К вопросу о способах совершения хищения наркотических средств или психотропных веществ

Анализируются типичные способы хищения наркотических средств и психотропных веществ: тайность, открытость, использование обмана и (или) злоупотребление доверием, присвоение или растрата, использование своего служебного положения, применение насилия либо угроза его применения.

Конституционный Суд РФ неоднократно подчеркивал важность ясности уголовно-правовых норм как гарантии соблюдения принципа формальной определенности уголовного закона. Следуя этому принципу, любое преступление, в том числе хищение наркотических средств и психотропных веществ <1>, должно быть определено в законе таким образом, чтобы исходя из текста соответствующей нормы, а в случае необходимости с помощью толкования, данного ей судами, каждый мог предвидеть уголовно-правовое последствия своего деяния <2>.

———————————

<1> Далее — наркотиков.

<2> См., напр.: Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27 мая 2008 г. N 8-П, от 13 июля 2010 г. N 15-П, от 17 июня 2014 г. N 18-П.

 

Вместе с тем уголовно-правовая норма, предусмотренная ст. 229 УК РФ, не в полной мере отвечает этому принципу, так как содержит неопределенность в части способов совершения хищения наркотиков, указывая лишь на обобщенное понятие «хищение». Не конкретизирует способы хищения наркотиков и Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 15 июня 2006 г. N 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами». В итоге затрудняется восприятие рассматриваемой уголовно-правовой нормы гражданами и снижается эффективность ее применения на практике.

В юридической литературе признается, что все хищения характеризуются конкретным способом их совершения <3>. При этом одни авторы отмечают, что существует множество способов совершения хищения наркотиков <4>, другие — что хищение наркотиков может быть совершено любым способом <5>, третьи — выделяют конкретные способы (формы) хищения наркотиков <6>. Как правило, типичными из них признаются кража <7>, мошенничество, присвоение, растрата, грабеж, разбой <8>.

———————————

<3> Лопашенко Н.А. Посягательства на собственность: Монография. М., 2012 // СПС «КонсультантПлюс».

<4> Омигов В.И. Борьба с хищениями наркотиков: уголовный и криминологический аспекты // Юридическое образование и наука. 2007. N 3.

<5> Романова Л.И. Наркопреступность: криминологическая и уголовно-правовая характеристика. Владивосток, 2009. С. 218.

<6> Андреева Л.А. Уголовно-правовое противодействие незаконному обороту наркотических средств и психотропных веществ. СПб., 1998.

<7> На кражу как способ хищения наркотиков иногда прямо указывается в решениях судов, в том числе Верховного Суда РФ (см., напр.: Надзорное определение Верховного Суда РФ от 29 августа 2013 г. N 37-Д13-23 по жалобе Бакина на приговор Заводского районного суда г. Орла).

<8> Уголовное право. Часть Особенная: Учебник / Отв. ред. Л.Л. Кругликов. М., 2005.

 

Не вступая в полемику по вопросу о соотношении форм и способов хищения <9>, полагаем, что способами совершения хищения наркотиков являются: 1) тайное изъятие; 2) открытое ненасильственное изъятие; 3) обман или злоупотребление доверием; 4) обращение вверенных наркотиков (присвоение или растрата наркотиков); 5) использование своего служебного положения; 6) насильственное изъятие (с применением насилия либо угрозы его применения).

———————————

<9> Соглашаясь с тем, что формы хищения — отличающиеся друг от друга типичные, наиболее общие способы совершения хищений, определенные в уголовном законе (Гаухман Л.Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика. М., 2003. С. 353), полагаем, что форма хищения все же не может быть сведена к способу хищения (Пономарев П.Г., Семенов В.М., Борбат А.В. и др. Уголовно-правовая борьба с кражами, грабежами и разбоями. М., 2006. С. 62).

 

Самым распространенным способом совершения данного преступления является тайное изъятие наркотиков. Таковым, следуя разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ <10>, признаются: 1) изъятие наркотиков в отсутствие потерпевшего (законного или незаконного владельца) или посторонних лиц <11>; 2) изъятие наркотиков в присутствии указанных лиц, но незаметно для них (например, хищение наркотиков у лица, находящегося в состоянии наркотического или иного опьянения, в бессознательном состоянии <12>, или у спящего лица <13>); 3) изъятие, заметное для окружающих, но когда окружающие не осознают противоправность этих действий; 4) изъятие наркотиков, когда окружающие осознают противоправный характер действий виновного, но не предпринимают мер, направленных на их пресечение (хотя бы не требуют прекратить хищение), а виновный, исходя из окружающей обстановки, полагает, что действует тайно; 5) изъятие наркотиков (например, у спящего больного онкологией) в присутствии близкого родственника, когда виновный, надеясь на близкие родственные связи, рассчитывает на то, что он не встретит противодействия со стороны этого близкого родственника, а последний не предпринимает мер, направленных на пресечение хищения наркотиков.

———————————

<10> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» // СПС «КонсультантПлюс».

<11> Так, Тимофеева, в отсутствие Ф. и других лиц, обнаружив в его автомобиле пачку из-под сигарет Winston, в которой находилось десять свертков с наркотическим средством героином, принадлежащих Ф., убедившись, что за ее действиями никто не наблюдает, тайно похитила для личного потребления один из десяти свертков с героином (Приговор Фрунзенского районного суда г. Владимира в отношении Тимофеевой от 21 мая 2012 г. Дело N 1-137/12).

<12> При условии, что бессознательное состояние потерпевшего не является результатом предшествующих насильственных действий виновного, связанных с введением в организм потерпевшего наркотических средств, психотропных, сильнодействующих, ядовитых или одурманивающих веществ.

<13> Так, Литвинов, воспользовавшись тем, что его жена, страдающая онкологическим заболеванием, уснула, тайно похитил принадлежащие ей ампулы лекарственного (наркотического) средства — омнопон (приговор Поспелихинского районного суда Алтайского края в отношении Литвинова от 24 июля 2014 г. Дело N 1-68/2014. URL: http://rospravosudie.com).

 

Данные разъяснения Пленума Верховного Суда РФ с учетом предложенных в литературе вариантов их доктринального толкования позволяют выделить ряд особенностей тайного способа хищения наркотиков.

  1. Приоритет субъективного критерия тайности хищения перед объективным критерием, т.е. признание решающим при определении способа совершения хищения как тайного факта осознания его виновным именно как тайного, его внутреннее убеждение в том, что изъятие наркотиков осуществляется им незаметно (скрытно). Поэтому хищение наркотиков признается тайным и в тех случаях, когда виновный, реализуя умысел на тайное хищение наркотиков, изымая их, не осознает, что его действия замечены другими лицами.

Так, Глаголев, являясь защитником по уголовному делу, при ознакомлении с вещественным доказательством — наркотическим средством героином, полагая, что его действия никто из присутствующих в кабинете следователя не контролирует, надавив пальцем руки на поверхность упаковочного материала, разорвал его и скрытно извлек оттуда один сверток с героином, скрыв его в ладони левой руки. Однако за его действиями наблюдал Х., который впоследствии пресек хищение наркотиков. Верховным судом Республики Северная Осетия — Алания действия Глаголева были квалифицированы по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 229 УК РФ как покушение на тайное хищение наркотических средств <14>.

———————————

<14> Приговор Верховного суда Республики Северная Осетия — Алания в отношении Глаголева от 30 июля 2010 г. URL: http://www.gcourts.ru/case/6401370.

 

  1. Обязательным признаком тайного хищения наркотиков является их изъятие из владения потерпевшего. Поэтому обращение найденных наркотиков, когда они уже выбыли из фактического владения (утеряны), нельзя квалифицировать как хищение наркотиков. Такие действия при наличии к тому оснований должны квалифицироваться по ст. 228 УК РФ как незаконное приобретение наркотиков без цели сбыта. Аналогичным образом квалифицируются: а) сбор дикорастущих наркотикосодержащих растений или их частей (в том числе на землях сельскохозяйственных и иных предприятий, а также на земельных участках граждан, если эти растения не высевались и не выращивались), а также б) сбор остатков находящихся на неохраняемых полях посевов указанных растений после завершения их уборки <15>.

———————————

<15> В иных случаях сбор наркотикосодержащих растений или их частей с земель сельскохозяйственных и иных предприятий, а также с земельных участков граждан, на которых незаконно выращивались эти растения, признается их хищением (см.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2006 г. N 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами»).

 

Учитывая это обстоятельство, Президиум Верховного суда Республики Марий Эл изменил приговор Медведевского районного народного суда Республики Марий Эл в отношении Куталиди и др., осужденных за хищение наркотических средств. Разъезжая по деревням, Куталади и др. собирали с приусадебных участков граждан наркотикосодержащий мак, затем перерабатывали и использовали его для инъекций. Отменяя приговор, Президиум Верховного суда Республики Марий Эл указал, что такие действия должны квалифицироваться как незаконное приобретение наркотических средств, так как на приусадебных участках мак, который собирали виновные, рос как сорняк, специально его не сеяли и не выращивали <16>.

———————————

<16> Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995. N 4.

 

  1. Хищение наркотиков в присутствии близких виновному лиц, но не являющихся его родственниками, не исключает тайности изъятия наркотиков. Хотя Пленум Верховного Суда РФ, описывая один из указанных вариантов тайного изъятия наркотиков, сделал акцент только на близких родственниках виновного, едва ли хищение наркотиков, совершенное в присутствии иных лиц, на молчание которых виновный может рассчитывать (жениха или невесты, друзей, лиц, с которыми виновный ранее совершал преступления или отбывал наказание, и т.п. <17>), всегда является открытым. Полагаем, что хищение наркотиков в присутствии кого-либо из указанных лиц или других лиц может оставаться тайным, если в силу сложившихся близких (приятельских, доверительных) отношений это лицо не является посторонним для виновного, а виновный рассчитывает на то, что в силу этих обстоятельств хищение наркотиков будет сохранено в тайне <18>. Поэтому хищение наркотиков предлагаем считать тайным, когда оно совершено в присутствии не только близкого родственника, но и иного близкого виновному лица.

———————————

<17> Лопашенко Н. Новое Постановление Пленума Верховного Суда РФ по хищениям // Законность. 2003. N 3; СПС «КонсультантПлюс».

<18> Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Бриллиантова. М., 2010 // СПС «КонсультантПлюс».

 

  1. Условием тайности хищения при изъятии наркотиков в присутствии близкого для виновного родственника или иного близкого ему лица является отсутствие с их стороны противодействия хищению наркотиков, т.е. таких действий, которые по своему характеру лишают виновного оснований надеяться на то, что содеянное будет сохранено ими в тайне. Поэтому простое требование-просьба со стороны близкого виновному лица прекратить действия, направленные на хищение наркотиков, если оно не лишало виновного такой надежды, а было продиктовано, например, страхом грозящего наказания, не исключает тайность хищения наркотиков.

В отличие от тайного изъятия наркотиков открытое ненасильственное хищение наркотиков характеризуется с объективной стороны явностью, очевидностью для других, а с субъективной — осознанием виновным открытого характера изъятия наркотиков. Открытым ненасильственным способом хищения наркотиков следует считать, во-первых, противоправное изъятие наркотиков в присутствии их владельца либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее это преступление, сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий независимо от того, принимали ли они меры к пресечению этих действий или нет <19>; во-вторых, случаи, когда в ходе тайного хищения наркотиков действия виновного обнаруживаются владельцем наркотиков или другими лицами, однако виновный, сознавая это, продолжает совершать противоправное изъятие наркотиков или их удержание без применения насилия (если же виновный, оставив наркотики, просто пытается скрыться, содеянное признается покушением на тайное хищение наркотиков); в-третьих, изъятие наркотиков в присутствии близкого для виновного родственника или иного близкого ему лица, когда расчет виновного на то, что он не встретит противодействия со стороны этих лиц, не оправдался, так как указанные лица предприняли меры по пресечению хищения наркотиков.

———————————

<19> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» // СПС «КонсультантПлюс».

 

Хищение наркотиков путем обмана состоит в сознательном сообщении заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях, направленных на введение владельца наркотиков или иного лица в заблуждение <20>. Как правило, обман заключается в устном сообщении заведомо ложной информации относительно качества, свойств или количества предмета сделки. Формы такого обмана весьма разнообразны. Они могут выражаться, например, в передаче вместо обещанного предмета сделки другого предмета (обман в качестве предмета).

———————————

<20> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г. N 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» // СПС «КонсультантПлюс».

 

Сергеенков, имея умысел на хищение путем обмана наркотического средства амфетамин, принадлежащего С. и М., предложил им обменять амфетамин на мешок с растительной массой, выдав ее за марихуану. С. и М., участвующие в проведении оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка», считая, что получили от Сергеенкова наркотическое средство марихуану, передали ему муляж наркотического средства амфетамина. Приговором Шумячского районного суда Смоленской области Сергеенков был осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 229 УК РФ за покушение на хищение наркотических средств путем обмана <21>.

———————————

<21> Приговор Шумячского районного суда Смоленской области в отношении Сергеенкова от 15 марта 2010 г. URL: http://rospravosudie.com.

 

Рассматривая обман как способ хищения наркотиков, следует отметить, что он может выступать и способом незаконного приобретения наркотиков, не связанного с их хищением, когда действия винного подпадают под уголовно-правовую норму, предусмотренную ст. 228 УК РФ. В.Н. Курченко обоснованно отмечает, что получение наркотических средств по поддельному «льготному» рецепту (дающему право на бесплатное либо по сниженной цене, получение наркотиков в аптеках или медицинских учреждениях) следует квалифицировать по ст. 229 УК РФ как хищение наркотиков путем обмана. В случае же получения наркотиков по поддельному «не льготному» рецепту (не дающему права именно на бесплатное или по сниженной цене получение наркотиков), действия виновного должны рассматриваться как незаконное приобретение наркотиков и квалифицироваться по ст. 228 УК РФ при наличии иных признаков состава данного преступления <22>.

———————————

<22> Курченко В.Н. Противодействие незаконному обороту наркотических средств и психотропных веществ: уголовно-правовой и уголовно-процессуальные аспекты. СПб., 2003. С. 276, 277.

 

В судебной практике также имеют место случаи, когда обман выступает не способом хищения наркотиков, а способом, облегчающим доступ к ним (способом проникновения в хранилище, квартиру и т.п.) для последующего, например, тайного или открытого изъятия наркотиков. В таких случаях в зависимости от фактических обстоятельств дела содеянное необходимо квалифицировать как тайное или открытое хищение наркотиков, а не как хищение наркотиков путем обмана, так как отсутствует признак добровольной передачи потерпевшим наркотиков.

Ваулин, имея умысел на хищение наркотиков, путем свободного доступа проник в квартиру Т., где под предлогом забрать принадлежащие ему вещи (т.е. путем обмана) прошел в зал и, осознавая, что за его действиями никто не наблюдает (т.е. тайно), похитил из шкафа принадлежащую Т. марихуану в крупном размере <23>.

———————————

<23> Приговор Дубровского районного суда Брянской области от 3 августа 2012 г. Дело N 1-44/2012. URL: http://rospravosudie.com.

 

Как видно из примера, обман (в данном случае — умолчание об истинных намерениях) лишь облегчил доступ к наркотикам, само же хищение совершено тайным способом (в отсутствие в зале потерпевшего или других лиц) и не характеризуется добровольной передачей наркотиков виновному. Если бы в ходе тайного изъятия наркотиков действия Ваулина были обнаружены владельцем этих наркотиков либо другими лицами и он, сознавая это, продолжил совершать незаконное изъятие наркотиков или их удержание против воли владельца наркотиков, содеянное следовало бы квалифицировать в зависимости от фактических обстоятельств как открытое ненасильственное хищение наркотиков или как хищение наркотиков с применением насилия или угрозой его применения. Также необходимо квалифицировать действия лиц, которые под предлогом приобретения наркотиков добиваются встречи с владельцем наркотиков (сбытчиком) и, получив обманным путем доступ к ним (например, якобы для оценки качества и количества наркотиков), открыто изымают наркотики и скрываются с ними.

Тесно примыкает к обману такой способ хищения наркотиков, как злоупотребление доверием. В его основе заложены доверительные отношения между виновным и владельцем наркотиков или иным лицом, уполномоченным принимать решения о передаче наркотика третьим лицам, вытекающие из правовых (трудовых, гражданско-правовых) или фактических (личных, родственных, дружественных, преступных и т.п.) отношений. Например, хищение путем злоупотребления доверием имеет место в случаях, когда лицо принимает на себя обязательства посредника в сбыте или в приобретении наркотиков при заведомом отсутствии намерения их выполнить с целью завладения наркотиками, обращает их (хотя бы часть) в свою пользу или пользу других лиц.

При злоупотреблении доверием, как и при обмане, владелец наркотиков добровольно передает их виновному либо не препятствует изъятию наркотиков и умысел, направленный на хищение наркотиков, возникает у виновного до получения им наркотиков от их владельца, т.е. виновный заведомо (специально) входит в доверие к владельцу наркотиков с целью дальнейшего их хищения.

В тех же случаях, когда умысел на хищение наркотиков возникает уже после того, как виновный получил наркотики от их владельца (т.е. после того как они были вверены виновному, например, для доставки), и реализуется в удержании (обращении в свою пользу) или в употреблении (ином расходовании) наркотиков против воли их владельца, содеянное следует рассматривать как хищение наркотиков путем их присвоения или растраты.

Отличительным признаком данных способов хищения (присвоения и растраты) является противоправное обращение лицом не любых, а исключительно вверенных ему наркотиков — чужих наркотиков, которые находились в его владении либо ведении с согласия собственника или иного владельца (юридического или физического лица), т.е. в отношении которых в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения лицо осуществляло полномочия по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению.

Так, Дагестанским гарнизонным военным судом осужден военнослужащий В., который совершил хищение 2 ампул промедола из специального вещевого мешка неприкосновенного запаса, вверенного ему для служебного пользования. В материалах уголовного дела обращено внимание на то, что наркотические средства были вверены виновному для выполнения служебных обязанностей и находились в его правомерном владении <24>.

———————————

<24> Мальков С.М. Уголовно-правовое и криминологическое противодействие наркопреступности в Вооруженных силах // Актуальные проблемы профилактики наркомании и противодействия правонарушениям в сфере легального и незаконного оборота наркотиков: Материалы XVI международной научно-практической конференции (18 — 19 апреля 2013 г.): В 2 ч. / Отв. ред. И.А. Медведев. Красноярск, 2013. С. 99.

 

Соответственно, противоправное скрытное изъятие наркотиков лицом, не обладающим такими полномочиями (которому они не были вверены), но имеющим доступ к наркотикам в силу выполняемой работы или иных обстоятельств (например, родственных отношений), квалифицируется как тайное хищение наркотиков.

Степень общественной опасности хищения наркотиков путем присвоения, растраты существенно повышается при использовании виновным своего служебного положения. Такой способ противоправного изъятия и (или) обращения наркотиков прямо отнесен законодателем к числу квалифицированных (п. «в» ч. 2 ст. 229 УК РФ) и, следуя разъяснениям Пленума Верховного суда РФ, предполагает хищение вверенных наркотиков должностным лицом или иным лицом, выполнение трудовых функций которого связано с работой с наркотическими средствами или психотропными веществами (ответственным за исполнение или соблюдение правил оборота таких средств или веществ <25>). Например, хищение наркотиков при изготовлении лекарственных препаратов — провизором или лаборантом; при отпуске и применении — работником аптеки, врачом или медицинской сестрой; при их охране — охранником или экспедитором <26>.

———————————

<25> Токманцев Д.В. Общественно опасные последствия как признак объективной стороны состава преступления, предусмотренного ст. 229.2 УК РФ // Уголовное право. 2013. N 3. С. 43 — 47.

<26> Пункт 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2006 г. N 14.

 

Петропавловск-Камчатским городским судом Камчатского края по п. «в» ч. 2 ст. 229 УК РФ как хищение наркотических средств, совершенное лицом с использованием служебного положения, квалифицированы действия Бойкова — младшего инспектора по вооружению группы военно-технического обеспечения отдела охраны, обеспечения и обслуживания УВД по Петропавловск-Камчатскому городскому округу. Приказом начальника УВД по Петропавловск-Камчатскому городскому округу он был назначен ответственным за учет, хранение и сбережение вещественных доказательств, наркотических средств и иного имущества по уголовным делам, находящихся в камере хранения УВД по Петропавловск-Камчатскому городскому округу. Используя свое служебное положение, он совершил хищение 9 шприцев с наркотическими средствами из камеры вещественных доказательств, заменив похищенное 9 шприцами с муляжами наркотических средств <27>.

———————————

<27> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Камчатского краевого суда от 15 февраля 2011 г. N 22-128/2011 на приговор Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 21 декабря 2010 г. в отношении Бойкова.

 

Однако столь расширительное толкование хищения вверенных наркотиков с использованием служебного положения стирает грань между простым хищением наркотиков путем присвоения или растраты (ч. 1 ст. 229 УК РФ) и квалифицированным способом хищения вверенных наркотиков — присвоением и растратой наркотиков лицом, с использованием служебного положения (п. «в» ч. 2 ст. 229 УК РФ), что ведет к нарушению принципа дифференциации ответственности.

Полагаем, что для хищения вверенных наркотиков (присвоения и растраты наркотиков) лицом с использованием своего служебного положения характерно выполнение виновным не любых трудовых функций, связанных с наркотиками, а именно административно-хозяйственных функций, предполагающих наличие у виновного полномочий по распоряжению и управлению наркотиками. То есть субъектом при таком способе хищения выступает лицо: а) состоящее в трудовых отношениях с юридическим лицом и б) наделенное административно-хозяйственными функциями — полномочиями по распоряжению, управлению наркотиками, т.е. имеющее возможность самостоятельно решать вопрос о судьбе, движении наркотиков. В этом качестве виновный является и тем, кому наркотики вверены работодателем, и лицом, обладающим административно-хозяйственными функциями по отношению к этим наркотикам, следовательно, могущим использовать эти особые возможности — служебное положение — при хищении наркотиков <28>. Соответственно в тех случаях, когда трудовые функции виновного носили исключительно технический характер, были связаны лишь, допустим, с доставкой или хранением наркотиков без наделения его полномочиями по распоряжению, управлению вверенными наркотиками, хищение вверенных наркотиков при отсутствии иных квалифицирующих признаков должно квалифицироваться по ч. 1 ст. 229 УК РФ как хищение наркотиков путем присвоения или растраты, т.е. без вменения квалифицирующего признака использования служебного положения.

———————————

<28> Яни П. Использование служебного положения при хищении вверенного имущества // Законность. 2010. N 3; СПС «КонсультантПлюс».

 

Теперь вернемся к разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ о квалификации хищения наркотиков провизором, лаборантом, работником аптеки, врачом, медицинской сестрой, экспедитором как совершенного с использованием служебного положения. Полагаем, что такие лица в значительном числе случаев обладают не распорядительными (управленческими), а лишь производственными полномочиями в отношении вверенных наркотиков (полномочиями, вытекающими из производственных функций по изготовлению, приему, доставке наркотиков). Поэтому при хищении данными лицами вверенных им наркотиков вменение признака «лицом с использованием своего служебного положения» является, по нашему мнению, излишним <29>.

———————————

<29> Вместе с тем в литературе отмечается, что такая позиция Пленума Верховного Суда РФ может быть оправдана особенностями предмета хищения, а именно тем, что наркотики изъяты из гражданского оборота и не каждый человек имеет к ним доступ (см. напр.: Винокуров В.Н. Квалификация хищения вверенного имущества: Учебное пособие. Красноярск, 2006. С. 41).

 

При анализе насильственных способов хищения наркотиков следует обратить внимание на то, что законодатель вкладывает в понятие насилия как физическое насилие (применение физической силы к человеку), так и психическое насилие (воздействие на психику человека путем угрозы насилием) и дифференцирует насилие по степени интенсивности на не опасное для жизни или здоровья (п. «г» ч. 2 ст. 229 УК РФ) и опасное для жизни или здоровья (п. «в» ч. 3 ст. 229 УК РФ).

Под насилием, не опасным для жизни или здоровья, следует понимать побои или совершение иных насильственных действий, связанных с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его свободы (связывание рук, применение наручников, оставление в закрытом помещении и др.), а также использование не представляющих опасность для жизни и здоровья предметов (механических распылителей, аэрозольных и других устройств, снаряженных слезоточивыми и раздражающими веществами, или электрошоковых устройств) или сильнодействующих либо одурманивающих веществ.

Х., требуя от А. наркотическое средство и подавляя его сопротивление, нанес последнему несколько ударов коленом по различным участкам тела и голове, причинив телесные повреждения в виде кровоподтеков на голове, туловище и левом предплечье, ссадины на затылочной области, не причинившие вреда здоровью. Подавив волю А. и получив ответ, где находится наркотическое средство, Х. завладел им <30>.

———————————

<30> Приговор Собинского городского суда Владимирской области от 16 марта 2010 г. URL: http://rospravosudie.com.

 

Под насилием, опасным для жизни или здоровья, следует понимать три вида насилия. Во-первых, насилие, которое не повлекло причинение вреда здоровью потерпевшего, однако в момент применения создавало реальную опасность (угрозу) для его жизни или здоровья: оставление связанного потерпевшего в холодном помещении, лишение его возможности обратиться за помощью, применение оружия (когда виновный выстрелил, но промахнулся) или предметов в качестве оружия, например, удавки, собак или других животных, использование опасных для жизни или здоровья сильнодействующих, ядовитых или одурманивающих веществ.

Честнейшин, имея умысел на хищение наркотиков, накинул на шею Б. веревку и, сдавливая с ее помощью шею потерпевшей, потребовал передать ему наркотики. Завладев наркотическим средством амфетамин, с места преступления скрылся. Ломоносовским районным судом г. Архангельска данные действия Честнейшина квалифицированы по п. «в» ч. 3 ст. 229 УК РФ как хищение наркотических средств с применением насилия, опасного для жизни или здоровья <31>.

———————————

<31> Приговор Ломоносовского районного суда г. Архангельска в отношении Честнейшина и др. от 20 мая 2010 г. Дело N 1-210/2010. URL: http://rospravosudie.com.

 

Во-вторых, насилие, которое повлекло причинение любого (тяжкого, средней тяжести или легкого) вреда здоровью потерпевшего. В таких случаях умышленное причинение легкого или средней тяжести вред здоровью охватывается п. «в» ч. 3 ст. 229 УК РФ и дополнительной квалификации по ст. ст. 115 или 112 УК РФ не требует, а умышленное причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 229 УК РФ и ст. 111 УК РФ <32>.

———————————

<32> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2006 г. N 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами».

 

В-третьих, насилие, которое повлекло смерть потерпевшего. Если смерть причинена по неосторожности и явилась следствием умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, содеянное квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 229 УК РФ и ч. 4 ст. 111 УК РФ. Умышленное причинение смерти человеку для хищения наркотиков квалифицируется по п. «в» ч. 3 ст. 229 УК РФ и дополнительно по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (как убийство из корыстных побуждений).

Петров и Чичканов, реализуя совместный умысел на хищение наркотических средств путем убийства, заранее вооружившись ножами, нанесли Р. и Е. многочисленные удары в различные части тела, включая жизненно важные органы, причинив смерть потерпевшим, затем завладели находящимися у Р. и Е. наркотическими средствами. Приговором Свердловского областного суда действия Петрова и Чичканова по данному эпизоду квалифицированы по п. п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и п. «в» ч. 3 ст. 229 УК РФ. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, соглашаясь с таким решением, отметила, что квалификация действий осужденных, связанных с хищением наркотических средств, по признаку применения насилия, опасного для жизни и здоровья, является правильной, поскольку именно такое насилие было применено осужденными к Р. и Е., чтобы осуществить цель завладения наркотическими средствами, и не свидетельствует о том, что осужденные дважды несут наказание за одни и те же действия <33>.

———————————

<33> Кассационное определение Верховного Суда РФ от 10 декабря 2012 г. N 45-012-75 по жалобе Петрова и Чичканова на приговор Свердловского областного суда от 10 сентября 2012 г. // СПС «КонсультантПлюс».

 

Как отмечалось выше, насилие при хищении наркотиков может выражаться и в насильственном воздействии на психику человека (психическое насилие), т.е. в словесной или деятельной угрозе причинением смерти, вреда здоровью различной тяжести, побоев, ограничения свободы или совершения иных насильственных действий. При этом угроза должна отражать намерение немедленного применения насилия, так как если угроза направлена в будущее, то действия виновного должны квалифицироваться не как хищение наркотиков, а как вымогательство наркотиков.

Абрамов неоднократно при личной встрече и по телефону требовал от Б. передачи ему наркотического средства героина, угрожая в будущем физической расправой в случае невыполнения его требований. При очередном требовании передачи наркотиков в ходе личной встречи с Б., которая контролировалась сотрудниками полиции, Абрамов был задержан. Приговором Ленинградского районного суда г. Калининграда его действия квалифицированы по п. «г» ч. 2 ст. 229 УК РФ как вымогательство наркотических средств, совершенное с угрозой применения насилия, не опасного для жизни или здоровья <34>.

———————————

<34> Приговор Ленинградского районного суда г. Калининграда в отношении Абрамова от 1 сентября 2010 г. Дело N 1-392/2010 г. URL: http://rospravosudie.com.

 

Психическое и физическое насилие как способы хищения наркотиков должны использоваться виновным именно для преодоления действительного или возможного сопротивления потерпевшего при изъятии или удержании наркотиков. Если виновное лицо применяет насилие для того, чтобы избежать задержания, т.е. насилие выступает способом сопротивления сотрудникам полиции или другим лицам при задержании, а не способом изъятия или удержания наркотиков, хищение наркотиков не признается насильственным. Например, когда при совершении тайного хищения наркотиков действия виновного обнаруживаются и виновный, оставив чужое имущество, просто пытается скрыться и применяет с этой целью насилие, тайный способ хищения не перерастает в открытый, а содеянное при отсутствии иных отягчающих признаков квалифицируется по совокупности преступлений как покушение на тайное хищение наркотиков и преступление против личности или против порядка управления (в зависимости от того, к кому применено насилие).

Хищение наркотиков не признается насильственным и в тех случаях, когда насилие применяется по мотивам мести за оказанное сопротивление или на почве личных неприязненных отношений, возникших в ходе хищения наркотиков. Такие действия также требуют квалификации содеянного по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 229 УК РФ и соответствующей статьей уголовного закона, предусматривающей ответственность за посягательство на жизнь или здоровье потерпевшего.

Карнаухов на почве личных неприязненных отношений, возникших в ходе ссоры, умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью нанес один удар ножом в область грудной клетки и не менее трех ударов рукой в область головы потерпевшей Ф. Затем, увидев прозрачный полиэтиленовый пакет, достоверно зная, что в нем находится наркотическое средство — героин, открыто похитил его. Яшкинским районным судом Кемеровской области его действия были квалифицированы по ч. 1 ст. 111 УК РФ и ч. 1 ст. 229 УК РФ <35>.

———————————

<35> Приговор Яшкинского районного суда Кемеровской области в отношении Карнаухова. Дело N 1-49/2014. URL: http://rospravosudie.com.

 

Заметим также, что, следуя разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, хищение наркотиков, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, либо с угрозой применения такого насилия, полностью охватывается диспозицией п. «в» ч. 3 ст. 229 УК РФ и дополнительной квалификации по ч. 1 ст. 162 УК РФ не требует <36>.

———————————

<36> Пункт 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2006 г. N 14. Полагаем, в этом Постановлении Пленума целесообразно уточнить, что хищение наркотиков любым способом полностью охватывается ст. 229 УК РФ и не требует дополнительной квалификации по статьям, предусматривающим ответственность за хищение имущества (ст. ст. 158 — 162 УК РФ).

 

Ш., действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, путем угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья, похитил у Ж. наркотическое средство, за что был осужден по совокупности преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 229 и ч. 1 ст. 162 УК РФ. Однако Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, сославшись на указанное выше разъяснение Пленума Верховного Суда РФ, исключила указание на осуждение Ш. по ч. 1 ст. 162 УК РФ <37>.

———————————

<37> Бюллетень Верховного Суда РФ. 2008. N 8.

 

По совокупности указанных преступлений квалифицируются действия лиц, которые путем применения насилия, опасного для жизни и здоровья, либо с угрозой применения такого насилия совершают хищение не только наркотических средств, но и чужого имущества. Так, Белов, действуя согласованно с Булычевым, угрожая Х.1 пистолетом, потребовал от него героин и деньги, а затем в связи отказом Х.1 выполнить требование в присутствии Ф. и Х.2 выстрелил в голову Х.1. После этого Ф. и Х.2 передали Белову и Булычеву героин и деньги. Завладев героином и деньгами, Белов и Булычев убили Ф., Х.2 и М. Приговором суда Ханты-Мансийского автономного округа Белов и Булычев осуждены по совокупности преступлений, в том числе предусмотренных п. п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ, п. п. «б», «в» ч. 3 ст. 229 УК РФ, п. п. «а», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Приведенный пример и иные аналогичные примеры судебной практики <38> обращают внимание еще на одну особенность квалификации хищения наркотиков с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, связанную с отсутствием законодательной дифференциации ответственности за хищение наркотиков с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Как видно из приведенного примера, Белов и Булычев завладели наркотиками и деньгами единым способом — с применением оружия, но в связи с отсутствием в ст. 229 УК РФ соответствующего квалифицирующего признака, в отличие от ст. 162 УК РФ, суд не смог учесть данное обстоятельство для дифференциации ответственности за совершенное ими хищение наркотиков. Сложно объяснить, по каким причинам в ст. 229 УК РФ не включен данный квалифицирующий признак, но очевидно, что законодателю целесообразно обратить внимание на этот пробел уголовного закона.

———————————

<38> См., напр.: Определение Верховного Суда РФ от 17 января 2006 г. N 66-о05-113 // СПС «КонсультантПлюс».

 

Пристатейный библиографический список

  1. Андреева Л.А. Уголовно-правовое противодействие незаконному обороту наркотических средств и психотропных веществ. СПб., 1998.
  2. Винокуров В.Н. Квалификация хищения вверенного имущества: Учебное пособие. Красноярск, 2006.
  3. Гаухман Л.Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика. М., 2003.
  4. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Бриллиантова. М., 2010.
  5. Курченко В.Н. Противодействие незаконному обороту наркотических средств и психотропных веществ: уголовно-правовой и уголовно-процессуальные аспекты. СПб., 2003.
  6. Лопашенко Н. Новое Постановление Пленума Верховного Суда РФ по хищениям // Законность. 2003. N 3.
  7. Лопашенко Н.А. Посягательства на собственность: Монография. М., 2012.
  8. Мальков С.М. Уголовно-правовое и криминологическое противодействие наркопреступности в Вооруженных силах // Актуальные проблемы профилактики наркомании и противодействия правонарушениям в сфере легального и незаконного оборота наркотиков: Материалы XVI международной научно-практической конференции (18 — 19 апреля 2013 г.): В 2 ч. / Отв. ред. И.А. Медведев. Красноярск, 2013.
  9. Омигов В.И. Борьба с хищениями наркотиков: уголовный и криминологический аспекты // Юридическое образование и наука. 2007. N 3.
  10. Пономарев П.Г., Семенов В.М., Борбат А.В. и др. Уголовно-правовая борьба с кражами, грабежами и разбоями. М., 2006.
  11. Романова Л.И. Наркопреступность: криминологическая и уголовно-правовая характеристика. Владивосток, 2009.
  12. Токманцев Д.В. Общественно опасные последствия как признак объективной стороны состава преступления, предусмотренного ст. 229.2 УК РФ // Уголовное право. 2013. N 3.

13. Яни П. Использование служебного положения при хищении вверенного имущества // Законность. 2010. N 3.

Д.В.Токманцев

Уголовное право. -2015. — № 2. — С. 75 — 84

Ключевые слова: хищение, наркотические средства, психотропные вещества, способы изъятия.

On the types of theft of narcotic drugs or psychotropic substances

Analyzes the typical ways of theft of narcotic drugs and psychotropic substances: stealthiness, the openness, the use of deception and (or) a breach of trust, embezzlement, abuse of office, the use of violence or threat of violence.

Key words: heft, narcotic drugs, psychotropic substances, methods of withdrawal.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code