Что следует понимать под частью фирменного наименования или элементом части фирменного наименования и как эти различия могут повлиять на оценку тождества или сходства до степени смешения при столкновении с товарными знаками или другими фирменными наименованиями

Вопрос 186.

Что следует понимать под частью фирменного наименования или элементом части фирменного наименования и как эти различия могут повлиять на оценку тождества или сходства до степени смешения при столкновении с товарными знаками или другими фирменными наименованиями?

 

Ответ.

Ответ на данный вопрос можно найти в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 17 октября 2011 г. N 09АП-22552/2011 по делу N А40-52156/11-27-424.

Как усматривается из фактических обстоятельств дела, регистрация товарного знака, представляющего собой словесное обозначение «РОМАНОВ», выполненное обычным шрифтом заглавными буквами русского языка, по свидетельству N 379264 с приоритетом от 29 декабря 2005 года произведена в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 15 мая 2009 года на имя ООО «Русь-Алко» в отношении товаров 33 класса МКТУ «водка». В дальнейшем владельцем прав на товарный знак являлось ООО «Постнов и Ко». На момент рассмотрения спора в Роспатенте права на товарный знак принадлежали компании «ВТМ Истеблишмент», Лихтенштейн.

ООО «Торговый дом «РОМАНОВ» зарегистрировано в качестве юридического лица 21 августа 1998 года.

18 ноября 2010 года ООО «ТД «РОМАНОВ» подало в Палату возражение против предоставления правовой охраны товарному знаку по свидетельству N 379264, указывая на то, что произведенная регистрация не соответствует требованиям пунктов 1, 3 статьи 6, пунктов 1, 3 статьи 7 Закона о товарных знаках, п. 8 ст. 1483 ГК РФ, ст. 10.bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности.

Решением Роспатента от 30 марта 2011 года возражение удовлетворено, предоставление правовой охраны товарному знаку по свидетельству N 379264 признано недействительным полностью. При этом ответчик согласился с доводами возражения, касающимися предоставления правовой охраны спорному товарному знаку в нарушение положений пунктов 1 и 3 статьи 7 Закона о товарных знаках. Остальные доводы возражения признаны необоснованными.

Данные обстоятельства явились основанием для обращения заявителя в арбитражный суд.

Апелляционный суд считает, что ответчик не доказал соответствия оспариваемого ненормативного правового акта Закону. При этом коллегия соглашается с доводами заявителя о неверной оценке ответчиком и судом первой инстанции представленных сторонами доказательств, касающихся вопроса о несоответствии оспоренной регистрации положениям п. 3 ст. 7 Закона о товарных знаках. В то же время коллегия считает верным вывод суда первой инстанции о неправильном применении ответчиком п. 1 ст. 7 Закона о товарных знаках, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 3 статьи 7 Закона, не могут быть зарегистрированы в качестве товарных знаков обозначения, тождественные охраняемому в Российской Федерации фирменному наименованию (его части) в отношении однородных товаров, права на которые в РФ возникли у иных лиц ранее даты приоритета регистрируемого товарного знака.

Из п. 6 ст. 1252 ГК РФ следует, что если различные средства индивидуализации (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания, коммерческое обозначение) оказываются тождественными или сходными до степени смешения и в результате такого тождества или сходства могут быть введены в заблуждение потребители и (или) контрагенты, преимущество имеет средство индивидуализации, исключительное право на которое возникло ранее.

Обладатель такого исключительного права может в порядке, установленном ГК РФ, требовать признания недействительным предоставления правовой охраны товарному знаку (знаку обслуживания) либо полного или частичного запрета на использование фирменного наименования или коммерческого обозначения.

Положения ст. 8 Парижской конвенции позволяют признать факт возникновения прав на фирменное наименование у лица, подавшего возражение, ранее даты приоритета оспариваемого знака на территории РФ.

Учитывая положения указанных норм права, коллегия считает, что ключевым вопросом при рассмотрении настоящего спора с учетом его обстоятельств является установление приоритета спорного товарного знака, принадлежащего заявителю, и фирменного наименования, принадлежащего третьему лицу, в отношении однородных товаров.

Рассматривая данный вопрос, ответчик и суд первой инстанции признали приоритет за фирменным наименованием третьего лица, однако при этом не учли следующего.

В соответствии с ч. 2 ст. 87 ГК РФ и ст. 4 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», фирменное наименование общества с ограниченной ответственностью должно содержать наименование общества и слова «с ограниченной ответственностью».

Для индивидуализации юридического лица основное значение имеет его наименование. Именно при сходстве произвольной части фирменного наименования, как правило, возникает угроза смешения юридических лиц.

Из оспариваемого решения Роспатента следует, что оспариваемый товарный знак «РОМАНОВ» тождественен отличительной части фирменного наименования ООО «Торговый дом «РОМАНОВ», однако не приводится правовых и фактических оснований для вывода о том, что только слово «Романов» является частью фирменного наименования ООО «Торговый дом «РОМАНОВ» при применении п. 3 ст. 7 Закона.

При этом, как указано выше, действующее законодательство выделяет две части в фирменном наименовании — обязательную (организационно-правовая форма) и произвольную. Данная позиция также закреплена в п. 17 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13 декабря 2007 г. N 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности.

В п. 3 ст. 7 Закона о товарных знаках используется термин «часть фирменного наименования», а не «элемент части». Кроме того, в оспариваемом акте не приведено обоснований того, что основную индивидуализирующую функцию выполняет только элемент произвольной части наименования — фамилия «Романов».

При этом при рассмотрении спора сторонами не оспаривалось, что в ЕГРЮЛ внесено значительное количество данных о юридических лицах с фирменными наименованиями, включающими слово «Романов», а также о юридических лицах, у которых произвольная часть фирменного наименования состоит только из слова «Романов».

Судебная коллегия считает, что вывод ответчика в оспариваемом решении о тождественности спорного товарного знака с фирменным наименованием третьего лица необоснован.

 

Вопрос 187.

Когда второй ответчик, незаконно использующий чужой товарный знак, может быть освобожден от самостоятельной ответственности?

 

Ответ.

Например, в случае, если в договоре с первым ответчиком о поставке продукции ответственность за возможные нарушения чужих исключительных прав на маркировку продукции возложена на первого ответчика, что отмечено в Постановлении Десятого арбитражного апелляционного суда от 17 октября 2011 г. по делу N А41-8764/10.

АО «Леош Новотны» (Leos Novotny a.s.), Чехия, обратилось в Арбитражный суд Московской области с иском к ОАО «Рузком», ЗАО «Лыткаринский мясоперерабатывающий завод» о возложении на ОАО «Рузком» обязанностей по прекращению незаконного использования комбинированного обозначения, включающего словесный элемент «Наше», сходного до степени смешения с товарным знаком «HamE», по изъятию из оборота и уничтожению контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров, на которых размещено сходное с товарным знаком истца до степени смешения обозначение; о взыскании с ОАО «Рузком» компенсации в размере 8256455 руб. 60 коп. за незаконное использование обозначения, сходного с зарегистрированным товарным знаком.

з96

После многочисленных судебных решений в различных инстанциях в конечном итоге арбитражный апелляционный суд принял решение, в соответствии с которым с ОАО «Русзком» в пользу ООО «HAME» С.Р.О. подлежит взысканию компенсация в сумме 4299339,4 рубля за незаконное использование комбинированного обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком по международной регистрации N 726510.

Исковые требования ко второму ответчику — ЗАО «Лыткаринский мясоперерабатывающий завод» не подлежат удовлетворению по следующим обстоятельствам.

Оценив в соответствии со ст. 71 АПК РФ все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что в действиях второго ответчика — ЗАО «Лыткаринский мясоперерабатывающий завод» не имеется признаков нарушения исключительных прав истца — ООО «HAME» С.Р.О.

Как следует из материалов дела, между ЗАО «Лыткаринский мясоперерабатывающий завод» (поставщик) и ОАО «Рузком» (покупатель) был заключен договор поставки от 01.01.2006 N 1/ГПЛ-01/067, по которому поставщик обязан передавать, а покупатель — принимать и оплачивать производимые продавцом товары на условиях договора.

В соответствии с пунктами 1.1, 1.2, 4.1 дополнительного соглашения от 02.04.2007 к договору поставки от 01.01.2006 N 1/ГПЛ-01/067 упаковка для производимых ЗАО «Лыткаринский мясоперерабатывающий завод» паштетов поставляется ОАО «Рузком», которое своими силами и за свой счет разрабатывает дизайн этикеток и упаковок (включающий в себя торговую марку и изображение и пр.) и самостоятельно несет ответственность за нарушения прав третьих лиц в связи с использованием обозначений, размещаемых на данных этикетках и упаковках.

Доказательств, подтверждающих самостоятельное использование обозначения «Наше», сходного до степени смешения с товарным знаком «HamE» (международная регистрация N 726510), а равно введения в гражданский оборот товаров с указанным обозначением именно закрытым акционерным обществом «Лыткаринский мясоперерабатывающий завод», в материалах дела не имеется.

Арбитражному апелляционному суду такие доказательства также не представлены.

Осмотрев в судебном заседании в соответствии со статьей 71, частью 1 статьи 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации литографию жестяных банок с паштетом из различных видов мяса, арбитражный апелляционный суд установил, что паштет, содержащийся в банках с обозначением «Наше», изготовлен ЗАО «Лыткаринский мясоперерабатывающий завод» по заказу ОАО «Рузком».

 

Вопрос 188.

Может ли статус официального дилера служить безусловным основанием для подтверждения права использования товарных знаков, принадлежащих фирме — производителю продукции или оказания услуг?

 

Ответ.

Не может, и подтверждение сказанному можно найти в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 27 сентября 2011 г. N 09АП-17621/2011-ГК по делу N А40-3066/11-51-26

ООО «Беалит» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ООО «Группа компаний «Независимость», об обязании ответчика удалить обозначение «АВТОКРАФТ» с вывесок и указателей, расположенных на и около салонов продаж ответчика; о запрете использовать наименование «АВТОКРАФТ», сходное до степени смешения с товарными знаками истца, на сайте www.bmw-autokpaft.ru; о запрете использовать наименование «AUTOKRAFT», сходное до степени смешения с товарными знаками истца, в доменном имени www.bmw-autokraft.ru.

Решением от 27.05.2011 Арбитражный суд г. Москвы обязал ООО «Группа компаний «Независимость» удалить обозначение «АВТОКРАФТ» с вывесок и указателей, расположенных по следующим адресам: г. Москва, проспект 60-летия Октября, д. 6, Московская область, г. Котельники, Коммерческий проезд, д. 10, а также из рекламы при оказании услуг по продаже товаров (продвижении товаров) (35 класс МКТУ), ремонту и установке оборудования (37 класс МКТУ).

Суд запретил ООО «Группа компаний «Независимость» использовать обозначение «АВТОКРАФТ» на сайте www.bmw-autokraft.ru при оказании услуг по продаже товаров (продвижении товаров) (35 класс МКТУ), ремонту и установке оборудования (37 класс МКТУ).

Суд запретил ООО «Группа компаний «Независимость» использовать обозначение «AUTOKRAFT» в доменном имени «bmw-autokraft» при оказании услуг по продаже товаров (продвижении товаров) (35 класс МКТУ), ремонту и установке оборудования (37 класс МКТУ).

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей сторон, считает, что оснований для отмены или изменения решения суда не имеется.

Как следует из материалов дела и установлено судом, истец является обладателем исключительных прав на товарные знаки:

1) AUTOKRAFT АУТОКРАФТ — N 224630, приоритет от 19.03.2002, зарегистрированное 11.10.2002 в отношении широкого перечня товаров и услуг 1, 2, 3, 4, 7, 9, 12, 35, 37, 39, 40 классов МКТУ;

2) АВТОКРАФТ — N 416302, приоритет от 28.08.2009, зарегистрированное 17.08.2010 в отношении широкого перечня товаров и услуг 7, 12, 35, 37, 39 классов МКТУ.

Материалами дела подтверждается, что ответчик является администратором доменного имени «bmw-autokraft», о чем свидетельствует справка, выданная аккредитованным регистратором доменных имен в зоне .RU АНО «РСИЦ».

Ответчик также использует обозначение «АВТОКРАФТ» на принадлежащем ему сайте www.bmw-autokraft.ru, что подтверждается нотариальным протоколом осмотра письменного доказательства.

Кроме того, ответчик использует обозначение «АВТОКРАФТ» на вывесках своих автосалонов, расположенных по адресам: г. Москва, проспект 60-летия Октября, д. 6, Московская область, г. Котельники, Коммерческий проезд, д. 10, и в рекламе в журнале «КУПИ АВТО».

При этом ООО «Группа компаний «Независимость» не отрицает факт использования спорного обозначения, ссылаясь на то, что ответчик является официальным дилером BMW на территории РФ.

Однако, исходя из положений нормы пункта 1 статьи 1229, статьи 1484 ГК РФ, суд апелляционной инстанции признает несостоятельными доводы ответчика о том, что права ответчика на доменное имя www.bmw-autokraft.ru возникли ранее даты приоритета принадлежащего истцу товарного знака по свидетельству N 416302 и ранее даты приобретения им на основе договора отчуждения исключительного права на товарный знак N 224630 его первоначальным правообладателем, со ссылкой на то, что ответчик является официальным дилером BMW на территории РФ, поскольку данные обстоятельства не свидетельствуют о согласии (разрешении) истца как правообладателя на использование принадлежащих истцу товарных знаков.

Поскольку истец не давал ответчику разрешения на использование принадлежащих ему товарных знаков, суд апелляционной инстанции полагает обоснованными требования истца об обязании ответчика удалить обозначение «АВТОКРАФТ» с вывесок и указателей, расположенных по следующим адресам: г. Москва, проспект 60-летия Октября, д. 6, Московская область, г. Котельники, Коммерческий проезд, д. 10, а также из рекламы при оказании услуг по продаже товаров (продвижении товаров) (35 класс МКТУ), ремонту и установке оборудования (37 класс МКТУ); о запрете ответчику использовать обозначение «АВТОКРАФТ» на сайте www.bmw-autokraft.ru при оказании услуг по продаже товаров (продвижении товаров) (35 класс МКТУ), ремонту и установке оборудования (37 класс МКТУ); о запрете ответчику использовать обозначение «AUTOKRAFT» в доменном имени «bmw-autokraft» при оказании услуг по продаже товаров (продвижении товаров) (35 класс МКТУ), ремонту и установке оборудования (37 класс МКТУ).

 

Вопрос 189.

В каких случаях размещение информации на вывесках рекламных конструкций не рассматривается как реклама, признаки которой определены в ст. 3 Закона о рекламе?

 

Ответ.

В случаях, когда распространение сведений по форме и содержанию является для юридического лица обязательным на основании закона или обычая делового оборота. Данный вопрос весьма обстоятельно отражен в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 10 октября 2011 г. N 09АП-22306/2011 по делу N А40-59218/11-153-518.

Управление внутренних дел по Северо-восточному административному округу г. Москвы обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о привлечении ЗАО «Петрол Комплекс Эквипмент Компани» к административной ответственности по ст. 14.37 КоАП РФ.

Решением от 22.07.2011 суд удовлетворил заявленные требования.

Общество обратилось с апелляционной жалобой, т.к. полагает, что выводы суда первой инстанции о том, что обществом совершено правонарушение, предусмотренное ст. 14.37 КоАП РФ, сделаны без учета фактических обстоятельств дела и норм материального права, подлежащих применению при разрешении спора, что привело, по его мнению, к принятию неверного решения. Считает, что информационный щит, установленный обществом около АЗС, не относится к рекламной конструкции, о которой указано в диспозиции вмененной обществу статьи КоАП РФ.

Апелляционный суд, выслушав объяснения представителя общества, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, считает, что решение подлежит отмене.

Как следует из протокола об административном правонарушении, административный орган определил объективную сторону вменяемого обществу правонарушения в виде установки рекламной конструкции без предусмотренного законодательством разрешения на ее установку.

Вместе с тем административный орган и суд первой инстанции не учли следующего.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 13.03.2006 N 38-ФЗ «О рекламе» (далее — Закон о рекламе), реклама — это информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке.

Объект рекламирования — товар, средство его индивидуализации, изготовитель или продавец товара, результаты интеллектуальной деятельности либо мероприятие (в том числе спортивное соревнование, концерт, конкурс, фестиваль, основанные на риске игры, пари), на привлечение внимания к которым направлена реклама.

Согласно статье 9 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» изготовитель (исполнитель, продавец) обязан довести до сведения потребителя фирменное наименование своей организации, место ее нахождения и режим ее работы. Продавец размещает указанную информацию на вывеске.

Статьей 10 вышеуказанного Закона предусмотрено, что изготовитель обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах, обеспечивающую возможность их правильного выбора.

В силу пункта 3 Правил технической эксплуатации автозаправочных станций (РД 153-39.2-080-01), утвержденных Приказом Минэнерго РФ от 01.08.2001 N 229, с изменениями, внесенными Приказом Минэнерго РФ от 17.06.2003 N 226, обозначение местонахождения, вида (профиля) деятельности, режима работы, наименования организации, перечня реализуемой продукции с указанием розничных цен и оказываемых услуг является информацией, которая обязательна, поскольку проверяется при осуществлении контроля и надзора уполномоченными органами, в связи с чем ее нельзя относить к рекламе.

В соответствии с пунктом 3.3 названных Правил допускается нанесение фирменных знаков, символов, логотипов на зданиях, сооружениях, конструкциях АЗС. Вся информация должна быть хорошо различима и читаема.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1538 ГК РФ юридические лица могут использовать для индивидуализации принадлежащих им торговых, промышленных и других предприятий коммерческие обозначения, не являющиеся фирменными наименованиями и не подлежащие обязательному включению в учредительные документы и Единый государственный реестр юридических лиц. Такое обозначение может использоваться на вывесках, если такое обозначение обладает достаточными различительными признаками и его употребление правообладателем для индивидуализации своего предприятия является известным в пределах определенной территории.

Согласно рекомендациям, содержащимся в пункте 18 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.1998 N 37 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением законодательства о рекламе», сведения, распространение которых по форме и содержанию является для юридического лица обязательным на основании закона или обычая делового оборота, не относятся к рекламной информации, независимо от манеры их исполнения на соответствующей вывеске.

Как установлено коллегией и следует из материалов дела, на информационном щите, установленном обществом около АЗС, размещена следующая информация: магазин, работающий 24 часа, туалет, мини-кафе, логотип, изображающий международные платежные системы, банкомат «Ситибанк», а также информация о приеме платежей «Билайн».

Таким образом, учитывая положения вышеуказанных Законов и нормативных правовых актов, а также правовую позицию, содержащуюся в пункте 18 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.1998 N 37 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением законодательства о рекламе», коллегия считает, что обществом не допущено вменяемого ему правонарушения, поскольку размещенная им информация не обладает признаками, определенными в ст. 3 Закона о рекламе.

 

Вопрос 190.

Что может помешать установлению правообладателя зарегистрированного товарного знака?

 

Ответ.

Помешать может стечение обстоятельств, когда существуют два юридических лица, имеющие одинаковое наименование и организационно-правовую форму, а в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации отсутствуют идентификационные сведения юридического лица (Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20 сентября 2011 г. N 17АП-8398/2011-ГК по делу N А50-8283/2011).

ООО «Судоходная компания «Урал» (ОГРН 1055900361703, ИНН 5902828320) обратилось в Арбитражный суд Пермского края к обществу с ограниченной ответственностью «Экспресс-Тур» с иском о защите права на товарный знак, содержащим требование об обязании ответчика прекратить использование товарного знака «Екатерина Великая»; об обязании ответчика удалить обозначение «Екатерина Великая» с имущества, материалов, рекламы, вывесок, которыми сопровождается оказание услуг.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 20.07.2011 иск удовлетворен частично. Постановлено обязать ответчика прекратить использование товарного знака «Екатерина Великая», принадлежащего ООО «Судоходная компания «Урал» по свидетельству на товарный знак N 411093, и удалить обозначение «Екатерина Великая» с имущества, материалов, рекламы, вывесок.

Ответчик в апелляционной жалобе указал, что исковое заявление подписано лицом, не имеющим право его подписывать. При этом заявитель сослался на решение Арбитражного суда Пермского края от 28.02.2011 по делу N А50-18742/2010 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Судоходная компания «Урал» и об открытии в отношении имущества должника конкурсного производства сроком на шесть месяцев. Утверждает, что ответчик не использует и не использовал товарный знак «Екатерина Великая», принадлежащий ООО «Судоходная компания «Урал». Требование истца считает злоупотреблением права. Просит решение отменить, иск оставить без рассмотрения.

В судебном заседании представитель истца пояснил суду, что истец являлся оператором в отношении речного судна «Екатерина Великая». Предприятие-банкрот и истец являются разными юридическими лицами. Истец просит оставить решение суда без изменения, апелляционные жалобы — без удовлетворения.

Пунктом 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В письменных отзывах на иск ответчик и третье лицо пояснили, что использование товарного знака «Екатерина Великая» общество «Экспресс-Тур» не допускало. Ответчик приобрел у третьего лица в собственность пассажирский теплоход «Екатерина Великая» по договору купли-продажи от 30.03.2011. О том, что истец является правообладателем товарного знака «Екатерина Великая», ему ничего не было известно до получения письма истца от 12.04.2011 исх. N 23. После получения указанного письма ответчик изменил наименование пассажирского теплохода «Екатерина Великая» на «Родная Русь», о чем проинформировал всех заинтересованных лиц на сайте http://www.express.tour.ru.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 28.02.2010 по делу А50-18472/2010 признано несостоятельным (банкротом) ООО «Судоходная компания «Урал» (ОГРН 1045900114083, ИНН 5902195406). Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, ООО «Судоходная компания «Урал» с ОГРН 1045900114083 зарегистрировано 10.12.2004.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ от 18.04.2011 N 1605, истец, ООО «Судоходная компания «Урал», зарегистрирован в качестве юридического лица 14.11.2005 за ОГРН 1055900361703, ИНН 590282167.

Таким образом, существуют два юридических лица, имеющие одинаковое наименование и организационно-правовую форму.

Однако имеющееся в деле свидетельство на товарный знак (знак обслуживания) N 411093 не позволяет определить обладателя приоритета товарного знака, зарегистрированного в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 16.06.2010, поскольку в нем отсутствуют идентификационные сведения юридического лица.

Такие доказательства также не были представлены истцом при рассмотрении дела в апелляционном производстве, несмотря на возражения ответчика и третьего лица, изложенные в их апелляционных жалобах (ст. ст. 9, 65 АПК РФ). Существование каких-либо доказательств, свидетельствующих о фактическом использовании истцом товарного знака, зарегистрированного Роспатентом 16.06.2010, представитель истца не подтвердил.

Доказательств использования ответчиком в гражданском обороте товарного знака, кроме как наименование приобретенного в собственность теплохода, в деле не имеется. Однако использование ответчиком прежнего наименования теплохода фактически прекратилось с 10.05.2011, с момента регистрации права собственности.

При указанных обстоятельствах нельзя считать обоснованным вывод суда первой инстанции от том, что ответчик использует принадлежащий истцу товарный знак при предложении к продаже, в документации, связанной с введением товаров и услуг в гражданский оборот.

 

Вопрос 191.

Может ли товарный знак, зарегистрированный в латинице, рассматриваться как сходный до степени смешения с фирменным наименованием, зарегистрированным в кириллице?

 

Ответ.

Может, что нашло подтверждение в Постановлении Десятого арбитражного апелляционного суда от 19 октября 2011 г. N 09АП-24485/2011 по делу N А40-25266/11-12-226.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 16.04.2003 в Государственный реестр товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации была внесена запись о регистрации товарного знака «ALDOOR» (приоритет 18.05.2001), правообладателем которого является ИП Шушарин А.Н., что подтверждается свидетельством на товарный знак (знак обслуживания) N 243706. Указанный товарный знак зарегистрирован Роспатентом в отношении товаров 19, 37 и 40 класса Международной классификации товаров и услуг, международная регистрация товарного знака подтверждена сертификатом о регистрации N 952550.

09.08.2006 в Государственный реестр товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации была внесена запись о регистрации товарного знака «ALDOORS» (приоритет 05.05.2005), правообладателем которого также является ИП Шушарин А.Н., что подтверждается свидетельством на товарный знак (знак обслуживания) N 311965.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц 09.06.2008 межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы N 46 по городу Москве было зарегистрировано ООО «Андор», одним из видов деятельности которого является производство деревянных строительных конструкций, включая сборные деревянные строения, и столярных изделий, а также производство мебели.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что обозначение, используемое ответчиком в составе фирменного наименования, как с точки зрения фонетики, так и с точки зрения смыслового сходства сходно со словесным элементом товарных знаков истца по свидетельствам N 243706 и N 311965 «ALDOOR» и «ALDOORS». Таким образом, обозначение «Андор», используемое ответчиком в фирменном наименовании, сходно до степени смешения с товарными знаками «ALDOOR» и «ALDOORS».

Исходя из того что истец не давал ответчику согласия на использование товарных знаков по свидетельствам N 243706 и N 311965, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что требование истца о запрете ответчику использовать в составе фирменного наименования обозначение «Андор» подлежит удовлетворению. Кроме того, суд первой инстанции, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, частично удовлетворил требование истца о взыскании компенсации в размере 20000 руб. и о взыскании по правилам статьи 110 АПК РФ судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 10000 руб.

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции и, в частности, отметил, что одним из видов деятельности ответчика является производство деревянных строительных конструкций, включая сборные деревянные строения и столярные изделия, а также производство мебели, то есть товаров, однородных с товарами и услугами, для которых зарегистрированы товарные знаки «ALDOOR» и «ALDOORS». Поскольку товары, производимые ответчиком, относятся к одному и тому же роду и виду (двери из дерева), имеют общих потребителей и общий рынок сбыта, данное использование обозначения «Андор» в составе фирменного наименования ответчика, сходного до степени смешения с зарегистрированными товарными знаками «ALDOOR» и «ALDOORS», без согласия правообладателя нарушает статью 1484 ГК РФ и права истца.

 

Вопрос 192.

Может ли разница во времени регистрации полного и сокращенного фирменного наименования влиять на решение спора о защите фирменного наименования?

 

Ответ.

Может, и такой случай рассмотрен в судебном споре (Постановление ФАС Московского округа от 20 октября 2011 г. по делу N А40-150001/10-15-1231).

Как установлено судом и следует из материалов дела, согласно свидетельству N 001.200.141 серии БГ N 003179 ответчик зарегистрирован Московской регистрационной палатой 12.04.1996; фирменным наименованием ответчика является общество с ограниченной ответственностью «МГСН».

Согласно свидетельству N 317.197 серии АЖ N 009671 истец зарегистрирован Московской регистрационной палатой 17.05.1995; фирменным наименованием истца является общество с ограниченной ответственностью «Московская городская служба недвижимости». Данное свидетельство не содержит сведений о том, что сокращенным фирменным наименованием ООО «Московская городская служба недвижимости» является ООО «МГСН».

Согласно пункту 1.3 устава истца, утвержденного общим собранием участников общества от 11.02.1999, полным фирменным наименованием истца является общество с ограниченной ответственностью «Московская городская служба недвижимости», сокращенным наименованием — ООО «Московская городская служба недвижимости».

В соответствии с главой 1 «Наименование общества» учредительного договора о создании ООО «Московская городская служба недвижимости» (протокол от 11.02.1999 N 2/99), полным наименованием общества является общество с ограниченной ответственностью «Московская городская служба недвижимости», сокращенным наименованием — ООО «Московская городская служба недвижимости».

Кроме того, запись в ЕГРЮЛ об ответчике внесена Министерством Российской Федерации по налогам и сборам 02.09.2002, что подтверждается свидетельством серии 77 N 004891104, в соответствии с которым полным наименованием ответчика является общество с ограниченной ответственностью «МГСН», сокращенным наименованием ООО «МГСН».

Запись в ЕГРЮЛ об истце внесена 06.02.2003 (ОГРН N 1037739470559, ИНН N 7718111197). Сокращенное фирменное наименование истца — ООО «МГСН» зарегистрировано с указанной даты.

При таких обстоятельствах является правомерным вывод суда первой и апелляционной инстанций о том, что сокращенное фирменное наименование истца ООО «Московская городская служба недвижимости», именуемое как ООО «МГСН», зарегистрировано позже регистрации полного и сокращенного наименования ответчика.

Защите подлежит исключительное право на фирменное наименование юридического лица, раньше другого включенное в Реестр, вне зависимости от того, какое из юридических лиц раньше приступило к соответствующей деятельности (пункт 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 5, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Учитывая изложенное, суд правомерно в соответствии со статьями 54, 1473, пунктами 1, 3, 4 статьи 1474 ГК РФ отказал в удовлетворении исковых требований.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что ответчик нарушает права истца на фирменное наименование «Московская городская служба недвижимости»; суд не дал оценку исковым требованиям о запрете ответчику использовать в будущем фирменное наименование, тождественное или схожее до степени смешения с фирменным наименованием истца — «Московская городская служба недвижимости», отклоняются судом кассационной инстанции, поскольку и полным, и сокращенным наименованием ответчика является «МГСН».

 

Вопрос 193.

Как относится Роспатент к регистрации в качестве товарных знаков имен или псевдонимов русских политических деятелей?

 

Ответ.

Относится отрицательно.

Роспатент отказал в регистрации товарного знака «Атомный ледокол «Ленин» по заявке N 2009732845/50, поданной ФГУП «Атомфлот», Российская Федерация. В отказном решении было отмечено, что словесный элемент «Ленин» является псевдонимом русского политического и государственного деятеля, революционера, создателя партии большевиков, одного из организаторов и руководителей Октябрьской революции 1917 года, председателя Совета Народных Комиссаров (правительства) РСФСР и СССР, основоположника марксизма и ленинизма. Поскольку данное имя связано с историей страны, то регистрация заявленного обозначения на имя заявителя будет противоречить общественным интересам.

Палата по патентным спорам поддержала решение экспертизы и дополнительно отметила следующее. В заявленном комбинированном обозначении, состоящем из изобразительного и словесного элементов, основным индивидуализирующим элементом является словесный элемент «ЛЕНИН», так как он легче запоминается, чем изобразительный, и именно на нем акцентируется внимание потребителя при восприятии обозначения.

з95

В силу широкой известности не только на территории Российской Федерации, но и в мире в целом псевдонима советского (русского) политического и государственного деятеля, революционера, организатора и руководителя Октябрьской революции 1917 года, основоположника марксизма-ленинизма существует возможность восприятия данного обозначения российским потребителем именно в связке с псевдонимом «Ленин». При этом следует отметить, что данное название было присвоено атомному ледоколу (первому в мире судну с ядерной силовой установкой), построенному в СССР и спущенному на воду в 1957 году.

Согласно свидетельству о государственной регистрации прав на судно «ЛЕНИН» N 18-761 право владения на судно в настоящее время осуществляется Федеральным государственным унитарным предприятием «Атомфлот» на праве хозяйственного ведения. В соответствии со ст. 294 ГК РФ государственное унитарное предприятие, которому имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения, владеет, пользуется и распоряжается этим имуществом в пределах, определяемых в соответствии с ГК РФ. Согласно ст. 2 ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» унитарное предприятие не наделено правом собственности на имущество, закрепленное за ней собственником. Имущество унитарного предприятия принадлежит на праве собственности Российской Федерации, субъекту Российской Федерации или муниципальному образованию. Это согласуется с общественными интересами, поскольку собственник не выразил согласия (отсутствует волеизъявление собственника) на приобретение заявителем (ФГУП «Атомфлот») исключительных прав на товарный знак.

 

Вопрос 194.

Может ли псевдоним российского автора литературных произведений, написанный буквами латинского алфавита, являться основанием для прекращения регистрации товарного знака?

 

Ответ.

Может, и такая ситуация имела место при рассмотрении возражения против регистрации товарного знака «ZOTOB» по свидетельству N 392266 (извлечение из Постановления ФАС Московского Округа от 25 октября 2011 г. по делу N А40-13169/11-19-139).

ЗАО «ОЛМА Медиа Групп» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании недействительным решения Роспатента от 21 января 2011 года об удовлетворении возражения Георгия Александровича Зотова против регистрации словесного товарного знака заявителя «ZOTOB» по свидетельству N 392266.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 27 июня 2011 года, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11 августа 2011 года, в удовлетворении заявленного требования отказано.

ЗАО «ОЛМА Медиа Групп» обратилось в Федеральный арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой.

Суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как следует из материалов дела и установлено судами, регистрация товарного знака «ZOTOB» с приоритетом от 26 октября 2008 года по свидетельству N 392266 произведена 26 октября 2009 года в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации на имя ЗАО «ОЛМА Медиа Групп» в отношении товаров и услуг 09, 16, 38, 41, 42, 30 классов МКТУ, указанных в перечне свидетельства.

Решением Роспатента от 21 января 2011 года частично удовлетворено возражение Г.А. Зотова от 13 октября 2010 года против регистрации словесного товарного знака «ZOTOB» по свидетельству N 392266 в отношении товаров 09, 16 классов МКТУ.

Не согласившись с названным решением Роспатента, общество оспорило его в судебном порядке.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что условием регистрации в качестве товарных знаков обозначений, включающих объекты прав третьих лиц в соответствии с требованиями, установленными подпунктом 2 пункта 9 статьи 1483 ГК РФ, является согласие таких лиц или их наследников. Авторским договором от 31 июля 2007 года N 0039-01-010-АД07, регулирующим гражданско-правовые отношения сторон настоящего спора до даты подачи на регистрацию оспариваемого товарного знака «ZOTOB», не предусмотрен порядок представления автором (Г.А. Зотовым) согласия на регистрацию обозначения «ZOTOV» в качестве товарного знака на имя ЗАО «ОЛМА Медиа Групп». Согласие на регистрацию псевдонима автора Г.А. Зотова в качестве товарного знака с материалами заявки, поданной 16 октября 2008 года, и на заседание Палаты по патентным спорам не представлено.

В связи с отсутствием согласия Г.А. Зотова на регистрацию спорного товарного знака, с учетом подтвержденного материалами дела факта известности данного псевдонима автора неопределенному кругу лиц суды правомерно согласились с выводом Роспатента о том, что регистрация оспариваемого товарного знака затрагивает личное неимущественное право автора литературных произведений гражданина Г.А. Зотова.

На основании изложенного суды обоснованно указали на то, что решение Роспатента от 21 января 2011 года, которым возражение Г.А. Зотова против регистрации словесного товарного знака заявителя «ZOTOB» по свидетельству N 392266 удовлетворено частично в отношении товаров 09, 16 классов МКТУ, является законным и обоснованным.

 

Вопрос 195.

Могут ли сведения о виртуально существующей компании повлиять на рассмотрение вопроса о регистрации товарного знака?

 

Ответ.

Могут. Например, коллегия Палаты по патентным спорам рассмотрела возражение от 01.06.2011, поданное ЗАО «Альфа-Медика», г. Москва, на решение Роспатента от 22.02.2011 об отказе в государственной регистрации товарного знака по заявке N 2009712444, при этом установила следующее.

Обозначение по заявке N 2009712444 было подано 03.06.2009 на регистрацию в качестве товарного знака на имя заявителя в отношении товаров 10 класса МКТУ, указанных в перечне заявки. Согласно описанию, приведенному в материалах заявки, в качестве товарного знака заявлено словесное обозначение «ЧУДОПАР», выполненное буквами русского алфавита, в котором часть словесного обозначения «ЧУДО» выполнена в красном цвете, а часть «ПАР» — в синем.

з94

Решение Роспатента от 22.02.2011 об отказе в государственной регистрации товарного знака по заявке N 2009712444 было принято на основании заключения экспертизы, мотивированного тем, что заявленное обозначение способно ввести потребителя в заблуждение относительно производителя товаров, так как по сведениям, полученным из сети Интернет (см. http:www.b-well.ru), оно воспроизводит обозначение «ЧУДО ПАР», используемое английской компанией B.WELL для маркировки товаров, однородных с заявленными.

Палата по патентным спорам сочла доводы возражения убедительными. Решение Роспатента от 22.02.2011, принятое по результатам экспертизы, основывается на сведениях из сети Интернет, полученных с сайта, размещенного по электронному адресу www.b-well.ru, согласно которым заявленное обозначение воспроизводит название «ЧУДО ПАР», используемое английской компанией B.WELL для маркировки товаров 10 класса МКТУ, однородных с заявленными. Вместе с тем, как указано заявителем, такой компании, как B.WELL, реально не существует, это всего лишь коммерческая легенда, созданная заявителем в рекламных целях для продвижения его товаров. Поиск в сети Интернет не позволил коллегии получить какую-либо информацию об английской фирме B.WELL, подтверждающую ее существование. Более того, на сайте заявителя www.b-well.ru при нажатии строки «о компании» выпадает информация о заявителе. Также следует отметить, что заявитель использует на данном сайте и при маркировке своих товаров словесное обозначение «B.WELL», так как является правообладателем указанного товарного знака N 300647.

Анализ заявленного обозначения «ЧУДОПАР» показал, что оно выполнено буквами русского алфавита, состоит из лексических единиц русского языка и не содержит в своем составе ложных или способных ввести потребителя в заблуждение элементов. В связи с указанным выше нет оснований полагать, что заявленное обозначение способно вызвать в сознании потребителя представление об изготовителе товара, которое не соответствует действительности. Учитывая вышеизложенное, коллегия Палаты по патентным спорам пришла к выводу о необходимости удовлетворить возражение от 01.06.2011, отменить решение Роспатента от 22.02.2011 и зарегистрировать товарный знак по заявке N 2009712444.

 

Вопрос 196.

Может ли дата принятия решения о досрочном прекращении правовой охраны противопоставленных товарных знаков отрицательно повлиять на возможность учета данного обстоятельства при рассмотрении возражения против отказа в регистрации заявленного товарного знака?

 

Ответ.

Может. Коллегия Палаты по патентным спорам рассмотрела возражение от 04.07.2011, поданное ООО «Научно-производственная фирма «Материа Медика Холдинг» на решение Роспатента от 15.03.2011 об отказе в государственной регистрации товарного знака по заявке N 2010715045/50.

Заявителем обозначения по заявке N 2010715045/50 с приоритетом от 07.05.2010 является ООО «Научно-производственная фирма «Материа Медика Холдинг», г. Москва. В качестве товарного знака в отношении товаров 5 класса МКТУ, указанных в перечне заявки, заявлено словесное обозначение «ДИВАЗА», выполненное заглавными буквами русского алфавита стандартным шрифтом.

Роспатентом 15.03.2011 было принято решение об отказе в государственной регистрации товарного знака в отношении товаров 5 класса МКТУ, обоснованное тем, что заявленное обозначение является сходным до степени смешения в отношении однородных товаров 5 класса МКТУ с ранее зарегистрированными на имя другого лица словесными товарными знаками «ДЕВИЗА» по свидетельству N 230476 и «DEVISA» по свидетельству N 230473.

В возражении от 04.07.2011 заявитель выразил несогласие с решением Роспатента об отказе в государственной регистрации товарного знака для товаров 5 класса МКТУ по следующим причинам:

— в отношении товарных знаков N 230473 и N 230476 были поданы заявления от 30.03.2011 о досрочном прекращении правовой охраны товарных знаков в отношении товаров 05 класса;

— коллегия Палаты по патентным спорам заявления удовлетворила на заседании 30.06.2011;

— в настоящее время противопоставленные товарные знаки относятся к очень узкому виду товаров, связанному со стоматологией, а заявитель претендует на регистрацию в отношение товаров 05 класса МКТУ, которые не связаны со стоматологией.

На основании изложенного заявителем выражена просьба о регистрации товарного знака по заявке N 2010715045/50 в отношении товаров 5 класса МКТУ «фармацевтические препараты; в том числе вещества диетические для медицинских целей; волокна съедобных растений [не для употребления в пищу]; добавки минеральные пищевые; добавки пищевые для медицинских целей; медикаменты; медикаменты для человека; микстуры; напитки диетические для медицинских целей; настои лекарственные; настойки для медицинских целей; отвары для фармацевтических целей; пилюли для фармацевтических целей; препараты витаминные; продукты диетические пищевые для медицинских целей; продукты обработки хлебных злаков, побочные, используемые для медицинских целей; средства вспомогательные для медицинских целей; средства вяжущие; средства для подавления аппетита, используемые в медицинских целях; средства для похудания медицинские; средства слабительные; средства тонизирующие (лекарственные препараты); средства, способствующие пищеварению, фармацевтические; хлеб диабетический; чаи травяные для медицинских целей; чай для похудания медицинский; добавки биологически активные; препараты фармацевтические для лечения сердечно-сосудистых заболеваний, в том числе инсульта, вегето-сосудистой дистонии, атеросклероза, синдрома дефицита внимания и т.п.».

К возражению приложены копии протоколов заседаний коллегии Палаты по патентным спорам. На заседании коллегии Палаты по патентным спорам от 19.10.2011 правообладателем было отмечено, что заявителем были вновь поданы заявления о досрочном прекращении правовой охраны противопоставленных товарных знаков в отношении уже всех товаров 5 класса МКТУ, которые были удовлетворены на заседании коллегии Палаты по патентным спорам от 06.09.2011, а также представлены сведения о регистрации лекарственного средства «ДИВАЗА».

Изучив материалы дела и заслушав участников рассмотрения возражения, Палата по патентным спорам считает доводы возражения неубедительными.

Противопоставленный товарный знак по свидетельству N 230476 представляет собой словесное обозначение «ДЕВИЗА», выполненное заглавными буквами русского алфавита стандартным шрифтом.

Противопоставленный товарный знак по свидетельству N 230473 представляет собой словесное обозначение «DEVISA», выполненное заглавными буквами латинского алфавита стандартным шрифтом.

Противопоставленные знаки принадлежат одному правообладателю.

Анализ показал, что заявленное обозначение является сходным с противопоставленными знаками в силу наличия у них фонетического сходства, а также графического сходства их словесных элементов «ДИВАЗА» и «ДЕВИЗА». Так, сравниваемые элементы имеют фонетически совпадающие начальные «ДИВ-/ДЕВ-/DEV-» и конечные «-ЗА/-SA» части, так как в безударном положении гласная «Е» произносится как «И». При этом отличие составляет только буквы «А/И» в середине сравниваемых обозначений. Словесные элементы «ДИВАЗА» и «ДЕВИЗА» выполнены буквами русского алфавита стандартным шрифтом и имеют одинаковую длину, что свидетельствует и об их графическом сходстве. Отсутствие смыслового значения словесных обозначений «ДИВАЗА» и «ДЕВИЗА»/»DEVISA» не позволяет их оценить по семантическому фактору сходства.

В отношении однородности товаров сравниваемых обозначений следует согласиться с доводами экспертизы. Так, товары 5 класса МКТУ заявленного обозначения однородны с товарами 5 класса МКТУ, содержащимся в перечнях противопоставленных товарных знаков на дату принятия Роспатентом решения об отказе в регистрации товарного знака (15.03.2011), а также на дату принятия настоящего возражения к рассмотрению (14.07.2011), в силу совпадения по роду, назначению, кругу потребителей и условиям реализации.

Правовая охрана противопоставленных товарных знаков действовала полностью на дату принятия (14.07.2011) возражения от 04.07.2011 к рассмотрению. Решение о досрочном прекращении правовой охраны противопоставленных товарных знаков в отношении однородных товаров 5 класса МКТУ в связи с неиспользованием, согласно сведениям Государственного реестра товарных знаков и знаков обслуживания (далее — Госреестр), было принято Роспатентом 08.08.2011, то есть уже после принятия к рассмотрению возражения от 04.07.2011, что исключает возможность учета данных обстоятельств при его рассмотрении. В связи с этим оспариваемый заявителем вывод о том, что заявленное обозначение по заявке N 2010715045/50 является сходным до степени смешения с противопоставленными знаками по свидетельствам N 230476, N 230473 в отношении однородных товаров и, соответственно, противоречит требованиям пункта 6 статьи 1483 ГК РФ, является правомерным.

Учитывая вышеизложенное, коллегия Палаты по патентным спорам пришла к выводу: отказать в удовлетворении возражения от 04.07.2011 и оставить в силе решение Роспатента от 15.03.2011.

Содержание

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code