2.2. Негаторный иск как способ защиты вещных прав (Часть 2)

Текущие российские законотворческие новеллы, связанные с реформированием положений о негаторном иске, допускают взаимную защиту негаторным иском собственника и субъекта ограниченного вещного права в случаях, когда тот или другой выходят за пределы предоставленного права, ущемляя права и законные интересы друг друга (п. п. 2, 3 ст. 230 проекта изменений в ГК РФ). Важно, что в этом случае спор рассматривается между лицами, которые могут быть связаны договорными отношениями, что противоречит общепризнанной идеи о недопустимости применения в этом случае вещных исков. Сам по себе факт существования договорных отношений между субъектами вещных прав никак не противоречит действию принципа Numerus clausus, а способствует конкретизации взаимных прав и обязанностей участников такого соглашения, но никак не возникновению новых видов вещных прав, неизвестных законодательству, что представляется весьма существенной оговоркой. Существенной новеллой российского правотворчества следует считать закрепленное в п. б ст. 2.7 Концепции развития гражданского законодательства положение о том, что субъект вещного права, не дающего владение вещью, обладает возможностью предъявить только негаторный иск <362>.

———————————

<362> См.: Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации. М., 2009. С. 78.

 

Предмет и субъекты негаторного иска. Согласно легальному определению (ст. 304 ГК РФ, § 1004 BGB) негаторный иск способствует устранению препятствий в осуществлении права собственности, которые не связаны с лишением владения вещью. То есть согласно буквальному подходу законодателя негаторный иск неразрывно связан с правом собственности в условиях его нарушения.

Вместе с тем нельзя не отметить особенности российского законодательства. Статья 305 ГК РФ предоставляет любым титульным владельцам право защиты негаторным иском как от самого собственника, так и третьих лиц. Полагаем возможным разграничить иск, предъявляемый собственником на основании ст. 304 ГК РФ и титульным владельцем, руководствующимся при заявлении требований ст. 304, 305 ГК РФ. Думается, речь идет о принципиально различных правовых явлениях. В одном случае защищается непосредственно право собственности, в другом — имущественно-правовой статус титульного владельца.

Объектом правовой охраны в случае защиты титульного владения иском, основанном на ст. 304, 305 ГК РФ, выступает не правомочие пользования и распоряжения титульного владельца непосредственно как доказательство вещности его прав, а сам статус или правовая позиция титульного владельца как субъекта имущественных отношений вообще, гарантирующая неприкосновенность его интересов и правомочий.

Соответствующие притязания в порядке ст. 304, 305 ГК РФ являются особыми исковыми требованиями о прекращении влияния на вещь и не могут квалифицироваться как негаторные в чистом виде. В данных притязаниях, по сути, скрыт предмет исковых требований, по форме, но не содержанию, аналогичный негаторному иску: требование о прекращении любого несанкционированного влияния на вещь.

С аналогами ст. 305 ГК РФ не знакомы законодательство и судебная практика Германии, которые предоставляют титульному владельцу широкие возможности посессорной и петиторной владельческой защиты, не усматривая необходимости расширения сферы применения виндикационного и негаторного исков по кругу субъектов активной легитимации <363>.

———————————

<363> Вместе с тем отдельные авторы делают выводы о том, что истцом по иску, основанному на § 1004 BGB, может явиться и арендатор, а беститульный владелец обладает сходным с негаторным требованием по устранению посягательства, не повлекшего лишения владения (см.: Mager H. Op. cit. S. 79).

 

В юридической литературе принято считать одной из существенных характеристик права собственности возможность собственника постоянно воздействовать на вещь. Впрочем, речь идет не о постоянном воздействии на вещь до правонарушения как необходимом условии предъявления негаторного иска, а о сфере правового контроля управомоченного лица. Собственнику принадлежат все законно допустимые возможности использования и обладания вещью по собственному усмотрению с правом исключения любого от влияния на нее <364>. Спокойное осуществление данных правомочий гарантировано в системе исковой вещно-правовой защиты особым средством — негаторным иском, целью которого является устранение воздействия на право собственности <365>. Буквально речь идет об отрицательном иске, призванном исключить чужое воздействие на вещь. Следует поддержать уточнение, сделанное ВАС РФ, в том, что право на негаторную защиту имеет не только титульный владелец вещи, но не утрачивает и собственник вещи, что представляется соответствующим интересам как собственника, так и титульного владельца вещи, способствующим всемерной защите и охране гражданских прав. Однако при этом важно отметить, что ВАС РФ считает того и другого владельцами спорной вещи <366>, что необходимо в соответствии со ст. 304 ГК РФ для применения негаторной защиты. Полагаем, что в каждом конкретном случае этот вывод нуждается в уточнении.

———————————

<364> См.: Wolf M. Sachenrecht. 12 Auf. Muenchen, 1994. S. 21; Raiser L. Eigentumsanspruch und Recht zum Besitz, Festschrift fuer M. Wolf. Tuebingen, 1952, S. 168; Soergel Kommentar zum Buergerlichen Gesetzbuch, hrsg von W. Siebert. Stutgart — Berlin — Koeln, 1990. Bd. VI. Sachenrecht. § 903.

<365> См.: Picker E. Der negatorische Beseitigungsanspruch // AcP. Bd. 183. 1972. S. 369.

<366> См.: П. 3 Обзора судебной практики по некоторым вопросам защиты прав собственника от нарушений, не связанных с лишением владения / Информационное письмо ВАС РФ от 15.01.2013 N 153 // Вестник ВАС РФ. 2013. N 4.

 

В данной связи ВАС РФ счел надлежащим истцом по негаторному иску сервитуария и собственника холла, в котором был расположен спорный торговый прилавок <367>. Однако чем обусловлена сохранность длящегося владения одного и другого? Редакция ст. 304 ГК квалифицирует негаторный иск как требование собственника устранить нарушения, которые не были связаны с лишением владения. Следовательно, истцом по иску, основанному на ст. 304, 305 должен являться владеющий собственник или титульный владелец вещи. Сервитуарий изначально не является владельцем чужой вещи, обремененной сервитутом: его право пользования ограничено лишь возможностью извлечения некоторой пользы из свойства вещи (проход, проезд), а следовательно, и возможные притязания со стороны сервитуария должны ограничиваться требованием об устранении препятствий в осуществлении принадлежащих ему правомочий. Аналогичным образом собственник холла автоматически не является владельцем установленного на этой территории без согласования с ним чужого торгового прилавка, которым пользуется другое/третье лицо, а значит, по букве закона не может быть истцом по негаторному иску.

———————————

<367> Там же. См. п. п. 1, 4.

 

Удовлетворение негаторного иска предполагает обязательное выявление и квалификацию действий ответчика. Эти действия могут быть разнообразны, но они должны исходить непосредственно от ответчика (уход или посадка дерева, склонившегося на участок соседа, финансирование строительства мусороперерабатывающего завода на соседнем участке, оплата, принятие и согласование строительных работ как заказчиком <368> и т.д.).

———————————

<368> См.: П. 6 Обзора судебной практики по некоторым вопросам защиты прав собственника от нарушений, не связанных с лишением владения.

 

Действия ответчика не должны в обязательном порядке являться противоправными или незаконными, поскольку решающим является отношение и реакция на них со стороны управомоченного лица (например, сосед на своем земельном участке тщательно ухаживает за зловонными растениями, кажущимися ему уникальными и источающими благовония). Достаточным для предъявления негаторного иска в этой ситуации в судебной практике нередко считается несогласованность и нежелательность таких действий непосредственно для управомоченного лица — соседа, который считает невозможным использовать вследствие этих причин свой земельный участок и строения на нем, расположенные по целевому назначению, но никак не противоправность или противозаконность действий садовода. Иное мнение высказано в литературе, где утверждается, что «причинение ущерба (посредством негаторного иска. — С.С.) может быть предотвращено, только если поведение (ответчика. — С.С.) было противозаконно. Это не следует непосредственно из закона, но соответствует общественному мнению и предполагает прежде всего, что причинение ущерба произошло против воли собственника. Противозаконность обычно объясняется причинением ущерба» <369>.

———————————

<369> Nomos Kommentar zum BGB… S. 779.

 

Текущая практика Федерального суда по гражданским делам Германии ставит и иные вопросы. Истец обратился в суд с негаторным иском, в котором просил обязать своего соседа выкопать и вывести с принадлежащего ему земельного участка ядохимикаты и заменить слой грунта. В возражениях на заявленные требования ответчик сослался на то, что ему ничего не известно о сокрытых на территории принадлежащего ему земельного участках токсических веществах и ядохимикатах. Истец пояснил, что эти вещества были зарыты его правопредшественником и только сейчас вследствие естественного разложения, очевидно, стали испускать вредные здоровью газы и зловоние <370>. Речь идет о попытке рассмотрения собственника земельного участка как возможного ответчика по негаторному иску независимо от того, имел ли он отношение к причинам и последствиям воздействия, оспариваемого истцом. Как видно, ответчик считается надлежащим через формулу «собственность обязывает», независимо от его собственных действий, не говоря уже о том, что речь идет об ответственности не за свои, а за чужие действия. Полагаем, что это слишком широкое понимание, поскольку прежний собственник может быть привлечен к ответственности по правилам из причинения вреда, в том числе к вывозу и утилизации за свой счет этих химикатов, а нынешний собственник лишь к обязанности не препятствовать ему в этом и обеспечить в случае необходимости доступ на земельный участок.

———————————

<370> См.: Baur F. Op. cit. S. 493.

 

Российская судебно-арбитражная практика сталкивалась с похожими случаями применения негаторного иска, предъявляемого не непосредственно к причинителю неудобств, а к собственнику имущества. Собственник земельного участка предъявил негаторный иск к собственнику соседнего земельного участка, обосновав его следующим образом. На здании соседа смонтирована система водостока, в результате чего земельный участок истца подвергается затоплению каждый раз в случае дождя. Возражая на иск, ответчик сослался на то, что система водостоков была смонтирована арендатором без согласования с ним, договор аренды в настоящее время прекращен надлежащим исполнением. Суд не принял возражения ответчика во внимание, негаторный иск удовлетворил, указал, что ответчик продолжил нарушение, начатое арендатором. Однако никаких фактов, подтверждающих, что после исполнения договора собственник здания осуществлял ремонт, перестройку или благоустройство водоотвода, судом установлено не было <371>. Получается, что для удовлетворения негаторного иска достаточно самой принадлежности ответчику вещи независимо от оценки его действий, повлекших создание неудобств для истца. Таким образом, через конструкцию правовой принадлежности вещи осуществляется «объективное вменение» ответственности правообладателя за неудобства, причиненные соседу, независимо от его собственных действий, что кажется весьма спорным. Интересно, что при обсуждении проекта обзора судебной практики по некоторым вопросам защиты прав собственника от нарушений, не связанных с лишением владения, акценты внимания распределялись иначе <372>. Так, разработчиками проекта Обзора предлагалась следующая редакция п. 12: «Согласие предыдущего собственника здания с действиями, нарушающими его право собственности на имущество, не является основанием для отказа в удовлетворении требования последующего собственника об устранении нарушения права, не соединенного с лишением владения». В качестве примера предлагалось судебное дело, по которому прежний собственник не препятствовал складированию мусора, но в то же время прямо и не возражал против этого. Уточнения требует следующий аспект, имеющий принципиальное значение. Отсутствие реакции собственника на действия ответчика никак не подразумевают его автоматического согласия с ними. Последующий собственник связан силой распорядительных действий, которые были совершены предыдущим собственником в силу правопреемства, в связи с чем, полагаем, что данное согласие юридической силы не утрачивает.

———————————

<371> См.: П. 5 Обзора судебной практики по некоторым вопросам защиты прав собственника от нарушений, не связанных с лишением владения.

<372> См.: Проект Обзора судебной практики по некоторым вопросам защиты прав собственника от нарушений, не связанных с лишением владения // www.pda.arbitr.ru/vas/presidium/prac/67201.

 

Расширение сферы применения негаторного иска не только в теории, но и правоприменительной практике провоцирует постановку вопроса о соотношении негаторной и деликтной защиты. А. Лозе предлагает рассматривать § 1004 BGB как требование об устранении затруднения, которое имеет чуть большую восстановительную силу, нежели деликтное требование, тесно связанное с принципом виновной ответственности <373>. В этом случае положениям закона дается, думается, излишне расширительное толкование, в результате которого не исключается конкуренция исков, что само по себе представляется дискуссионным.

———————————

<373> См.: Lose A. Op. cit. S. 902.

 

Нередко истец, предъявляя негаторный иск, требует не только устранения самого вмешательства, но и компенсации причиненного ущерба в натуре и возмещения убытков. Суды, как правило, считают данные требования связанными и принимают иск к производству, в то время как в юридической литературе говорится о «гармонизации деликтного и негаторного требований» и, как следствие, об особом «деликтно-негаторном противоправном деянии» <374>. Несколько иная ситуация имеет место в гражданском праве Италии. Согласно содержанию и толкованию ст. 949 CC собственник может подать иск, заявив об отсутствии заявленных прав третьими лицами на вещь в том случае, когда есть причина опасаться за возможность причинения вреда вещи <375>. Здесь же приводятся материалы судебной практики, где признается, что негаторный иск не может быть реализован собственником для проверки степени причиненного вреда или нарушения прав владения имуществом. Это не исключает совместного предъявления негаторного иска и требования о возмещении причиненного вреда.

———————————

<374> См.: Baur F. Op. cit. S. 475.

<375> См.: Codice civile. Annotato con la giurisprudenza a cura di L. Ciafardini, F. Izzo. 2012. P. 796.

 

Однако речь идет лишь о соединении требований, что не дает ни малейших оснований делать выводы о единой юридической природе заявляемого иска как вновь возникшего или модернизированного способа защиты гражданских прав. В действительности речь идет о нескольких самостоятельных требованиях, рассмотрение которых предполагает обособленное выяснение и доказывание особых обстоятельств, применение соответствующих каждому из соединенных притязаний отдельных норм права. Нетрудно заметить, что в случае удовлетворения предъявленного иска качественно различаться будет и само присуждение. В этом случае природа негаторного иска не видоизменяется, и по-прежнему этот иск может характеризоваться как требование об устранении мешающего управомоченному лицу воздействия. Другое дело, что судами применяются правила о соединении исков, и это влечет расширение круга притязаний к ответчику, но это никак не влияет на видоизменение природы негаторного иска. Нет причин не согласиться и с тем, что удовлетворение негаторного иска может являться основанием для последующего предъявления и рассмотрения судом иска о возмещении причиненного ущерба, но в этом случае речь идет об отличном требовании, нежели негаторном иске.

Основания негаторного иска. Ни российское, ни германское действующее гражданское законодательство не содержит исчерпывающего перечня составов правонарушений, пресекаемых посредством негаторного иска, что кажется весьма разумным.

Как следствие, системы гражданского права Германии и России не содержат самостоятельного понятия нарушения права собственности в контексте специальной нормы. При применении § 1004 BGB немецкие суды основываются на сущностном содержании § 903 BGB применительно к специфике рассматриваемого спора. При этом в процессе подготовки и рассмотрения дела судом оцениваются и устанавливаются следующие обстоятельства:

— состав активных действий ответчика, степень их противозаконности и ущерба, причиняемого истцу;

— фактическое влияние этих действий на права истца (предотвратил ли ответчик возможность использования вещи истцом или просто временно ограничил его владение/пользование/распоряжение вещью, к примеру припарковав машину к воротам дома истца-собственника);

— имело ли место нарушение господства лица над вещью (утверждал ли ответчик, осуществляя воздействие на вещь, свое право, отрицая тем самым права истца).

Не всякое правонарушение, формально отвечающее всем необходимым признакам, приводит к удовлетворению негаторного иска. Сделанный вывод находит свое подтверждение при анализе немецкой доктрины и правоприменительной практики. К примеру, общественный интерес в ряде случаев признается более существенным, нежели интересы пострадавшего собственника. Исходя из этой посылки, собственник вынужден смириться с чинимыми помехами, если в случае удовлетворения негаторного иска соответствующее общественно значимое благо ухудшится. Так, заявленное истцом требование негаторного типа о демонтаже автобусной остановки близ дома собственника потерпело неудачу (BGH 1984, 1242) в связи с особым значением автодорожных магистралей для общественно-транспортного сообщения.

Наряду с приведенным примером в тексте BGB обнаруживаются куда более существенные, определенные на уровне нормы закона ограничения возможности предъявления негаторного иска, установленные в угоду интересам общества и самого имущественного оборота. К примеру, в § 904 BGB говорится об обязанности собственника претерпевать воздействия на вещь, чинимые ответчиком в условиях крайней необходимости, а в § 912 BGB говорится об обязанности собственника смириться с нарушением границ земельного участка, допущенных застройщиком без умысла и грубой неосторожности, при отсутствии возражений собственника земельного участка против возведенной постройки, заявленных им немедленно, также в § 917 BGB определены случаи использования чужим земельным участком для сообщения с общественной дорогой, которому собственник противится, в том числе посредством использования негаторного иска.

Принимая во внимание особенности содержания негаторного иска, с теоретической точки зрения мыслимы два вида правонарушений, различающихся по характеру неправомерного воздействия на вещь. В первом случае речь идет об отрицательном типе правонарушения как фактическом основании негаторного иска, при котором потерпевший собственник лишается возможности осуществления каких-либо правомочий, во втором — о положительном типе правонарушения, вследствие которого самому объекту вещного права нанесен вред неправомерными действиями ответчика.

Приведенные типы правонарушений, пресекаемые негаторным иском, во многом обогащены опытом правоприменительной практики. Важно подчеркнуть, что один факт наличия права не создает автоматически обязанности и ответственности по негаторному иску. Как видно, к аналогичным выводам пришел Федеральный суд Германии, отказав истцу в удовлетворении требований к его соседу о спиле лиственницы на земельном участке по правилам § 1004 BGB ввиду распространения с нее насекомых на территорию земельного участка истца (BGH 7-7-1995) или о возмещении убытков и принудительной химической обработке виноградника ответчика, который соответствующим бездействием, по мнению истца, способствовал ухудшению сорта виноградника своего соседа (BGH 16-2-2001) <376>.

———————————

<376> Цит. по: Hermann E. Die Haftungsvoraussetzungen nach § 1004 BGB — Neuere Entwicklungen und // Jus. 1994. S. 273 — 281.

 

Представляется, что приведенные судебные акты в необходимой степени обоснованны, ответчик может быть призван надлежащим по негаторному иску, если своими действиями создал или способствовал созданию конкретного источника опасности или неудобств собственнику. Истцом должны быть доказаны конкретный состав действий ответчика, способствующих неудобствам истца (например, ответчик ухаживал за деревьями лично или привлек для этого садовника, который осуществлял соответствующую химическую обработку растений). На ответчика не может возлагаться ответственность за явления природы и процессы жизнедеятельности белковых тел (распространение насекомых, рост корней дерева), соответственно, собственник также не обязан начинать по требованию соседа какой-либо борьбы с насекомыми вредителями.

По другому делу, рассмотренному Федеральным судом Германии, было установлено, что тополя соседа в период цветения засыпают пухом теннисные корты на соседнем участке <377>. По мнению истца, ответчик в рамках присуждения по негаторному иску должен быть принужден судом к спилу тополей. Но при вынесении данного решения судом будут грубо нарушены права и законные интересы собственника земельного участка, на котором растут такие деревья! Для негаторного иска необходимо быть непосредственным причинителем вреда, а не косвенно способствовать неудобствам истца своими действиями, ухаживая за тополями. К тому же в силу § 910 BGB истцу придется терпеть сложившуюся ситуацию, если тополя уже росли к моменту образования теннисных кортов на участке соседа. ВАС РФ удачно отметил, что негаторный иск не подлежит удовлетворению в том случае, когда негаторный иск к собственнику соседнего земельного участка мотивирован невозможностью осуществления строительства в желаемом объеме, если сосед уже застроил свой участок в соответствии со строительными и градостроительными нормами и правилами <378>.

———————————

<377> См.: Wolf M. Op. cit. S. 147.

<378> См.: П. 8 Обзора судебной практики по некоторым вопросам защиты прав собственника от нарушений, не связанных с лишением владения.

 

В научной литературе необходимой предпосылкой негаторного иска считается вмешательство — действие, которое «охватывает лишь нанесение травмы, но не саму нанесенную травму как таковую» <379>. Тем самым разделяется само вмешательство в правовую сферу и наступившие последствия. Этим теоретическим заключением из сферы негаторной защиты исключается само требование об устранении последствий учиненного вторжения, что является существенным для характеристики негаторного иска на современном этапе. К тому же в противном случае негаторная защита превращается в гражданско-правовое средство защиты не вещного, а общего характера, сфера применения которого не является не только определенной, но и определимой.

———————————

<379> Lohse A. § 1004 BGB als Rechtsgrundlage ? Die Diskussion um die Reichweite der Haftung auf im Lichte der Rechtsprechung des Kartellsenats des Bundesgerichtshofs // AcP. Bd. 201, H. 6. 2001. S. 914.

 

Завершение рассмотрения вопросов оснований негаторного иска требует конкретизации понятия чужого вмешательства в правовую сферу управомоченного лица.

Германская теория гражданского права знакома с особым понятием опосредованного нарушителя — «mittelbare Stoerer». Как правило, речь идет о привлечении третьих лиц к исполнению каких-либо действий. Судебная практика выработала правило о том, что опосредованный нарушитель может являться надлежащим истцом по негаторному иску, если он имел правовую возможность воспрепятствовать совершению тех или иных действий, но не сделал этого или же умышленно желал наступления последствий, следующих за совершенными действиями привлеченного третьего/другого лица. Собственник же, например, соседнего земельного участка является надлежащим ответчиком по негаторному иску, если он умышленно передал земельный участок в аренду для совершения неугодных соседу действий арендатором или же не предпринял никаких мер, которые были в его власти, для предотвращения и пресечения действий арендатора. Или же владелец транспортной организации отвечает по негаторному иску, если передал организатору перевозок недостоверную рекламу как за введение в заблуждение, так и за организацию соответствующей поездки <380>. Интересен подход итальянской правоприменительной практики, согласно которой ответчиком по негаторному иску должно быть признано лицо, действиями которого или имуществом которого причиняются непосредственные беспокойства собственнику, которые для последнего нежелательны. Характерный случай описан в комментариях к Гражданскому кодексу Италии. Суд не признал надлежащим ответчиком совладельца жилого дома, на стене которого без необходимых разрешений крепились неудобные истцу конструкции газовых труб, посчитав, что надлежащим ответчиком должна являться газоснабжающая организация как собственник доминирующего имущества, оказывающего воздействие <381>.

———————————

<380> См.: Nomos Kommentar zum BGB… S. 769.

<381> См.: Codice civile. Annotato con la giurisprudenza a cura di L. Ciafardini, F. Izzo. 2012. P. 797 — 798.

 

Изложенное позволяет отметить, что грань ответственности непосредственного и опосредованного нарушителя зависит от конкретных обстоятельств дела и не может быть определена универсально для всех случаев правонарушения, пресекаемого негаторным иском и предполагающего длящийся характер течения.

Содержание

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code