость, противоправное действие, бездействие, принуждение, правонарушение, правонарушитель.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code