2.3. Правовая природа иска о признании вещного права (Часть 2)

В спорах о защите вещных прав иск о признании преимущественно и в большинстве случаев имеет целью защиту конкретного субъективного вещного права, которое нарушено ответчиком, а не абстрактного правоотношения, в котором в качестве управомоченной стороны участвует истец. В данном случае предметом судебного разбирательства является выяснение и решение судом вопроса о том, возникло ли, существует ли в настоящее время на стороне истца вещное право, подлежащее защите от действий, осуществленных ответчиком.

Предъявление в суд исковых требований без указания ответчика не является защитой нарушенного вещного права, поскольку ход судебного разбирательства в таком случае изначально не строится на равноправии, состязательности истца и ответчика, интересы которых противопоставлены друг другу как действующих в собственных интересах процессуальных оппонентов. Отсутствие ответчика в заявленных требованиях о признании не соответствует характеру искового производства по рассмотрению и разрешению судом спора о праве. Судебная защита нарушенных вещных прав невозможна за рамками искового производства. Трудно согласиться с современными авторами в том, что «иск о признании права собственности — это требование лица, направленное на констатацию факта принадлежности ему права собственности» <438>, поскольку защита нарушенного права осуществляется в рамках искового производства, а не особых процедур установления факта, имеющего юридическое значение.

———————————

<438> Серегина О.Л. Иски о признании права собственности: дис. … канд. юрид. наук. Волгоград, 2007. С. 9.

 

Удовлетворение судом иска о признании направлено не только на пресечение правонарушения, но имеет и превентивное значение. После вступления в силу судебного акта по иску о признании субъектам гражданских правоотношений будет уже известно о том, что суд своим решением подтвердил существование права. В п. 4 совместного Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ N 10/22 высшими судебными инстанциями сделан вывод о том, что по смыслу ч. 2, 3 ст. 61 ГПК РФ, ч. 2, 3 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные при рассмотрении дела по иску о праве на имущество, не имеют обязательного характера для лиц, не участвовавших в деле, но тем не менее при рассмотрении нового иска суд учитывает обстоятельства ранее рассмотренного дела о праве на спорное имущество. После вступления в силу решения суда по иску о признании права в большинстве своем последующее оспаривание права окажется бесполезной тратой времени и денег.

Защита нарушенного права посредством иска о признании предполагает конфликтную ситуацию, разрешение которой в судебном порядке предполагает рассмотрение судом спора о нарушенном гражданском праве. В данном случае признание права судебным порядком не влечет за собой правосозидающего эффекта, а лишь правоподтверждающий, защищаемое право к моменту рассмотрения иска уже существует в силу предусмотренных законом или договором оснований. Обращение в суд за защитой нарушенного права связывается с необходимостью внешней регламентации субъективного права авторитетом судебной власти, средством чего выступает иск о признании.

Правонарушение и защита нарушенного права не имеют места в случае, когда в силу закона для возникновения субъективного права требуется судебное подтверждение его возникновения, как это имеет место в случае признания права собственности на самовольную постройку или признания права муниципальной собственности на бесхозяйную вещь. В данном случае суд не ориентирован на рассмотрение спора о праве гражданском, рассматриваемом на основе принципов состязательности и равноправия спорящих сторон, как и на защиту нарушенного права. Судебный акт в данном случае является необходимым элементом юридического состава возникновения субъективного права, а само право собственности является вновь установленным судебным актом (п. 3 ч. 1. ст. 8 ГК РФ) — действия суда в данном случае изначально и по существу не направлены на защиту нарушенных гражданских прав в исковом производстве.

На иск о признании вещного права как на способ исковой защиты вещных прав распространяются положения о сроках исковой давности без ограничения. Не обнаруживается достаточных оснований для квалификации случаев оспаривания или отрицания права длящимся правонарушением, в отношении которого обоснованны изъятия из правил о сроках исковой давности. В материалах правоприменительной практики отдельно оговаривается, что «если спорное имущество не выбывало из владения заявителя иска о признании, то на требование истца срок исковой давности не распространяется» <439>. В современных российских диссертационных исследованиях обосновывается обратное по смыслу положение о том, что применение сроков исковой давности противоречит природе иска о признании <440>, что не находит весомой опоры на законодательство, доктрину, сложившуюся правоприменительную практику.

———————————

<439> Определение ВАС РФ от 16.12.2013 N ВАС-17367/13 // СПС «КонсультантПлюс».

<440> См.: Люшня А.В. Признание права собственности как способ защиты гражданских прав: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2005. С. 10.

 

Действующая редакция ГК РФ не называет иска о признании вещного права в качестве специального способа защиты нарушенного вещного права. Свои коррективы внесены текущей судебно-арбитражной практикой, в материалах которой иск о признании права собственности получил развитие преимущественно как способ защиты права собственности на объекты недвижимости. В п. 2 совместного Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ N 10/22 прямо сказано, что «к искам на недвижимое имущество относятся, в частности, иски об истребовании имущества из чужого незаконного владения, об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, о признании права, об установлении сервитута, об установлении границ земельного участка, об освобождении имущества от ареста». Буквальное следование изложенному подходу способствует созданию искусственной ситуации, когда применение иска о признании вещных прав на движимые вещи не получает как способ защиты гражданских прав покровительства высших судебных инстанций, что не соответствует потребностям развития нормальных условий в жизни имущественного оборота, для которого видится важным наличие сбалансированного механизма защиты вещных прав как на движимое, так и недвижимое имущество. Научные взгляды на правовую природу и сферу применения иска о признании в спорах о защите вещных прав также носят сдержанно-ограничительный характер. К.И. Скловский полагает, что в ситуации, когда истец утратил владение спорной вещью, он не может требовать признания права на нее, поскольку не имеет в этом самостоятельного интереса, а любое решение суда по иску о признании без обсуждения вопросов владения преображается в российской действительности в поощрение самоуправства <441>. Полагаем, что данный вывод сам по себе носит эпизодический, вероятностно-предположительный характер, что говорит о невозможности его рассмотрения в значении общего руководства к действию во всех случаях. Происхождение и проявление юридического интереса в судебном подтверждении субъективного права не находятся в неразрывной связи с решением вопроса о владении вещью: истребование вещи из чужого владения и признание права на ту же вещь являются самостоятельными объектами интереса истца, которые могут не пересекаться.

———————————

<441> См.: Скловский К.И. Об условиях предъявления иска о признании права собственности // Вестник ВАС РФ. 2008. N 1.

 

В цитируемом совместном Постановлении N 10/22 Пленумы ВС РФ и ВАС РФ называют иск о признании вещного права или обременения отсутствующим. Действующая редакция ГК РФ не определяет иск о признании вещного права отсутствующим специальным средством гражданско-правовой защиты нарушенных вещных прав, в то время как характер изложения ст. 12 ГК РФ свидетельствует о закрытом, определенном непосредственно законом перечне способов защиты гражданских прав. Текущая правоприменительная практика обставляет применение иска о признании вещного права или обременения отсутствующим существенными условиями: запись в ЕГРП должна нарушать право истца, которое не может быть защищено иском о признании права или иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Столь избирательный подход привел к появлению в судебно-арбитражной практике квалификации иска о признании права или обременения отсутствующим как исключительного, экстраординарного способа защиты нарушенного права <442>, что само по себе предполагает заранее ограниченную и казуистическую сферу его практического применения. В отдельных судебных актах в качестве основания для отказа в удовлетворении иска о признании вещного права отсутствующим называется недоказанность истцом невозможности защиты своего права иным образом <443>.

———————————

<442> См., например: Определение ВС РФ от 15.10.2013 N 4-КГ13-28 // СПС «КонсультантПлюс».

<443> Определение ВАС РФ от 12.02.2014 N ВАС-603/14 // СПС «КонсультантПлюс».

 

Еще одну особенность судебно-арбитражной практики можно видеть в том, что иск о признании отсутствующим права на объект недвижимости уместен лишь в том случае, когда право уже зарегистрировано в ЕГРП ответчиком <444>. В материалах правоприменительной практики такой иск прямо называется «иском об оспаривании зарегистрированного права» <445>. В этом видится искусственно-ограниченный подход правоприменительной практики, поскольку невозможно исключить ситуаций, при которых практическая надобность в предъявлении такого иска сохраняется, а право и так зарегистрировано за истцом как за субъектом вещного права. Частным примером может служить ситуация, при которой суд, разрешивший по существу уголовное дело в отношении главы муниципального органа власти, действия которого были квалифицированы как злоупотребление должностным положением, признал последнего виновным и осудил, не привлекая к участию в деле юридическое лицо, которому были переданы по возмездной сделке права на объект недвижимости, незаконное распоряжение которым как объектом федеральной собственности вменялось в вину главе органа местного самоуправления, а сам объект недвижимости был арестован судом в порядке ст. 115 УПК РФ на стадии расследования уголовного дела органами следствия с предварительного разрешения суда. В такой ситуации складывается парадоксальная ситуация, при которой имущество юридического лица арестовано, его право, зарегистрированное в ЕГРП, не оспорено, лицо, совершившее в отношении объекта недвижимости распорядительные действия, осуждено вступившим в силу приговором за совершение преступления, связанного с незаконным присвоением правомочий федерального собственника государственного имущества <446>. Полагаем, что допустимые основания заявления иска о признании вещного права отсутствующим могут быть расширены до любого случая, когда данные ЕГРП указывают на зарегистрированное лицо как на правомочное, но по тем или иным причинам создается неопределенность в наличии у третьих лиц правомочий на тот же объект права, которые одновременно не признаются зарегистрированным лицом.

———————————

<444> См.: Полич С.Б., Подшивалов Т.П. Споры, связанные с признанием вещного права отсутствующим // КСАП. 2014. Вып. 20. С. 66 — 74.

<445> Определение ВАС РФ от 04.12.2013 N ВАС-15026/13 // СПС «КонсультантПлюс».

<446> См., например: Приговор Подольского городского суда в отношении С.А. Дубинина от 03.05.2011, оставленный в силе судами вышестоящих инстанций // Архив Подольского городского суда.

 

На основе изложенного можно прийти к следующим выводам:

  1. Иск о признании вещного права является вещным иском.
  2. Иск о признании вещного права может рассматриваться как положительный иск (иск о признании наличия существующего вещного права у истца), так и отрицательный иск (иск о признании отсутствующим вещного права на стороне ответчика).
  3. Признание права не является обособившейся стадией доказывания в любом споре о праве гражданском, а является специальным средством гражданско-правовой защиты нарушенного права.

Доказывание обоснованности заявленных в суд исковых требований является этапом судебного разбирательства по делу, в рамках которого истцом доказывается, а судом проверяется обоснованность заявленных исковых требований, что является стадией судебного разбирательства по заявленному иску и должно именоваться правоподтверждением. Разница признания и правоподтверждения видится нам очевидной в связи с тем, что правоподтверждение, понимаемое как этап доказывания заявленных исковых требований, не имеет для истца самостоятельной процессуальной цели, которой он добивается по итогам судебного разбирательства, и не является предметом спора сторон.

Содержание

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code