Статья 25.4. Истребование документов и информации при проведении проверки

Комментарий к статье 25.4 ФЗ «О защите конкуренции»

 

  1. Часть 1 комментируемой статьи закрепляет за должностными лицами, проводящими проверку, право на истребование документов и информации, которые необходимы для проведения проверки, а также устанавливает порядок направления или вручения мотивированного требования о предоставлении информации.

В отличие от общего порядка представления документов и информации по запросу антимонопольного органа комментируемая статья предусматривает следующие особенности.

  1. Во-первых, правом направления или вручения мотивированного требования наделен не только руководитель федерального антимонопольного органа или его заместитель (руководитель территориального органа), но и руководитель инспекции, осуществляющей проверку (см. утвержденную форму требования, указанную в п. 3 настоящего комментария). Иные лица антимонопольного органа не вправе истребовать документы и информацию в порядке комментируемой статьи.
  2. Во-вторых, требование должно соответствовать утвержденной форме. Форма требования утверждена приложением 7 к Регламенту.
  3. В-третьих, предусмотрен особый порядок направления или вручения требования — заказным письмом с уведомлением о вручении или под роспись представителю проверяемого лица. Принять требование под роспись может любое лицо, уполномоченное на прием входящей корреспонденции или имеющее доверенность на представление интересов проверяемого. Предпочтительно зафиксировать на подтверждающем вручение экземпляре входящий номер, а также строго обязательно указание даты получения требования и фамилии лица, принявшего его.
  4. В-четвертых, установлен срок представления документов и информации, который составляет три рабочих дня с момента получения требования. Также установлен порядок продления данного срока.

Продление срока представления информации по требованию осуществляется лицом, направившим требование, только при наличии объективных причин, по которым запрашиваемая информация не может быть представлена в установленный срок. Об этих причинах проверяемое лицо должно сообщить в антимонопольный орган не позднее одного дня, следующего за последним днем срока представления информации. Также само проверяемое лицо должно сообщить тот срок, в который оно готово представить информацию. Этот срок должен быть установлен в виде конкретной даты и не может исчисляться как условие наступления какого-либо события. Например, нельзя обусловливать представление информации получением сведений от третьих лиц, получением разъяснений от самого антимонопольного органа.

В обязанность получившего требование лица входит представление информации в таком виде, как это указано в требовании. В свою очередь требование о представлении документов и информации должно быть сформулировано четко и недвусмысленно, во избежание любых разночтений у лица, исполняющего требование.

Должностное лицо антимонопольного органа, получившее уведомление о продлении срока, в течение двух дней с момента его получения принимает решение об установлении нового срока представления информации или решение об отказе в продлении срока. Во втором случае лицо, получившее требование, считается не выполнившим его и должно быть привлечено к административной ответственности по ч. 5 ст. 19.8 КоАП РФ.

  1. В случае непредставления информации по требованию либо отказа от ее представления (как в устной, так и в письменной форме), а также в случае представления заведомо ложной информации лицо несет ответственность, предусмотренную ч. 5 ст. 19.8 КоАП РФ.
  2. В соответствии с Инструкцией о порядке учета, обращения и хранения документов, содержащих служебную информацию ограниченного распространения в Центральном аппарате ФАС России, утвержденной Приказом ФАС России от 10 апреля 2014 г. N 240/14, документам, содержащим коммерческую, служебную, налоговую или иную охраняемую законом тайну (помимо государственной или военной тайны), присваивается гриф «Для служебного пользования», который определяет особый порядок использования указанных документов и содержащейся в них информации. Данный порядок исключает утечку содержания этих документов к третьим лицам и соответствует требованиям законодательства РФ, предъявляемым к хранению, обработке и использованию в интересах расследования и рассмотрения дел о нарушении антимонопольного законодательства информации, составляющей коммерческую, служебную, налоговую, нотариальную или иную охраняемую законом тайну. Порядок обращения с такими документами также описывается в Методических рекомендациях по обращению с документами, содержащими сведения конфиденциального характера (ДСП), в территориальных органах ФАС России, утвержденных Приказом ФАС России от 30 декабря 2010 г. N 759.

Таким образом, информация, содержащая коммерческую или служебную тайну, должна быть представлена по требованию антимонопольного органа в том же порядке, что и любая другая информация, представляемая в порядке ст. 25.4 Закона о защите конкуренции.

 

Статья 25.5. Общие требования, предъявляемые к протоколу, составленному при проведении действий по осуществлению антимонопольного контроля

 

Комментарий к статье 25.5

 

  1. Часть 1 комментируемой статьи устанавливает правило о необходимости составления протокола при проведении действий по осуществлению антимонопольного контроля в случаях, предусмотренных законодательством.

Понятие антимонопольного контроля в этой статье не раскрывается. В этой связи возникает вопрос о соотношении этого понятия с понятием контроля за соблюдением антимонопольного законодательства (ст. 24 Закона о защите конкуренции), а также с понятием контроля за состоянием конкуренции (ч. 2 ст. 25 Закона о защите конкуренции).

Учитывая, что ст. 24 Закона о защите конкуренции связывает проведение контроля за соблюдением антимонопольного законодательства с проведением проверки, а комментируемая статья входит в число статей, описывающих полномочия антимонопольного органа при проведении проверок, полагаем, что понятие контроля за соблюдением антимонопольного законодательства и антимонопольного контроля являются синонимами.

  1. Федеральный закон предусматривает только один случай составления протокола при проведении проверок. Имеется в виду ст. 25.3 Закона о защите конкуренции, говорящая о том, что по итогам осмотра составляется протокол.
  2. Комментируемая статья не устанавливает правило о том, кто и в каком порядке утверждает форму протокола. В отличие от этой статьи ст. 25.3 наделяет федеральный антимонопольный орган правом утверждения формы протокола. Статья 23 Закона о защите конкуренции также не наделяет федеральный антимонопольный орган правом утверждать форму протокола. Вместе с тем полагаем, что, поскольку в ст. 25.3 такое право федерального антимонопольного органа содержится, а эта статья устанавливает частный случай составления протокола в развитие общего правила, закрепленного в комментируемой статье, следует прийти к выводу о наличии у федерального антимонопольного органа права утверждать форму протокола совершения действий по осуществлению антимонопольного контроля.

Форма протокола установлена Регламентом (приложение 4). Также указанным Регламентом утверждена форма отчета об исследовании документов (информации), содержащихся на электронном носителе информации (приложение 5 к Регламенту). По своей сущности данный отчет является формой протокола осмотра электронных носителей информации. Однако, поскольку Закон о защите конкуренции не предусматривает составления подобного протокола, указанный отчет формально протоколом не является.

  1. Часть 2 комментируемой статьи устанавливает требования к содержанию протокола.
  2. Части 3 и 4 говорят о том, что протокол прочитывается и подписывается всеми лицами, участвовавшими в проведении действий по осуществлению контроля, а также всеми присутствовавшими при проведении указанных действий лицами. При этом все указанные лица вправе делать замечания к протоколу, которые подлежат занесению в протокол.

В этой связи возникает вопрос о том, кто такие лица, присутствовавшие при проведении действий. Имел ли в виду законодатель лишь лиц, присутствие которых при проведении действий предусмотрено в силу закона либо вообще всех лиц, которые фактически присутствовали при проведении действий?

Представляется, что правильным является первый вариант толкования данной нормы. Такими лицами являются лишь понятые, указанные в ст. 25.3 Закона о защите конкуренции, и представители проверяемого лица, участие которых зафиксировано в протоколе. Ни одна другая статья Закона о защите конкуренции не предусматривает каких-либо лиц, присутствовавших при проведении действий по осуществлению антимонопольного контроля.

  1. Протокол подлежит прочитыванию и подписанию также всеми должностными лицами антимонопольного органа, проводившими проверку; проверяемым лицом и его представителем, если они участвовали в проведении действий; экспертами (специалистами), понятыми, а также иными лицами, привлеченными антимонопольным органом к проведению действий.
  2. Приложения к протоколу (например, сшивки копий документов, полученных в ходе осмотра, конверты с копиями электронных носителей информации и т.д.) являются неотъемлемой частью протокола и также подписываются всеми лицами, участвовавшими в осмотре.
  3. Копия протокола вручается или направляется заказным письмом с уведомлением о вручении проверяемому лицу (п. 3.66 Регламента).

 

Статья 25.6. Оформление результатов проверки

 

Комментарий к статье 25.6

 

  1. Часть 1 комментируемой статьи требует составления по результатам проверки акта проверки (далее — акт). Поскольку Закон предусматривает лишь одну форму завершения проверки — акт, он подлежит составлению вне зависимости от результатов проверки. В случае отсутствия выявленных признаков нарушения антимонопольного законодательства или истечения срока проверки, до того как эти признаки были установлены, в акте фиксируется ситуация, сложившаяся на момент его составления.

Если в ходе проверки признаки нарушения антимонопольного законодательства не были установлены и это зафиксировано в акте и если в дальнейшем признаки нарушения удалось установить в ходе проведения иных процедур (например, рассмотрения заявления), антимонопольный орган, при решении вопроса о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства в отношении проверявшегося лица, не должен рассматривать такой акт как препятствие для возбуждения дела, так как акт не устанавливает юридических фактов, не констатирует нарушений антимонопольного законодательства, а лишь фиксирует наличие или отсутствие признаков нарушения антимонопольного законодательства по итогам проведенной проверки.

Процедура изготовления, вручения акта проверяемому лицу подробно описана Регламентом.

Акт подписывается всеми членами инспекции. В случае, если к моменту окончания проверки некоторые члены инспекции не могут подписать акт (например, по причине увольнения из антимонопольного органа, болезни), в акте делается отметка о причине отсутствия указанной подписи.

Акт составляется в двух экземплярах, один из которых подлежит вручению руководителем инспекции любому должностному лицу или уполномоченному представителю проверяемого не позднее последнего дня срока проведения проверки, указанного в приказе о проведении проверки. В случае невозможности вручения данного акта лично он подлежит направлению по почте заказным письмом с уведомлением о вручении проверяемому лицу не позднее следующего рабочего дня после окончания срока проверки.

  1. Содержание акта проверки не должно содержать категорической констатации установленных фактов в части выявляемых нарушений. Также акт не должен содержать подробного описания доказательств и анализа действий проверяемого, на основании которых инспекция приходит к выводу о наличии или об отсутствии признаков нарушения. Пункт 3.76 Регламента предписывает указывать только факты, указывающие на наличие признака нарушения антимонопольного законодательства, без их оценки и анализа.

Акт содержит общие формулировки выявленных признаков нарушения или фиксирует их отсутствие. Собственно описание самого нарушения, так же как и оценка доказательств его совершения, может содержаться исключительно в решении по делу о нарушении антимонопольного законодательства.

В случае выявления признаков нарушения антимонопольного законодательства и фиксации их в акте проверки в дальнейшем должен быть решен вопрос о возбуждении или об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства. При этом ни Законом, ни Регламентом не устанавливаются сроки, в течение которых после составления акта проверки дело должно быть возбуждено.

Пункт 3.87 Регламента наделяет проверяемое лицо правом направить в антимонопольный орган возражения на акт проверки в течение 15 дней с момента получения акта проверки. Эти возражения подлежат рассмотрению заместителем руководителя антимонопольного органа одновременно с самим актом в соответствии с п. 3.88 Регламента и учитываются при решении вопроса о возбуждении дела.

  1. Форма акта утверждена Регламентом и приведена в приложении 8 к Регламенту.
  2. Результаты проверки, содержащие информацию, составляющую охраняемую законом тайну, оформляются с соблюдением требований, предусмотренных законодательством РФ.

В соответствии с Инструкцией о порядке учета, обращения и хранения документов, содержащих служебную информацию ограниченного распространения в Центральном аппарате ФАС России, утвержденной Приказом ФАС России от 10 апреля 2014 г. N 240/14, документам, содержащим коммерческую, служебную, налоговую или иную охраняемую законом тайну (помимо государственной или военной тайны), присваивается гриф «Для служебного пользования», который определяет особый порядок использования указанных документов и содержащейся в них информации. Данный порядок исключает утечку содержания этих документов к третьим лицам и соответствует требованиям законодательства РФ, предъявляемым к хранению, обработке и использованию в интересах расследования и рассмотрения дел о нарушении антимонопольного законодательства информации, составляющей коммерческую, служебную, налоговую, нотариальную или иную охраняемую законом тайну. Порядок обращения с такими документами также описывается в Методических рекомендациях по обращению с документами, содержащими сведения конфиденциального характера (ДСП), в территориальных органах ФАС России, утвержденных Приказом ФАС России от 30 декабря 2010 г. N 759.

Таким образом, информация, содержащая охраняемую законом тайну, например коммерческую тайну проверяемого лица, не может находиться в доступе для лиц, имеющих право на ознакомление с материалами проверки, помимо лиц, проводивших проверку, и самого проверяемого лица. Такой информации присваивается гриф ДСП, и она хранится отдельно.

Ознакомление с информацией, имеющей гриф «Секретно» или «Совершенно секретно» в Центральном аппарате ФАС России, допускается только через отдел защиты информации ФАС России и только лицами, имеющими соответствующую степень допуска к такой информации.

На практике трудно представить ситуацию, при которой появилась бы необходимость включать в акт проверки секретную информацию. Учитывая, что для описания в акте фактов, указывающих на совершение нарушения антимонопольного законодательства, достаточно одного указания на те или иные документы, без раскрытия их содержания, необходимость в указании в акте секретной информации отсутствует. Однако если в акте такая информация содержится, то всему акту присваивается соответствующий гриф и ознакомление с ним осуществляется с описанными выше ограничениями.

  1. По результатам проверки, зафиксированным в акте, руководитель или заместитель руководителя антимонопольного органа принимает решение в соответствии с п. п. 3.90 — 3.91 Регламента, а при наличии признаков нарушения антимонопольного законодательства — в соответствии со ст. 39 Закона о защите конкуренции.

 

Статья 25.7. Предостережение о недопустимости нарушения антимонопольного законодательства

 

Комментарий к статье 25.7

 

  1. Начиная с 2012 г. после принятия Третьего антимонопольного пакета у антимонопольных органов появились полномочия выдавать предостережения о недопустимости нарушения антимонопольного законодательства.

Главной целью предостережения является предупреждение возможных нарушений антимонопольного законодательства, что соответствует предмету и целям регулирования Закона о защите конкуренции, закрепленным в ст. 1 Закона о защите конкуренции. Предостережение должно способствовать тому, чтобы хозяйствующий субъект внимательно относился к своей активности в публичной сфере, оценивал свое будущее поведение и сопоставлял выгоды от планируемых действий с возможными последствиями применения мер ответственности за возможное нарушение антимонопольного законодательства.

  1. Превентивная направленность рассматриваемого института предостережений имеет схожие признаки с предостережением о недопустимости нарушения закона, направляемым прокурором в соответствии со ст. 25.1 Федерального закона от 17 января 1992 г. N 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», а также с предостережением о недопустимости действий, создающих условия для совершения преступлений, объявляемым органами Федеральной службы безопасности в соответствии со ст. 13.1 Федерального закона от 3 апреля 1995 г. N 40-ФЗ «О Федеральной службе безопасности».
  2. В настоящее время предостережение может быть направлено исключительно должностному лицу хозяйствующего субъекта, т.е. должностному лицу коммерческой организации, некоммерческой организации, осуществляющей деятельность, приносящую ей доход, индивидуальному предпринимателю, иному физическому лицу, не зарегистрированному в качестве индивидуального предпринимателя, но осуществляющему профессиональную деятельность, приносящую доход, в соответствии с федеральными законами на основании государственной регистрации и (или) лицензии, а также в силу членства в саморегулируемой организации (п. 5 ст. 4 Закона о защите конкуренции). В отношении должностного лица публично-правового образования (федерального органа исполнительной власти, органа исполнительной власти субъекта РФ, органа местного самоуправления и т.д.) механизм предостережения неприменим.
  3. Предостережение направляется, если на момент его вынесения отсутствуют основания для возбуждения и рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства.
  4. В отличие от предупреждений (ст. 39.1 Закона о защите конкуренции) сфера применения института предостережений (по возможным составам нарушений) Законом о защите конкуренции не ограничивается. Вместе с тем предостережение направляется должностному лицу хозяйствующего субъекта только в том случае, когда такое лицо допустило публичное заявление о планируемом поведении на товарном рынке. Наличие признака публичности сегодня является существенным сдерживающим фактором для применения предостережений, поскольку на практике такое заявление может просто отсутствовать <1>.

———————————

<1> В 2012 г. антимонопольными органами было выдано 73 предостережения, в 2013 г. — 56 предостережений (Доклад ФАС России о состоянии конкуренции в РФ, 2014. С. 145).

 

  1. Действующее законодательство не содержит разъяснения, что следует считать публичным заявлением. На практике под публичным заявлением должно пониматься устное или письменное заявление должностного лица хозяйствующего субъекта, содержание которого стало известно неограниченному кругу лиц, не относящихся к такому хозяйствующему субъекту (в средствах массовой информации, в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, на телевидении и радио, в выступлениях на публичных мероприятиях, совещаниях и т.д.).
  2. Решение о направлении предостережения может быть принято только руководителем антимонопольного органа (территориального управления) или лицом, исполняющим их обязанности. Иные должностные лица антимонопольного органа не вправе принимать подобные решения.
  3. В течение двух дней со дня обнаружения или получения информации о публичном заявлении <1> гражданский служащий структурного подразделения антимонопольного органа, в компетенцию которого входит контроль за соблюдением антимонопольного законодательства на соответствующем товарном рынке, осуществляет подготовку докладной записки, которая вместе с документами, материалами, в том числе выполненными в форме цифровой записи или в форме записи на электронных носителях, свидетельствующими о публичном заявлении, направляется на проведение внутриведомственной правовой экспертизы.

———————————

<1> Пункт 2.1 Порядка направления предостережения о недопустимости совершения действий, которые могут привести к нарушению антимонопольного законодательства (далее — Порядок), утвержденного Приказом ФАС России от 14 декабря 2011 г. N 873.

 

Внутриведомственная правовая экспертиза осуществляется в Центральном аппарате ФАС России — Правовым управлением, в территориальном органе ФАС России — отделом, ответственным за проведение внутриведомственной правовой экспертизы, определяемым руководителем территориального органа.

Результатом проведения внутриведомственной правовой экспертизы является заключение, подготавливаемое в срок, не превышающий трех рабочих дней со дня поступления докладной записки в подразделение антимонопольного органа, осуществляющее внутриведомственную правовую экспертизу. При подготовке заключения устанавливается наличие основания для направления предостережения и нормы антимонопольного законодательства, которые могут быть нарушены хозяйствующим субъектом. В случае получения заключения, подтверждающего наличие оснований для направления предостережения, ответственное структурное подразделение в течение одного дня подготавливает проект предостережения, в котором должны быть указаны выводы о наличии оснований для направления предостережения, а также нормы антимонопольного законодательства, которые могут быть нарушены хозяйствующим субъектом.

Проект предостережения и заключение представляются руководителю антимонопольного органа для принятия решения о направлении предостережения. В случае принятия решения о направлении предостережения путем подписания соответствующего проекта предостережения такое предостережение в течение одного дня направляется должностному лицу хозяйствующего субъекта по адресу места нахождения хозяйствующего субъекта.

  1. По общему правилу, предусмотренному ч. 3 ст. 25.7 Закона о защите конкуренции, решение о направлении предостережения принимается руководителем антимонопольного органа в срок не позднее, чем в течение 10 дней со дня, когда антимонопольному органу стало известно о публичном заявлении должностного лица хозяйствующего субъекта о планируемом поведении на товарном рынке.
  2. Учитывая, что направление предостережения имеет превентивный характер и направлено на недопущение нарушения антимонопольного законодательства, комментируемая статья не содержит прямого указания на конкретное нарушение Закона о защите конкуренции, которое может быть допущено в результате публичного заявления должностного лица хозяйствующего субъекта о планируемом поведении на товарном рынке. Таким образом, предостережение может быть направлено в случае, если такое публичное заявление может спровоцировать любое нарушение Закона о защите конкуренции, в том числе злоупотребление доминирующим положением.

Вместе с тем особое значение предостережение приобретает в случае, когда публичное заявление должностного лица хозяйствующего субъекта о планируемом поведении на товарном рынке потенциально может спровоцировать антиконкурентное поведение других участников рынка и привести к запрещенным и ограничивающим конкуренцию согласованным действиям хозяйствующих субъектов <1> или запрещенной координации экономической деятельности хозяйствующих субъектов <2>.

———————————

<1> См.: комментарий к ст. 11.1 Закона о защите конкуренции.

<2> См.: комментарий к ч. 5 ст. 11 Закона о защите конкуренции.

 

  1. Комментируемая статья не содержит указания на возможность обжалования хозяйствующим субъектом предостережения в судебном порядке.

С учетом изложенного в комментарии к настоящей статье представляется, что предостережение как ненормативный правовой акт в случае соблюдения условий и порядка его выдачи не обладает совокупностью необходимых условий, предоставляющих хозяйствующему субъекту право на судебное обжалование в порядке, предусмотренном гл. 24 АПК РФ. В любом случае для судебного обжалования предостережения необходимо установить, соответствует ли направленное предостережение Закону о защите конкуренции, нарушает ли предостережение права и законные интересы хозяйствующего субъекта в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности и возлагает ли оно незаконно на хозяйствующего субъекта какие-либо обязанности, создает ли иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. При подготовке комментария практика судебного обжалования предостережений не выявлена.

 

Статья 26. Обязанность антимонопольного органа по соблюдению коммерческой, служебной, иной охраняемой законом тайны

 

Комментарий к статье 26

 

  1. Часть 1 комментируемой статьи возлагает на антимонопольный орган обязанность по неразглашению информации, составляющей коммерческую, служебную, иную охраняемую законом тайну и полученной антимонопольным органом при осуществлении своих функций.

Возникает вопрос, что следует понимать под разглашением информации, составляющей коммерческую, служебную и иную охраняемую законом тайну.

Применительно к коммерческой тайне (как одному из наиболее распространенных видов конфиденциальной информации, фигурирующей в антимонопольных делах) понятие «разглашение информации, составляющей коммерческую тайну» дается на законодательном уровне.

Так, согласно п. 9 ст. 3 Федерального закона от 29 июля 2004 г. N 98-ФЗ «О коммерческой тайне» (далее — Закон о коммерческой тайне) разглашение информации, составляющей коммерческую тайну, определяется как действие или бездействие, в результате которых информация, составляющая коммерческую тайну, в любой возможной форме (устной, письменной, иной форме, в том числе с использованием технических средств) становится известной третьим лицам без согласия обладателя такой информации либо вопреки трудовому или гражданско-правовому договору.

Таким образом, под разглашением конфиденциальной информации, составляющей какую-либо охраняемую законом тайну (в том числе коммерческую, служебную и др.), следует в общем виде понимать действие (бездействие), в результате которого такая информация в устной, письменной или иной форме становится известной третьим лицам в отсутствие для этого законных оснований.

  1. Обязанность по неразглашению конфиденциальной информации (например, коммерческой тайны) возлагается на антимонопольный орган, в том числе при осуществлении им функции по возбуждению и рассмотрению дел о нарушениях антимонопольного законодательства <1>.

———————————

<1> См. также, напр.: Постановление 9 ААС от 27 октября 2011 г. по делу N А40-64577/11-94-539.

 

Обязанность антимонопольного органа по неразглашению конфиденциальной информации закреплена также в нормативных правовых актах ФАС России. Так, согласно п. 1.7 Административного регламента ФАС России по исполнению государственной функции по возбуждению и рассмотрению дел о нарушениях антимонопольного законодательства РФ, утвержденного Приказом ФАС России от 25 мая 2012 г. N 339, на должностных лиц антимонопольного органа возлагается обязанность не разглашать информацию, составляющую государственную, коммерческую, служебную, иную охраняемую законом тайну, полученную антимонопольным органом, за исключением случаев, установленных законодательством РФ.

В соответствии с п. 3.86 названного Административного регламента документы и материалы, содержащие информацию, составляющую коммерческую, служебную, иную охраняемую законом тайну, помещаются в отдельные тома.

  1. В случае получения антимонопольным органом информации, составляющей коммерческую тайну, антимонопольный орган при обращении с такой информацией должен руководствоваться также нормами Закона о коммерческой тайне, которые более детально регламентируют порядок охраны конфиденциальности информации.

Так, в соответствии с ч. 1 ст. 13 Закона о коммерческой тайне органы государственной власти (включая, безусловно, и антимонопольные органы) обязаны создать условия, обеспечивающие охрану конфиденциальности информации, предоставленной им юридическими лицами или индивидуальными предпринимателями.

Отказ хозяйствующего субъекта предоставить информацию по запросу антимонопольного органа на том основании, что запрашиваемая информация составляет коммерческую тайну, является неправомерным. Арбитражные суды отмечают, что антимонопольные органы вправе запрашивать и получать информацию, составляющую коммерческую тайну, поскольку они обязаны обеспечивать охрану конфиденциальности информации <1>.

———————————

<1> См.: Постановление 13 ААС от 13 июня 2012 г. по делу N А56-7226/2011.

 

В силу ч. 2 ст. 13 Закона о коммерческой тайне должностные лица антимонопольных органов без согласия обладателя информации, составляющей коммерческую тайну, не вправе разглашать или передавать другим лицам, органам государственной власти, иным государственным органам, органам местного самоуправления ставшую известной им в силу выполнения должностных (служебных) обязанностей информацию, составляющую коммерческую тайну, за исключением случаев, предусмотренных ст. 6 Закона о коммерческой тайне, а также не вправе использовать эту информацию в корыстных или иных личных целях.

Случаи, когда антимонопольные органы, получившие информацию, составляющую коммерческую тайну, обязаны передать указанную информацию третьим лицам, закреплены в ч. 3 ст. 6 Закона о коммерческой тайне. Согласно названной норме органы государственной власти (а следовательно, и антимонопольные органы), получившие информацию, составляющую коммерческую тайну, в рамках исполнения своих функций обязаны представить эту информацию по запросу судов, органов предварительного следствия, органов дознания по делам, находящимся в их производстве.

  1. Следует отметить, что на практике применение ч. 1 комментируемой статьи Закона о защите конкуренции может вызывать спорные ситуации.

Так, в одном из дел антимонопольный орган отказал лицу, в отношении которого рассматривалось антимонопольное дело, в предоставлении материалов антимонопольного дела, содержащих коммерческую тайну. Указанное лицо обжаловало действия антимонопольного органа в суде, указав, что отказ в ознакомлении со всеми материалами антимонопольного дела нарушает закрепленные ст. 43 Закона о защите конкуренции права участника дела о нарушении антимонопольного законодательства, в том числе право на ознакомление со всеми материалами дела и всеми имеющимися доказательствами.

При этом, по мнению заявителя, ст. 43 Закона о защите конкуренции не содержит никаких ограничений права на ознакомление с материалами антимонопольного дела, в том числе в отношении материалов, содержащих охраняемую законом тайну.

Суды всех инстанций согласились с позицией антимонопольного органа. Они отметили, что, поскольку ч. 1 комментируемой статьи возлагает на антимонопольные органы обязанность по неразглашению информации, составляющей охраняемую законом тайну, отказ антимонопольного органа в предоставлении лицу тех материалов антимонопольного дела, которые содержат коммерческую тайну, является правомерным <1>.

———————————

<1> См.: Постановление ФАС МО от 28 ноября 2011 г. по делу N А40-7263/11-145-84. Определением ВАС РФ от 9 апреля 2012 г. N 3391/12 отказано в передаче этого дела в Президиум ВАС РФ для пересмотра в порядке надзора.

 

Отметим, что заявитель по указанному делу N А40-7263/11-145-84 обжаловал норму ч. 1 комментируемой статьи в КС РФ. По мнению заявителя, ч. 1 комментируемой статьи по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, фактически упраздняет право ответчика по делу о нарушении антимонопольного законодательства на ознакомление с материалами дела, содержащими информацию, составляющую коммерческую и служебную тайну и полученную антимонопольным органом при осуществлении своих полномочий, и не соответствует ч. 2 ст. 24, ст. 45, ч. ч. 1 и 2 ст. 46, ч. 3 ст. 55 и ч. 3 ст. 56 Конституции РФ.

Однако КС РФ в Определении от 21 декабря 2011 г. N 1773-О-О подтвердил конституционность нормы ч. 1 комментируемой статьи Закона о защите конкуренции и пришел к выводу, что рассматриваемая норма закрепляет гарантии защиты информации, составляющей коммерческую, служебную, иную охраняемую законом тайну и полученной антимонопольным органом при осуществлении своих полномочий.

  1. В ч. 2 комментируемой статьи установлена ответственность работников антимонопольных органов за разглашение информации. Эта норма сформулирована как бланкетная (отсылочная), поскольку конкретные санкции за ее нарушение предусмотрены другими законодательными актами.

Так, в результате нарушения режима конфиденциальности информации у лица — обладателя конфиденциальной информации могут возникнуть имущественные потери, убытки. Следовательно, гражданско-правовая ответственность за разглашение информации регламентируется прежде всего нормами ГК РФ о возмещении убытков.

Более детально о способах защиты, которые могут быть применены к виновным лицам в случае разглашения конфиденциальной информации, говорится в ст. 17 Федерального закона от 27 июля 2006 г. N 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации».

Согласно данной норме лица, чьи права были нарушены в связи с разглашением информации ограниченного доступа, вправе обратиться в установленном порядке за судебной защитой своих прав, в том числе с исками о возмещении убытков, компенсации морального вреда, защите чести, достоинства и деловой репутации. Кроме того, в данной статье делается оговорка, что требование о возмещении убытков не может быть удовлетворено в случае предъявления его лицом, не принимавшим мер по соблюдению конфиденциальности информации или нарушившим установленные законодательством РФ требования о защите информации, если принятие этих мер и соблюдение таких требований являлись обязанностями данного лица.

Кроме того, в ст. 17 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» за нарушение положений данного Федерального закона предусмотрена дисциплинарная ответственность, о чем не упоминается в комментируемой статье Закона о защите конкуренции.

Так, нарушение должностными лицами антимонопольного органа положений комментируемой статьи может привести к нарушению ст. 15 Федерального закона от 27 июля 2004 г. N 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» и применению к ним в том числе соответствующих мер дисциплинарного взыскания в порядке, установленном указанным Федеральным законом.

За разглашение конфиденциальной информации установлена также административная ответственность. В соответствии со ст. 13.14 КоАП РФ разглашение информации, доступ к которой ограничен федеральным законом (за исключением случаев, если разглашение такой информации влечет уголовную ответственность), лицом, получившим доступ к такой информации в связи с исполнением служебных или профессиональных обязанностей, за исключением случаев, предусмотренных ч. 1 ст. 14.33 КоАП («Недобросовестная конкуренция»), влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от 500 до 1 тыс. руб.; на должностных лиц — от 4 тыс. до 5 тыс. руб. Наконец, разглашение информации, составляющей охраняемую законом тайну, может в отдельных случаях являться уголовно наказуемым деянием. Уголовная ответственность предусмотрена за разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну (ч. ч. 2 — 4 ст. 183 УК РФ), за разглашение сведений, составляющих государственную тайну (ст. 283 УК РФ). Санкции варьируются в зависимости от тяжести совершенного преступления.

  1. Часть 3 комментируемой статьи по сути воспроизводит норму ст. 1069 ГК РФ, в которой закрепляется, что вред, причиненный государственными органами и их должностными лицами, возмещается соответственно за счет казны РФ, казны субъекта РФ. Эти нормы исключают возможные споры о том, за чей счет подлежит возмещению причиненный антимонопольным органом вред.

Кроме того, указанная норма имеет также еще и превентивный эффект. Она призвана повысить чувство ответственности работников антимонопольного органа при обращении с информацией, составляющей охраняемую законом тайну. Понимание того, что антимонопольный орган может быть привлечен к ответственности за причинение вреда, а возмещение такого вреда будет осуществляться за счет казны, должно исключить халатное обращение сотрудников антимонопольных органов (как и любых других государственных органов) с конфиденциальной информацией.

При предъявлении исков о возмещении вреда, причиненного в результате разглашения антимонопольным органом либо его должностными лицами информации, составляющей коммерческую, служебную, иную охраняемую законом тайну, важно учитывать разъяснения, которые содержатся в информационном письме Президиума ВАС РФ от 31 мая 2011 г. N 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами».

Согласно п. 4 информационного письма тот факт, что решение или действия (бездействие) государственного органа не были признаны в судебном порядке незаконными, сам по себе не является основанием для отказа в иске о возмещении вреда, причиненного таким решением или действиями (бездействием). В названном случае суд оценивает законность решения или действий (бездействия) государственного органа (должностного лица) при рассмотрении иска о возмещении вреда.

В то же время в п. 5 информационного письма закреплено положение, касающееся распределения бремени доказывания по данной категории дел: требуя возмещения вреда, причиненного государственным органом (или его должностным лицом), истец обязан представить доказательства, обосновывающие противоправность решения или действий (бездействия) такого органа (должностного лица). При этом бремя доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия такого решения либо для совершения таких действий (бездействия), лежит на ответчике (т.е. на государственном, в данном случае антимонопольном, органе).

Содержание

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code