Можно ли признать правонарушением использование элементов товарного знака в каталоге выставки

Вопрос 361.

Можно ли признать правонарушением использование элементов товарного знака в каталоге выставки?

 

Ответ.

Ответ зависит от фактических обстоятельств, что следует из Постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 20 марта 2013 года N 09АП-5264/2013-ГК по делу N А40-10688/12-27-97.

з182

Судом установлено, что товарный знак по свидетельству N 397845 зарегистрирован на имя ООО «Журнал «Кадровый Менеджмент» в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания РФ 11 января 2010 года, с приоритетом товарного знака от 29 апреля 2008 года, в отношении товаров (услуг) 16, 35, 41 классов МКТУ: «журнал «Кадровый менеджмент», реклама в журнале «Кадровый менеджмент», публикация рекламных текстов в журнале «Кадровый менеджмент», издание журнала «Кадровый менеджмент», публикация интерактивная журнала «Кадровый менеджмент».

Согласно свидетельству N 397845 словесные обозначения «www, hrm, ru» являются неохраняемыми элементами товарного знака.

Исковые требования предъявлены в соответствии со статьями 1229, 1484, 1515 ГК РФ и мотивированы тем, что истцом был выявлен факт незаконного использования товарного знака ответчиком, поскольку ответчик использовал товарный знак истца в Каталоге выставки «Персонал Москва 2010» (стр. 71) как товарный знак проекта HRM.RU. Каталог был напечатан в апреле 2010 года, позже регистрации товарного знака.

Суд апелляционной инстанции полагает правомерным отказ суда первой инстанции в удовлетворении исковых требований в части взыскания с ответчика в пользу истца компенсации за нарушение прав на товарный знак в размере 500000 рублей, а также в части обязания ответчика удалить товарный знак истца по свидетельству N 397845 с интернет-сайтов www.liveinternet.ru, www.vedomosti.ru, www.rabotagoda2010.mail.ru.

При этом суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что размещение в каталоге выставки обозначения HRM.RU не указывает на то, что ответчиком оказана услуга кому-либо по предложению товаров, однородных товарам и услугам, в отношении которых зарегистрирован товарный знак истца: «журнал «Кадровый менеджмент», реклама в журнале «Кадровый менеджмент», публикация рекламных текстов в журнале «Кадровый менеджмент», издание журнала «Кадровый менеджмент», публикация интерактивная журнала «Кадровый менеджмент».

Надлежащих доказательств распространения товаров, оказания ответчиком услуг по предложению товаров, рекламы о предлагаемых товарах и услугах с использованием товарного знака истца, носящих договорный характер, с указанием заказчика и исполнителя, условий оплаты, суду не представлено.

Поскольку истец не представил доказательств, свидетельствующих о том, что именно ответчик использовал товарный знак по свидетельству N 397845 на интернет-сайтах www.liveinternet.ru, www.vedomosti.ru, www.rabotagoda2010.mail.ru и ответчику принадлежат данные интернет-ресурсы, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении иска в части обязания ответчика удалить товарный знак истца по свидетельству N 397845 с интернет-сайтов www.liveinternet.ru, www.vedomosti.ru, www.rabotagoda2010.mail.ru.

Оснований полагать, что при принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были нарушены нормы материального и процессуального права, у суда апелляционной инстанции не имеется.

 

Вопрос 362.

Может ли в товарном знаке использоваться название памятника природы, если он не отнесен к особо ценным объектам культурного наследия народов Российской Федерации либо объектам всемирного культурного или природного наследия?

 

Ответ.

Может, и такая ситуация была рассмотрена коллегией по Патентным спорам при рассмотрении возражения, поданного ООО «Светлояр», Костромская область, на решение Роспатента об отказе в государственной регистрации товарного знака по заявке N 010742693 с приоритетом от 10.12.2010, заявленного в отношении товаров 05, 31 и 32 классов МКТУ.

з181

В заключении по результатам экспертизы указано, что словесный элемент заявленного обозначения воспроизводит название озера Светлояр — памятника природы федерального значения, который в составе биосферного резервата «Нижегородское Заволжье» получил сертификат Юнеско и право контроля за которым было возложено на государственный природный биосферный заповедник «Керженский».

На заседании коллегии Палаты по патентным спорам заявителем было представлено ходатайство об ограничении перечня товаров, для которого испрашивается регистрация заявленного обозначения в качестве товарного знака. Предоставление правовой охраны заявленному обозначению испрашивается только для товаров 05 класса МКТУ «вода минеральная для медицинских целей» и товаров 32 класса МКТУ «минеральная вода и прочие безалкогольные напитки» (далее — ограниченный перечень товаров).

Коллегия Палаты по патентным спорам установила следующее.

Доминирующий в заявленном обозначении словесный элемент «СВЕТЛОЯР», выполненный оригинальным шрифтом, стилизованным под старорусский, воспроизводит название озера, получившего известность не в качестве географического объекта, а в качестве символа, связанного с легендой из древнерусских сказаний о процветающем Китеж-граде, который стал при приближении вражеского войска невидимым и опустился на дно озера. Озеро Светлояр является памятником природы, но оно само по себе не относится к особо ценным объектам культурного наследия народов Российской Федерации либо объектам всемирного культурного или природного наследия, так как его наименование отсутствует в Государственном своде особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации и в Списке всемирного наследия Юнеско.

Указанное обстоятельство обусловливают вывод об отсутствии оснований для признания заявленного обозначения не соответствующим требованиям пункта 4 статьи 1483 ГК РФ. Необходимо также отметить, что слово «Светлояр» обнаруживается в составе фирменного наименования заявителя и применяется в названии принадлежащего ему участка месторождения пресных подземных вод, а этикетка выпускаемой заявителем продукции (воды минеральной природной) содержит заявленное обозначение.

Учитывая изложенное, коллегия Палаты по патентным спорам пришла к выводу: удовлетворить возражение, отменить решение Роспатента и зарегистрировать товарный знак по заявке N 2010742693.

 

Вопрос 363.

Если заявленное обозначение не является лексической единицей какого-либо языка, может ли оно указывать на иностранное происхождение товаров?

 

Ответ.

Не может, и такой ответ дан коллегией Палаты по патентным спорам, рассмотревшей возражение, поданное ЗАО «Умалат Фресколатте», Москва (далее — заявитель), на решение об отказе в государственной регистрации товарного знака по заявке N 2011710274 с приоритетом от 06.04.2011 в отношении товаров 29 класса МКТУ «сыры».

з180

Заключение экспертизы мотивировано тем, что заявленное обозначение «UNAGRANDE УНАГРАНДЕ» включает слово итальянского происхождения, состоящее из написанных слитно итальянских слов: una — неопределенный артикль (в итальянском языке); grande — (итал.) большой, великий, известный, в связи с чем способно породить в сознании потребителя представление об иностранном (итальянском) происхождении товаров 29 класса МКТУ (сыров), их производстве на территории Италии, что не соответствует действительности, поскольку заявителем по данной заявке является российская компания.

Изучив материалы дела и заслушав участников рассмотрения, Палата по патентным спорам считает доводы возражения убедительными.

Обозначение признается ложным или вводящим в заблуждение, если ложным или вводящим в заблуждение является хотя бы один из его элементов. Анализ словарей основных европейских языков показал отсутствие в них лексической единицы, совпадающей со словом «UNAGRANDE», что позволяет сделать вывод о фантазийном характере этого слова. В силу указанного можно сделать вывод о том, что заявленное обозначение «UNAGRANDE УНАГРАНДЕ» не несет в себе прямой информации об изготовителе или месте происхождения товара, не соответствующей действительности.

Что касается способности заявленного обозначения ввести потребителя в заблуждение относительно места производства товара через ассоциации, которые возникают в его сознании при восприятии заявленного обозначения, в частности, как указание на иностранное (итальянское) происхождение товаров, то этот вывод нельзя признать обоснованным, поскольку слово «UNAGRANDE УНАГРАНДЕ», не являясь лексической единицей какого-либо языка, не может ассоциироваться с реальным географическим объектом, имеющим определенную репутацию, язык которого использован в заявленном обозначении, и, соответственно, вызывать у потребителя ложные ассоциации. Таким образом, средний российский потребитель может воспринимать заявленное обозначение как выполненное буквами латинского алфавита без привязки к определенному языку и географическому региону.

Кроме того, заявителем представлены материалы, свидетельствующие о том, что информация о сырах, маркированных заявленным обозначением, производителем которых является ЗАО «Умалат» — дочерняя компания заявителя, широко представлена на различных сайтах в сети Интернет, где эти товары предлагаются к продаже, т.е. у российского потребителя сформировалась ассоциативная связь между товарами, маркированными заявленным обозначением, и его российским производителем в лице дочерней компании заявителя.

В силу указанного вывод экспертизы о том, что заявленное обозначение «UNAGRANDE УНАГРАНДЕ» по заявке N 2011710274 не удовлетворяет условиям его государственной регистрации в качестве товарного знака, нельзя признать обоснованным.

 

Вопрос 364.

Может ли лицензиат многих товарных знаков одного лицензиара, являющийся уполномоченным импортером товаров лицензиара, зарегистрировать на свое имя обозначение, не зарегистрированное лицензиаром, но активно им используемое?

 

Ответ.

Без согласия лицензиара не может. Коллегии Палаты по патентным спорам рассмотрела возражение на решение Роспатента, при этом установлено, что обозначение «LIVELONGER» по заявке N 2011703382/50 с приоритетом от 09.02.2011 заявлено на регистрацию в качестве товарного знака ООО «ЦЕПТЕР Интернациональ», Москва (далее — заявитель) в отношении товаров 03, 05, 06, 07, 08, 09, 10, 11, 14, 16, 17, 18, 20, 21, 22, 24, 26, 34 и услуг 35, 37 классов МКТУ, указанных в перечне заявки.

Основанием для принятия решения об отказе в регистрации явилось заключение по результатам экспертизы, мотивированное тем, что заявленное обозначение воспроизводит обозначение «LIVELONGER», принадлежащее транснациональной компании «Zepter Internazional» (головной офис расположен в Валлерау, Швейцария), которая занимается разработками и производством различной потребительской продукции, в том числе приборов медицинского и бытового назначения, косметики, добавок пищевых натуральных, часов, бижутерии, посуды и т.д., в связи с чем регистрация заявленного обозначения на имя заявителя способна ввести потребителя в заблуждение относительно изготовителя заявленных товаров, а также страны их происхождения.

В возражении заявитель выражает несогласие с решением и приводит следующие доводы:

— приведенные экспертизой ссылки из Интернета расположены на доменах, зарегистрированных в зонах доменных имен .com, .org, .net, то есть вне российской юрисдикции, а ссылки же в зоне доменного имени .ru свидетельствуют о том, что заявитель является дочерней фирмой и официальным дистрибьютором продукции холдинга на территории России;

— ООО «ЦЕПТЕР Интернациональ» является лицензиатом нескольких десятков товарных знаков, принадлежащих «Zepter International»;

— в базах данных реестров ВОИС, OHIM, стран Евросоюза и прочих развитых стран отсутствует официальная регистрация или заявка, тождественная или сходная до степени смешения с обозначением «LIVELONGER», таким образом, заявка N 2011703382 не ущемляет ничьих интересов;

— представители холдинга «Zepter International» указывают на то, что их интересы на территории России представляет ООО «ЦЕПТЕР Интернациональ», о чем свидетельствуют многочисленные выданные лицензии, а также письмо Федеральной таможенной службы от 15 ноября 2010 г. N 14-42/55320 «О товарном знаке Цептер», где в п. 3.2 указано, что ООО «Цептер Интернациональ» является уполномоченным импортером холдинга в России.

Изучив материалы дела и заслушав участников рассмотрения возражения, Палата по патентным спорам установила следующее.

Анализ словарно-справочных источников показал, что словесный элемент «LIVELONGER» отсутствует в словарно-справочных источниках информации, однако данный словесный элемент воспроизводит наименование «LIVELONGER», которое используется мультинациональной компанией «Zepter International», основанной в 1986 году, имеющей семь высокотехнологичных заводов, расположенных в Швейцарии, Германии и Италии. Данная компания успешно работает более чем в 40 странах мира на 5 континентах. По всему миру «Zepter International» выступает спонсором спортивных соревнований. Спектр продукции и услуг для красоты и здоровья, предлагаемых компанией «Zepter» очень широк: металлическая посуда, вакуумная посуда, запатентованная кухонная посуда, украшения для сервировки стола, стильные вазы, система хранения продуктов, система очистки воды, система для уборки дома, приборы для очищения и ионизации воздуха, медицинские приборы, система светотерапии для лечения ран, восстановления тканей и снятия боли и для косметического ухода за кожей, косметические средства, новейшие научные разработки в области косметического ухода за кожей из Швейцарии, косметические средства для ухода за кожей и для макияжа на основе растительных протеинов и экстракта свежесрезанной эхинацеи, произрастающей в Швейцарских Альпах, изготовленные в Швейцарии на заводе «Intercosmetica» эксклюзивно для компании «Zepter International».

Таким образом, заявленное обозначение может порождать представление у потребителей о том, что происхождение заявленных товаров связано с иностранной компанией «Zepter International», что не соответствует действительности, поскольку заявителем является российская компания.

Заявителем не представлено сведений о факте производства им товаров, объемах производства и продаж товаров, территории реализации товаров; длительности и регулярности использования; объеме затрат на рекламу.

Заявителем вообще не представлено никаких доказательств деятельности. Более того, сам заявитель утверждает, что он является всего лишь представителем (лицензиатом по распространению продукции «Zepter») компании «Zepter International».

Таким образом, основания для отмены решения Роспатента от 27.07.2012 об отказе в предоставлении правовой охраны знаку по международной регистрации N 1050128 отсутствуют.

В Роспатент 22.03.2013 заявителем было представлено особое мнение, в котором выражено несогласие с выводами коллегии Палаты по патентным спорам и приведены следующие доводы:

— обозначение «LIVELONGER» не только не принадлежит, но и не может принадлежать транснациональной компании «Zepter International», поскольку такой компании как юридического лица не существует;

— все лицензиаты товарных знаков «ZEPTER» и «ZEPTER International», осуществляющие в разных странах мира реализацию товаров, маркированных данными товарными знаками, являются самостоятельными юридическими лицами, осуществляют свою деятельность в соответствии с национальным законодательством того государства, в котором они зарегистрированы. Все лицензиаты составляют группу компаний «ZEPTER» условно, поскольку юридически не состоят между собой в какой-либо организационно-правовой связи;

— на заседании коллегии Палаты по патентным спорам был поставлен вопрос о наличии согласия компании «Филдпойнт Б.В.» (Амстердам, Нидерланды), правообладателя товарных знаков «ZEPTER» и «ZEPTER International», на использование обозначения «LIVELONGER» в сочетании с принадлежащими ей указанными товарными знаками.

Поскольку ранее такое согласие не запрашивалось, то оно запрошено ООО «ЦЕПТЕР Интернациональ» после заседания коллегии, но на текущий момент еще не получено в письменном виде, в связи с ограниченностью во времени.

Коллегия Палаты по патентным спорам сочла доводы, изложенные в особом мнении, неубедительными по следующим причинам.

Довод о том, что не существует такого юридического лица, как «Zepter International», декларативен и не подтвержден документально, напротив, как уже отмечалось выше, при обращении к поисковым системам Интернета было выявлено, что существует транснациональная компания «Zepter Internazional» (головной офис расположен в Валлерау, Швейцария), которая занимается разработками и производством различной потребительской продукции. Данная компания была основана в 1986 году Миланом Янковичем, более известным под псевдонимом Филипп Цептер. Кроме того, обозначение «LIVELONGER» используется совместно в сочетании с товарными знаками «ZEPTER» и «ZEPTER International», принадлежащими компании «Филдпоинт Б.В.», Нидерланды.

Относительно того, что заявителем было запрошено письмо-согласие, коллегия Палаты по патентным спорам отмечает, что на заседании коллегии не было заявлено ходатайство о получении данного письма, а также в устной форме было отмечено, что не представляется возможным получить согласие на регистрацию заявленного обозначения, так как отсутствует лицо, которое способно выдать такое письмо-согласие. Остальные доводы, изложенные в особом мнении, были рассмотрены и проанализированы выше.

Учитывая вышеизложенное, коллегия Палаты по патентным спорам пришла к выводу отказать в удовлетворении возражения от 15.02.2013, оставить в силе решение Роспатента от 25.05.2012.

 

Вопрос 365.

Может ли толкование словесного обозначения как жаргонного, способного вызвать возмущение общества, служить основанием для отказа в регистрации товарного знака?

 

Ответ.

Ответ зависит от фактических обстоятельств, влияющих на вероятность такого толкования при восприятии товарного знака. Коллегия Палаты по патентным спорам рассмотрела возражение, поданное ООО «РУСИНВЕСТ», Россия, на решение об отказе в государственной регистрации товарного знака по заявке N 2011709350 с приоритетом 30.03.2011, поданной в отношении товаров 33 класса МКТУ.

з179

Решение Роспатента основано на заключении по результатам экспертизы, мотивированном тем, что в заявленном обозначении доминирующими элементами являются стилизованное изображение белки с оскаленными зубами и выпученными глазами, производящее негативное впечатление, и фраза «БЕЛОЧКА Я ПРИШЛА!».

Названные элементы воспринимаются в совокупности, что позволяет рассматривать обозначение в целом как имеющее определенную и очевидную идею (белочка, белка — жарг. психоз, связанный со злоупотреблением алкоголем). В отношении алкогольных напитков заявленное обозначение, содержащее, пусть жаргонное, но очевидное название заболевания, состояния, наступающего в результате чрезмерного употребления алкоголя, может восприниматься как негативное, способное вызвать возмущение общества. В связи с этим регистрация такого обозначения может быть воспринята как противоречащая общественным интересам и принципам морали, принятым в обществе.

Изучив материалы дела и заслушав участников рассмотрения возражения, Палата по патентным спорам считает доводы, представленные в возражении, убедительными.

Анализ словарно-справочной литературы показал, что словесный элемент «БЕЛОЧКА» прежде всего имеет значение — «небольшой лесной зверек — грызун с пушистым хвостом, а также мех его». По релевантности поиска в сети Интернет главным значением слов «белка/белочка» является животное, далее: Белочка (кондитерский дом); Белочка (конфеты) — сорт шоколадных конфет, Белочка (песня), Белочка (водка), «Белочки» — прозвище белорусского рубля 1992 года, Белка — одна из собак-космонавтов, которая побывала в космосе в 1960 году и вернулась назад, и т.д. Нельзя отрицать тот факт, что, как указано экспертизой, слово «БЕЛОЧКА» отражает жаргонное название заболевания, состояния, наступающего в результате чрезмерного употребления алкоголя. Вместе с тем следует обратить внимание, что в центре заявленного обозначения крупным планом выполнено изображение белки (животного), наличие которого в знаке обусловливает восприятие слова «БЕЛОЧКА» именно в основном его лексическом значении (лесной зверек). Таким образом, восприятие слова «БЕЛОЧКА» в его жаргонном значении «психоз, белая горячка» не является основным или единственным. Довод экспертизы о негативном характере изображения «оскала зубов и выпученных глаз на морде белки» в заявленном обозначении носит субъективный и утрированный характер.

По мнению коллегии Палаты по патентным спорам, заявленное обозначение в целом в отношении товаров 33 класса МКТУ носит шутливо-иронический характер. Коллегией Палаты по патентным спорам была учтена информация пользователей в сети Интернет, а также экспертное исследование изображения, согласно которым заявленное обозначение носит веселый, добродушный, открытый характер.

Таким образом, довод экспертизы о том, что регистрация заявленного обозначения будет противоречить общественным интересам, ошибочен. Необходимо отметить, что элементы «PRODUCED AND BOTTLED IN RUSSIA», «КРЕПОСТЬ 40%», «LIMITED EDITION», «ОБЪЕМ 0,5 Л», «ВОДКА» являются неохраняемыми на основании пункта 1 статьи 1483 ГК РФ, поскольку указывают на вид, свойства, назначение и место производства товара. Вместе с тем указанные элементы могут быть включены в товарный знак как неохраняемые элементы, поскольку они не занимают в нем доминирующего положения.

Оценивая изложенные обстоятельства в совокупности, коллегия Палаты по патентным спорам считает, что заявленному обозначению может быть предоставлена правовая охрана в отношении товара 33 класса МКТУ: «водка» с исключением из самостоятельной правовой охраны элементов «PRODUCED AND BOTTLED IN RUSSIA», «КРЕПОСТЬ 40%», «LIMITED EDITION», «ОБЪЕМ 0,5 Л», «ВОДКА».

 

Вопрос 366.

Ассоциируется ли корень «рос» со словом «Россия», и как такая ассоциация влияет на регистрацию юридического лица?

 

Ответ.

Ответ можно найти в Постановлении ФАС Восточно-Сибирского округа от 21 марта 2013 г. N А19-16267/2012.

Алиев Н.Р. (место временного проживания: г. Иркутск, адрес места жительства: Республика Таджикистан, г. Душанбе) обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 17 по Иркутской области о признании незаконным решения от 18.05.2012 N 7858А об отказе в государственной регистрации юридического лица Общества с ограниченной ответственностью (ООО) «ИЛИМ-РОСКО» в случае непредставления определенных Федеральным законом от 08.08.2001 N 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» необходимых для государственной регистрации документов; обязании налоговой инспекции зарегистрировать юридическое лицо ООО «ИЛИМ-РОСКО».

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 27 сентября 2012 года в удовлетворении заявленных требований отказано. Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 19 декабря 2012 года решение суда отменено. По делу принят новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с Постановлением апелляционной инстанции, налоговая инспекция обратилась в Федеральный арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой ставит вопрос о его отмене в связи с нарушением судом норм материального права.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Федеральный арбитражный суд Восточно-Сибирского округа находит выводы арбитражного апелляционного суда не соответствующими установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам.

Отношения, возникающие в связи с государственной регистрацией юридических лиц при их создании, реорганизации и ликвидации, при внесении изменений в их учредительные документы, а также в связи с ведением Единого государственного реестра юридических лиц, регулируются Федеральным законом от 08.08.2011 N 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон о государственной регистрации).

Как следует из оспариваемого решения, основанием для отказа в государственной регистрации явилось несоответствие наименования юридического лица требованиям федерального закона (подпункт «ж» пункта 1 статьи 23 Закона о государственной регистрации). Регистрирующим органом установлено, что фирменное наименование ООО «ИЛИМ-РОСКО» является производным от слов «Россия», «Российская Федерация». Из представленного пакета документов установлено, что при создании общества порядок использования наименования, производного от официального наименования «Россия», «Российская Федерация» заявителем не соблюден.

Включение в фирменное наименование юридического лица официального наименования «Российская Федерация» или «Россия», а также слов, производных от этого наименования, допускается по разрешению, выдаваемому в порядке, установленном Правительством Российской Федерации (пункт 4 статьи 1473 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 58.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 5, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» под словами, производными от официального наименования «Российская Федерация» или «Россия», в смысле абзаца восьмого пункта 4 статьи 1473 Гражданского кодекса Российской Федерации следует понимать в том числе слово «российский» (и производные от него) как на русском языке, так и на иностранных языках в русской транскрипции, но не слово «русский» (и производные от него).

Как обоснованно отмечено судом первой инстанции, сокращение «Рос», используемое в фирменных наименованиях организаций (Роспатент, Росвооружение и др.), разрешение на использование которого в названиях организаций уполномочена выдавать Межведомственная комиссия, представляет собой устойчивое общеизвестное буквенное сочетание, сокращенное от «Российский», «Россия», вызывающее стойкую ассоциацию потребителя с участием государства в деятельности организации либо с особой значимостью деятельности данной организации в государственных интересах.

Судом первой инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, окончательные выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Порядок использования наименований «Россия», «Российская Федерация» и производных от них в названиях создаваемых организаций установлен Постановлением Правительства Российской Федерации от 03.02.2010 N 52 «Об утверждении правил включения в фирменное наименование юридического лица официального наименования «Российская Федерация» или «Россия», а также слов, производных от этого наименования».

В материалах дела отсутствуют доказательства соблюдения заявителем установленного порядка получения разрешения на использование в своем фирменном наименовании официального наименования «Российская Федерация» или «Россия», а также слов, производных от этого наименования. При представлении в регистрирующий орган пакета документов о создании ООО «ИЛИМ-РОСКО» соответствующее разрешение на использование наименования, производного от официального наименования «Россия», «Российская Федерация», заявителем не представлено.

Суд кассационной инстанции находит правильным вывод суда первой инстанции о несостоятельности довода заявителя по делу о том, что слово «РОСКО» в наименовании создаваемого юридического лица является аббревиатурой от слов «Региональная оптовая снабженческая компания».

Из материалов дела следует, что учредительные документы общества содержат полное наименование создаваемого юридического лица — Общество с ограниченной ответственностью «ИЛИМ-РОСКО». Какой-либо расшифровки наименования общества учредительные документы не содержат. Более того, на момент подачи заявления о государственной регистрации юридического лица при создании заявитель не имел сведений о возможной расшифровке слова «РОСКО».

Арбитражный апелляционный суд, придя к выводу о необходимости отмены решения суда и удовлетворения заявленных требований, исходил из иной оценки изложенных обстоятельств. При этом суд апелляционной инстанции указал, что им принимается во внимание, что заявителем приведено обоснование содержания наименования «РОСКО», с указанием на то, что слово является аббревиатурой и расшифровывается как «Региональная отраслевая снабженческая компания». Тогда как налоговой инспекцией, по мнению арбитражного апелляционного суда, не приведено какого-либо обоснования в подтверждение того, что слово «РОСКО» является сложносокращенным словом, состоящим из нескольких корней, содержащим в себе сокращение «Рос», которое в сочетании с иными словами, использованными в наименовании юридического лица, несет общепринятую смысловую нагрузку, ассоциируясь со словом «Россия».

Суд кассационной инстанции не может признать правильными выводы суда апелляционной инстанции.

Слово «РОСКО» не существует как самостоятельное слово русского языка и является сложносокращенным словом, состоящим из корней «РОС» и «КО». При этом слово «РОС» несет общепринятую смысловую нагрузку, ассоциируясь со словом «Россия».

В Уставе ООО «ИЛИМ-РОСКО» иное полное фирменное наименование общества, позволяющее сделать вывод о том, что слово «РОСКО» состоит из слов, существующих как самостоятельные слова русского языка, не несущие смысловую нагрузку, ассоциируемую со словом «Россия», отсутствует.

Судом апелляционной инстанции не приведены мотивы, приведшие к выводу о том, что слово «РОСКО» не является сложносокращенным словом.

Таким образом, поскольку выводы Четвертого арбитражного апелляционного суда, содержащиеся в обжалуемом Постановлении, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, у суда апелляционной инстанции не имелось правовых оснований для отмены законного и обоснованного решения суда первой инстанции.

Федеральный арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации полагает Постановление суда апелляционной инстанции подлежащим отмене. Решение суда первой инстанции подлежит оставлению в силе.

 

Вопрос 367.

Может ли письмо Федеральной антимонопольной службы подтверждать факт незаконного использования ответчиком товарного знака?

 

Ответ.

Письмо, вне иных доказательств, не может, что подтвердил ФАС Западно-Сибирского округа в Постановлении от 22 марта 2013 г. по делу N А45-20015/2012.

ОАО «ЧЕТРА-Промышленные машины» обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с иском о взыскании с Общества с ограниченной ответственностью «Милонт» 200000 руб. компенсации за незаконное использование товарного знака.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 05.09.2012, оставленным без изменения Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2012, в удовлетворении иска отказано.

Арбитражный суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Из материалов дела следует, что ОАО «ЧЕТРА — Промышленные машины» является правообладателем товарного знака «ЧЕТРА» в виде буквенного сочетания «ЧЕТРА» (свидетельство от 13.03.2003 N 240329).

09.04.2012 ОАО «ЧЕТРА — Промышленные машины» обратилось в Управление Федеральной антимонопольной службы по Новосибирской области (далее — Управление, антимонопольный орган) с заявлением N 965000-70 о привлечении ООО «Милонт» к административной ответственности по статье 14.10 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации, указав, что ответчик без каких-либо разрешений со стороны правообладателя использует товарный знак «ЧЕТРА» путем его размещения на странице в сети Интернет по адресу http://milont.ru/servise.

Письмом от 17.05.2012 N 06-3266 Управление подтвердило факт незаконного использования ответчиком товарного знака.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований, исходил из недоказанности имеющих значение для дела обстоятельств, а именно: размещения ответчиком на сайте товарного знака, похожего на товарный знак истца; тождественности данного знака товарному знаку истца или сходства данных знаков до степени смешения. Ответ Управления Федеральной антимонопольной службы по Новосибирской области от 17.05.2012, а также пояснения антимонопольного органа, признаны судом недопустимыми доказательствами. Кроме того, суд указал, что применительно к рассматриваемой правовой ситуации надлежащим доказательством факта размещения ответчиком на сайте товарного знака, тождественного или сходного до степени смешения с товарным знаком истца, может являться постановление компетентного органа о привлечении к административной ответственности.

При столкновении двух не идентичных, а схожих индивидуализирующих товар обозначений для охраны первого товарного знака угроза его смешения с более поздним обозначением должна быть установлена судом.

Угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба индивидуализирующих товар обозначения принадлежат одному и тому же производителю. Такая угроза зависит, во-первых, от различительной способности знака с более ранним приоритетом, во-вторых, от сходства противопоставляемых обозначений, в-третьих, от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг.

Разрешая данный спор, суды обеих инстанций обоснованно указали, что письмо антимонопольного органа от 17.05.2012 N 06-3266 само по себе не способно подтвердить факт использования ООО «Милонт» товарного знака ОАО «ЧЕТРА-Промышленные машины».

Суд апелляционной инстанции установил, что в материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства принадлежности спорного сайта (http://milont.ru/servise) ответчику. Не представлены также доказательства размещения на указанном сайте информации, содержащей ссылку на товарный знак «ЧЕТРА». В материалах дела отсутствует акт осмотра сайта от 17.04.2012, ссылка на который имеется в письме антимонопольного органа от 17.05.2012 N 06-3266.

Какие-либо иные доказательства, свидетельствующие о нарушении со стороны ООО «Милонт» исключительных прав истца, в материалы дела ОАО «ЧЕТРА-Промышленные машины» представлены не были.

Суды, установив все фактические обстоятельства по делу, указав на недоказанность использования ООО «Милонт» товарного знака ОАО «ЧЕТРА-Промышленные машины», обоснованно отказали в удовлетворении исковых требований.

 

Вопрос 368.

Если коммерческое обозначение введено в оборот значительно ранее, чем средство индивидуализации истца, применим ли к такому спору подход, именуемый в патентном праве правом преждепользования?

 

Ответ.

Применим, что подтвердил ФАС Волго-Вятского округа в Постановлении от 5 марта 2013 г. по делу N А43-15155/2012.

ООО «Бистро Пронто» обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с иском к индивидуальному предпринимателю Полудину О.Б. (далее — Предприниматель) о прекращении использования товарного знака (слово «пронто») в коммерческой деятельности, об обязании удалить товарный знак из всех материалов, связанных с коммерческой деятельностью (рекламных материалах на бумажных носителях и с сайта в сети Интернет), и о взыскании 2500000 рублей.

Исковые требования основаны на статьях 8, 12, 1515 ГК РФ и мотивированы тем, что ответчик незаконно использует в коммерческой деятельности слово «Pronto», которое сходно до степени смешения с товарным знаком, правами на который обладает истец.

Арбитражный суд Нижегородской области решением от 31.08.2012, оставленным без изменения Постановлением суда апелляционной инстанции от 20.11.2012, отказал в удовлетворении исковых требований. Суд посчитал, что спорное словесное обозначение «Pronto PIZZA e PASTA» используется Предпринимателем в качестве коммерческого обозначения и введено в оборот значительно ранее, чем средство индивидуализации истца. Кроме того, суды посчитали, что обозначения истца и ответчика имеют существенные различия в написании, что исключает смешение этих обозначений у потребителей, в связи с чем отказали в удовлетворении исковых требований.

Не согласившись с данными судебными актами, Общество обратилось в Федеральный арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить решение и Постановление в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемых судебных актов в силу следующего.

Как видно из документов и установил суд, Общество является правообладателем исключительного права на товарный знак «Pronto» в отношении товаров (услуг) 43-го класса МКТУ, что подтверждается свидетельством от 31.07.2008 N 356127 с датой приоритета от 23.05.2007, срок действия до 23.05.2017.

Предприниматель, зарегистрированный в качестве индивидуального предпринимателя 22.04.2003, осуществляя деятельность в сфере ресторанов и кафе, использует в деятельности словосочетание «Pronto PIZZA e PASTA». Данное коммерческое обозначение было разработано Кулыгиным Максимом Львовичем (автор) в рамках авторского договора от 31.05.2004 N 32/2004 и передано Предпринимателю по акту приема-передачи от 31.07.2004.

Кроме того, согласно письму регистратора доменных имен — ЗАО «Региональный Сетевой Информационный Центр» от 05.07.2012 N 1616-с Предприниматель является администратором доменного имени «prontopizza.ru» с даты регистрации домена — 23.08.2004.

Общество посчитало, что использование Предпринимателем в коммерческой деятельности слова «Pronto» нарушает его исключительные права на товарный знак, и обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды установили, что Предприниматель использует спорное коммерческое обозначение с 31.07.2004, то есть с момента получения результата интеллектуальной деятельности по авторскому договору, а доменное имя «prontopizza.ru» с даты регистрации домена — 23.08.2004, в то время как товарный знак «Pronto» имеет дату приоритета — 23.05.2007. Кроме того, суд апелляционной инстанции сравнил товарный знак истца и коммерческое обозначение Предпринимателя и, приняв во внимание их различное графическое изображение, счел, что они не похожи друг на друга, в целом каждое средство индивидуализации воспринимается по-разному, что исключает опасность их смешения.

С учетом приведенных норм права и оценки доказательств суды правомерно указали на отсутствие у истца права запрещать использование спорного обозначения лицу, которое добросовестно использовало коммерческое обозначение до даты приоритета товарного знака. Данные обстоятельства свидетельствуют об обоснованности отказа в удовлетворении заявленных исковых требований.

Довод заявителя о возможности применения понятия «преждепользование» лишь в институте патентного права основан на неверном толковании норм права, а потому отклоняется судом округа.

Ссылка Общества на тот факт, что оно как юридическое лицо зарегистрировано с 27.11.2000 и с этого же времени использует слово «пронто» в своем наименовании, не принимается окружным судом во внимание, поскольку данный факт касается фирменного наименования истца, за защитой прав на которое он не обращался.

Аргумент заявителя о неправомерном выводе суда апелляционной инстанции об отсутствии смешения товарного знака и коммерческого обозначения, сделанном без привлечения эксперта, отклоняется судом округа в силу следующего.

В пункте 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» указано, что вопрос о сходстве до степени смешения двух словесных обозначений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя.

Применяя по аналогии позицию Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, суд апелляционной инстанций оценил словесное обозначение товарного знака истца и коммерческое обозначение ответчика с позиции рядового потребителя и посчитал, что они не схожи до степени смешения и не способны ввести в заблуждение потенциальных потребителей.

 

Вопрос 369.

Какое судебное дело можно считать наиболее значимым для решения вопроса о признании товарного знака использованным при ввозе оригинального импортного товара с согласия правообладателя товарного знака?

 

Ответ.

Таким делом, безусловно, является разрешение спора в Президиуме ВАС РФ в отношении досрочного прекращения правовой охраны товарного знака по международной регистрации N 458540 в связи с его неиспользованием на территории Российской Федерации и обязании Роспатента отказать в удовлетворении заявления ЗАО «Бехер» о досрочном прекращении охраны указанного товарного знака (Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, Постановление от 13 апреля 2004 г. N 1164/04).

з178

Компания «Ян Бехер-Карловарска Бехеровка, а.с.» (далее — компания) обратилась в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании недействительным решения Высшей патентной Палаты Российского агентства по патентам и товарным знакам (далее — Патентная Палата) от 30.09.2002 о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака по международной регистрации N 458540 в связи с его неиспользованием на территории Российской Федерации и обязании Роспатента отказать в удовлетворении заявления Закрытого акционерного общества «Бехер» о досрочном прекращении охраны указанного товарного знака.

Решением суда первой инстанции от 18.03.2003 в удовлетворении заявления в части признания недействительным решения Патентной Палаты отказано, в части требования об обязании патентной палаты отказать в удовлетворении заявления ЗАО «Бехер» о досрочном прекращении охраны товарного знака производство по делу прекращено со ссылкой на пункт 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 08.07.2003 решение суда от 18.03.2003 изменено и решение Патентной Палаты признано недействительным, в остальной части данный судебный акт оставлен без изменения.

Федеральный арбитражный суд Московского округа Постановлением от 23.10.2003 Постановление суда апелляционной инстанции отменил, решение суда первой инстанции оставил в силе.

В заявлении о пересмотре в порядке надзора решения суда первой инстанции и Постановления суда кассационной инстанции, поданном в Высший Арбитражный Суд Российской Федерации, компания просит отменить названные судебные акты, ссылаясь на их незаконность.

В отзыве на заявление Роспатент просит оставить оспариваемые судебные акты в силе, поскольку они приняты в соответствии с действующим законодательством.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в заявлении, отзыве на него и выступлениях присутствовавших в заседании представителей сторон, Президиум считает, что решение суда первой инстанции и Постановление суда кассационной инстанции подлежат отмене, Постановление суда апелляционной инстанции — оставлению без изменения по следующим основаниям.

Решением Роспатента от 16.10.1981 предоставлена правовая охрана на территории Российской Федерации международной регистрации N 458540 комбинированного товарного знака со словесным элементом «JB» в отношении товаров 33-го класса Международной классификации товаров и услуг, а именно ликеров. Владельцем указанного товарного знака является компания.

ЗАО «Бехер» подало 05.04.2002 в Патентную Палату заявление о досрочном прекращении действия правовой охраны названного товарного знака на территории Российской Федерации в связи с его неиспользованием.

Решением, утвержденным генеральным директором Роспатента 30.09.2002, Патентная Палата удовлетворила заявление общества и досрочно полностью прекратила правовую охрану указанного товарного знака на территории Российской Федерации в связи с его неиспользованием в течение пяти лет со ссылкой на статью 22 Закона Российской Федерации «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» (далее — Закон о товарных знаках) и Правила подачи жалоб, заявлений и ходатайств и их рассмотрения в Высшей Патентной Палате Российского агентства по патентам и товарным знакам.

При рассмотрении заявления ЗАО «Бехер» Патентная Палата установила, что ликер с наименованием «Бехеровка» Закрытое акционерное общество «П.Р. Русь» приобрело у компании, однако не приняла во внимание представленные обладателем права на товарный знак, доказательства фактического использования спорного товарного знака на этикетках ликера, поставляемого в Российскую Федерацию по контрактам с ЗАО «П.Р. Русь». Отсутствие в копиях грузовых таможенных деклараций в графе 31 «Наименование товара» описания товарного знака и ссылки на международную регистрацию N 458540 не позволило патентному органу принять данные декларации в качестве доказательств использования товарного знака на товаре или упаковке.

Кроме того, Патентной Палатой отмечено, что владелец товарного знака не доказал, что предоставил ЗАО «П.Р. Русь» право на использование спорного товарного знака по лицензионному договору.

Компания считает, что для принятия патентным органом такого решения оснований не было, поскольку представленные копии контрактов с ЗАО «П.Р. Русь», таможенные декларации и письменные объяснения торгующих ликером организаций являются достаточными доказательствами, подтверждающими факт присутствия на рынке Российской Федерации товара, изготовленного обладателем права на спорный товарный знак (производителем продукции) и маркированного им данным товарным знаком.

В соответствии со статьей 22 Закона о товарных знаках в редакции, действовавшей на момент рассмотрения заявления, использованием товарного знака считается применение его на товарах, для которых товарный знак зарегистрирован, и (или) их упаковке владельцем товарного знака или лицом, которому такое право предоставлено на основе лицензионного договора в соответствии со статьей 26 настоящего Закона.

Использованием может быть признано также применение товарного знака в рекламе, печатных изданиях, на официальных бланках, вывесках, при демонстрации экспонатов на выставках и ярмарках, проводимых в Российской Федерации, при наличии уважительных причин неприменения товарного знака на товарах и (или) их упаковке.

Действие регистрации товарного знака может быть прекращено полностью или частично на основании решения Высшей Патентной Палаты Роспатента, принятого по заявлению любого лица, в связи с неиспользованием товарного знака непрерывно в течение пяти лет с даты регистрации или пяти лет, предшествующих подаче такого заявления.

При решении вопроса о досрочном прекращении действия регистрации товарного знака в связи с его неиспользованием могут быть приняты во внимание представленные владельцем товарного знака доказательства того, что товарный знак не использовался по не зависящим от него обстоятельствам.

Как установлено судом апелляционной инстанции, чешская компания поставляла ЗАО «П.Р. Русь» свою продукцию (ликер «Бехеровка») для дальнейшей продажи его на российском рынке. Спорный товарный знак, нанесенный на этикетку ликера «Бехеровка», использовался на всей производимой истцом продукции названного вида. Согласно представленным доказательствам товар поставлялся в Россию в том виде, в котором он продавался потребителям. Продавцы не видоизменяли упаковку и маркировку ликера.

Следовательно, компания сама использовала на территории Российской Федерации свой товарный знак.

При названных обстоятельствах суд апелляционной инстанции правомерно отверг доводы суда первой инстанции и Патентной Палаты о необходимости представления доказательств того, что владелец товарного знака предоставил ЗАО «П.Р. Русь» на основании лицензионного договора право использовать свой товарный знак.

Суд кассационной инстанции необоснованно указал в своем Постановлении на то, что суд апелляционной инстанции не назвал конкретных доказательств, рассмотренных им, подтверждающих факт использования компанией спорного товарного знака в России.

Между тем в тексте Постановления суда апелляционной инстанции имеются необходимые ссылки на исследованные контракты, грузовые таможенные декларации, заявления организаций, реализующих товар, имеющиеся в материалах дела, а также описание товара и данные об осмотре образца.

Так, суду были представлены контракты от 28.02.1997 N 02/97М с дополнением от 01.04.1998 и приложением N 3, от 30.04.1999 N 03/99PRR, от 12.03.2001 N 01/01PRB, справки к грузовым таможенным декларациям, сертификат соответствия Госстандарта России N 2975333, в котором содержится ссылка на контракт от 28.02.1997 N 02/97М, и другие письменные доказательства.

Суд кассационной инстанции, сославшись на процессуальные нарушения, которые не являются безусловным основанием для отмены Постановления суда апелляционной инстанции, исследовал фактические обстоятельства спора, выйдя за пределы рассмотрения дела в суде данной инстанции, установленные статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и неправомерно отменил Постановление суда апелляционной инстанции.

Таким образом, оспариваемые судебные акты подлежат отмене на основании пункта 1 статьи 304 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации как нарушающие единообразие в толковании и применении арбитражными судами норм права.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьей 303, пунктом 5 части 1 статьи 305, статьей 306 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации постановил отменить решение суда первой инстанции Арбитражного суда г. Москвы от 18.03.2003 по делу N А40-51151/02-94-376 и Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 23.10.2003 по тому же делу. Постановление суда апелляционной инстанции Арбитражного суда г. Москвы от 08.07.2003 по делу оставлено без изменения

Вопрос 370.

Как суды оценивают признание товарного знака использованным под контролем правообладателя, если импортный товар ввозится в рамках исполнения заказов по договору поставки товара?

 

Ответ.

Ответ можно найти в Определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 5 марта 2010 г. N ВАС-1848/10.

Коллегия судей ВАС РФ рассмотрела в судебном заседании заявление Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы Российской Федерации N 48 по г. Москве от 05.02.2010 о пересмотре в порядке надзора решения Арбитражного суда г. Москвы от 06.05.2009 по делу N А40-40265/08-117-125, Постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2009 и Постановления Федерального арбитражного суда Московского округа от 06.11.2009 по тому же делу по заявлению ООО «Грундфос», Москва, к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 48 по г. Москве о признании недействительным ее решения от 15.02.2008 N 13-14/29 и обязании осуществить возврат взысканных на основании данного решения сумм налога, пени и штрафа.

Рассмотрев приведенные в заявлении доводы и изучив принятые по делу судебные акты, Суд установил, что оспариваемым решением, принятым по результатам выездной налоговой проверки, инспекция доначислила в том числе налог на прибыль в размере 28861208 рублей, соответствующую сумму пеней и привлекла к ответственности за неуплату данного налога на основании пункта 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 07.10.2008, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2008, требования общества удовлетворены частично. Федеральный арбитражный суд Московского округа Постановлением от 27.02.2009 указанные судебные акты отменил и направил дело на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении Арбитражный суд г. Москвы решением от 06.05.2009 требования общества удовлетворил частично. Оспариваемое решение признано недействительным в части доначисления налога на прибыль, соответствующей суммы пеней и штрафа по эпизоду отнесения на расходы лицензионных платежей за использование товарного знака; на инспекцию возложена обязанность возвратить обществу излишне взысканные суммы налога на прибыль в размере 22987939,99 рублей, пеней и штрафа.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2009, оставленным без изменения Постановлением Федерального арбитражного суда Московского округа от 06.11.2009, решение суда первой инстанции изменено в части уточнения и увеличения сумм налога на прибыль и штрафа, подлежащих возврату обществу в связи с признанием решения инспекции недействительным по указанному эпизоду.

В заявлении о пересмотре судебных актов в порядке надзора инспекция полагает, что суды, признав факт использования обществом товарного знака и, как следствие, сделав вывод об обоснованности учета обществом в составе расходов уплаченных лицензионных платежей, допустили нарушение норм Закона Российской Федерации от 23.09.1992 N 3520-1 «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров».

Коллегия судей, обсудив выводы судебных инстанций и доводы заявителя, полагает, что в удовлетворении заявления о передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует отказать.

Предметом спора явилась произведенная инспекцией оценка лицензионных платежей, уплаченных обществом по заключенному с компанией «Грундфос А/С» (Дания) лицензионному договору, по которому обществу было предоставлено исключительное право на использование на территории Российской Федерации товарного знака Grundfos, как экономически необоснованных. На основании квалификации отношений, сложившихся между обществом и Обществом с ограниченной ответственностью «Грундфос Истра», инспекция пришла к выводу, что использование товарного знака в спорный период в 2006 году осуществляло не общество, а указанная организации, и, как следствие, расходы по уплате лицензионных платежей были понесены обществом не в связи с деятельностью, направленной на получение дохода, а в интересах третьего лица.

Как следует из судебных актов, общество заключило лицензионный договор с компанией «Грундфос А/С» (Дания) от 14.01.2000, по которому получило исключительное право на использование товарного знака Grundfos и продажу насосов и моторов, производимых под данной маркой, на территории Российской Федерации. С Обществом с ограниченной ответственностью «Грундфос Истра» обществом был заключен договор поставки, в соответствии с которым указанная организация приняла на себя обязательства по поставке продукции под торговой маркой Grundfos, произведенной ею либо ввезенной на территорию Российской Федерации.

Суды, оценив содержание обязательств сторон, принятых на себя по указанному договору поставки, и характер правоотношения, возникшего из этого договора, пришли к выводу, что Общество с ограниченной ответственностью «Грундфос Истра», не являясь лицензиатом товарного знака Grundfos, осуществляло его использование (путем производства товаров под указанным товарным знаком либо путем ввоза этих товаров с размещенным товарным знаком на территорию Российской Федерации) под контролем общества в рамках исполнения его заказов по договору поставки.

При данных обстоятельствах суды пришли к выводу, что именно общество, а не Общество с ограниченной ответственностью «Грундфос Истра», являлось лицом, осуществляющим ввод товаров в гражданский оборот на территории Российской Федерации. Наличие права на использование товарного знака Grundfos позволило обществу заказывать производство соответствующих товаров с нанесением этого товарного знака и получать доход от их последующей продажи.

Доводы инспекции не опровергают выводов судов и не свидетельствуют о неправильном применении норм права.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 299, 301, 304 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд определил отказать в передаче дела N А40-40265/08-117-125 Арбитражного суда г. Москвы в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации для пересмотра в порядке надзора решения суда первой инстанции от 06.05.2009, Постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2009 и Постановления Федерального арбитражного суда Московского округа от 06.11.2009.

Содержание

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code