ИСПОЛЬЗОВАНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ ЭКСПЕРТИЗ И ИССЛЕДОВАНИЙ В РАСКРЫТИИ И РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

О.А.Соколова

На основании изучения специальной литературы и анализа практической деятельности автором определены основные направления использования результатов судебных экспертиз и исследований в раскрытии и расследовании преступлений. Наряду с криминалистическими экспертизами особое внимание придается использованию диагностических данных, полученных при производстве судебно-медицинских и психологических экспертиз.

 

Как известно, первоначальная информация о совершенном преступлении и лице, его совершившем, может быть получена в результате отражения его действий в материально-фиксированных и идеальных следах. По этим следам и отображениям современный уровень развития института судебной экспертизы позволяет в процессе производства исследования установить некоторые свойства и признаки человека, отображенные в них на месте происшествия. Так, в случае обнаружения следов рук человека можно установить его половозрастные, а в некоторых случаях — профессиональные и другие данные. Эти результаты, полученные в ходе предварительного исследования, являются ориентирующей информацией.

Следует отметить, что в настоящее время проведение предварительных исследований на стадии предварительного расследования потеряло свою актуальность. Это обусловлено внесенными дополнениями в Федеральном законе Российской Федерации от 4 марта 2013 г. N 23-ФЗ в ч. 4 ст. 195 УПК РФ. В соответствии с ними назначение и производство судебной экспертизы возможны до возбуждения уголовного дела.

В соответствии с уголовно-процессуальным законодательством заключение эксперта приобретает статус доказательства и, как следствие этого, его результаты используются в раскрытии и расследовании преступлений. Частью 1 ст. 88 УПК РФ определены правила оценки доказательств с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а всех собранных доказательств в совокупности — с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела со стороны процессуальных субъектов.

Однако ранее, в 2002 г., Н.П. Майлис и А.М. Зинин отмечали, что в ряде случаев наблюдается тенденция к завышению доказательственного значения заключения эксперта. При этом учитывалось то обстоятельство, что выводы проведенного исследования могли оказаться ошибочными как по объективным, так и по субъективным причинам. К первым причинам авторы относят неверные исходные данные и представление эксперту неподлинных объектов исследования, ко вторым — недостаточную квалификацию эксперта и недостаточную надежность методики исследования [4].

На имеющие место нарушения требований уголовно-процессуального закона и рекомендаций криминалистики при назначении экспертиз в конце XX в. указывали Р.С. Белкин и Е.М. Лившиц [3]. По их мнению, это в основном относилось к постановке на разрешение экспертизы правовых вопросов, касающихся установления причины смерти (убийство, самоубийство, несчастный случай), определения идентичности следов пальцев рук конкретного человека на различных местах происшествия и др. Следует отметить, что решение последнего вопроса — об установлении идентичности следов, изъятых с разных мест происшествий, — в настоящее время особых проблем не вызывает. С вводом автоматизированных дактилоскопических идентификационных систем сравнение изъятых следов рук проводится автоматически, в частности по АДИС «Папилон», используемой в ОВД с 1993 г.

Анализ следственной практики и в настоящее время позволяет утверждать наличие аналогичных нарушений. В связи с этим, исходя из объективной потребности практики, эксперту необходимо учитывать научную обоснованность применяемой им при экспертном исследовании методики, соблюдение последовательности ее этапов и т.д.

Более того, в случае вызова эксперта на допрос к следователю, дознавателю или в суд он должен, с одной стороны, быть готовым в доступной для восприятия форме дать необходимые объяснения по результатам проведенной экспертизы. Выводы экспертизы, как и сам процесс ее производства, должны быть понятны другим участникам процесса, не обладающим специальными знаниями.

С другой стороны, эксперт должен уметь публично отстаивать свою точку зрения в дискуссии с другим экспертом, введенным в судебный процесс другой стороной. Как правило, в этом случае привлекается лицо, обладающее специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющееся государственным судебным экспертом, — негосударственный судебный эксперт. Статья 41 ФЗ РФ от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности» распространяет его действие на судебно-экспертную деятельность данных лиц, не являющихся государственными судебными экспертами. Эксперты как государственного судебного экспертного учреждения, так и негосударственного обладают равными правами и обязанностями, закрепленными в ст. 16 — 17 данного ФЗ. Следовательно, именно суду предстоит оценить их результаты исследования, придав одному из них статус доказательства по конкретному уголовному делу.

Это в первую очередь относится к тем методам исследования, которые базируются на использовании компьютерной техники, различных компьютерных программ, применении специальных приборов, их показаний, которые положены в основу выводов эксперта, и т.д. В этом случае большое значение имеют некоторые субъективные качества эксперта, и в частности его профессионализм, позволяющий аргументировано, уверенно и публично отстаивать результаты проведенного исследования.

Каковы основные направления использования результатов экспертиз и исследований в правоприменительной практике?

Что касается использования результатов исследований и экспертиз, то в специальной литературе имеются разные точки зрения. Так, в монографическом исследовании Т.А. Ткачук рассматривает варианты использования результатов исследований и экспертиз в качестве средства получения поисковой информации о личности неизвестного преступника в целях его поиска. По мнению автора, при этом основными тактическими направлениями являются:

— получение отправной, исходной информации о таком лице в контексте происшедшего события, механизма преступления;

— получение обобщенных данных о причастности к преступлению лица, обладающего определенными признаками и свойствами;

— проверка и уточнение полученных данных о личности неизвестного преступника, его признаках и свойствах;

— закрепление и выражение в форме, доступной для восприятия любым лицом, информации о признаках и свойствах лица, совершившего преступление (подготовка ориентировок, изготовление субъективных портретов и т.п.);

— выявление других преступлений, совершенных лицом, обладающим аналогичным комплексом признаков и свойств [8].

Из перечисленных направлений проверка и уточнение полученных данных о личности неизвестного преступника, его признаках и свойствах представляются наиболее актуальными.

Приобретая статус доказательства, результаты проведенных экспертиз позволяют получить диагностическую или идентификационную информацию о некоторых его свойствах и признаках. Наиболее актуальным направлением в настоящее время является разработка методических основ производства исследования динамических признаков человека, проявляющихся через его навыки и привычки. Например, признаки, характерные для вскрытия замка, свидетельствуют о его уровне владения специальными навыками.

Отдельного рассмотрения заслуживают результаты использования криминалистических экспертиз, и в частности трасологических, объектами исследования которых являются различные узлы и петли, окурки сигарет, папирос и др. Ранее, в силу разнообразия жизнедеятельности человека, нами навыки были разделены на бытовые, профессиональные, спортивные и др. Навыки бытового характера, отображающиеся на окурках, могут быть представлены различными следами, появляющимися на сигаретах (папиросах) и их окурках при подготовке к курению, следами зубов, оставшимися в процессе удержания сигареты (папиросы) во рту, и следами, образующимися в момент ее гашения. С учетом разнообразных способов завязывания узлов и петель возможно определить физическую силу человека, его рост, наличие определенных профессиональных навыков, левшой или правшой он является и др.

Помимо этого по результатам экспертиз можно определить навыки владения компьютерными технологиями, навыки рукопашного боя, стрельбы и т.д. Благодаря им возможно выдвижение версий, установление механизма проникновения в помещение и т.д. В этой связи представляется важным рассмотреть использование результатов экспертиз непосредственно при подготовке и проведении следственных действий.

Ввиду повышенной общественной опасности преступлений, направленных на причинение вреда жизни и здоровью граждан, представляется важным подробно рассмотреть результаты судебно-медицинских экспертиз (СМЭ). Так, в зависимости от характерных повреждений, их месторасположения возможно определить некоторые навыки человека, их причинившего, в частности владение навыками рукопашного боя (дзюдо, каратэ, самбо и др.). Среди них повреждения носа, ушей и др. на теле трупа могут свидетельствовать о занятии им ранее боксом, борьбой, другими видами единоборств и т.д. По мнению судебно-медицинского эксперта В.В. Скрипниченко, «изучение повреждений на трупе в комплексе может дать представление о профессиональных навыках нападающего и, возможно, о его школе рукопашного боя» [6].

В этом аспекте заслуживает внимания получившее большой общественный резонанс уголовное дело в отношении самбиста Расула Мирзаева по факту причинения им смерти И. Агафонову в результате одного удара. С целью установления причины смерти потерпевшего по данному делу было назначено несколько судебно-медицинских экспертиз. Несмотря на профессионализм судебно-медицинского эксперта, выполнившего четвертую экспертизу, ее результаты не удовлетворили пострадавшую сторону. Все это обусловило назначение пятой комплексной экспертизы с участием разных специалистов из различных областей знания и свидетельствует о возрастающей роли комплексных экспертиз при оценке результатов экспертных исследований.

Вышеперечисленное позволяет утверждать необходимость комплексного изучения данной проблемы с привлечением разнопрофильных специалистов: судебно-медицинских экспертов, травматологов, экспертов-криминалистов, спортсменов, специализирующихся в определенных областях спорта (боя), специалистов в области биомеханики и т.д.

Следует отметить, что раздел судебной медицины — спортивная травматология — позволяет дифференцировать род спортивных занятий по наличию специфических повреждений на определенных частях тела человека и их оценке. Так, примененный С.Н. Куликовым дифференциально-диагностический анализ морфологических особенностей повреждений крупных суставов верхних конечностей позволил ему выделить 14 специфических и 33 характерных признака, позволяющих диагностировать ударно-диагностические и статистические нагрузки. Это в первую очередь относится к определенным видам вывихов, переломов с учетом характера внешней силовой нагрузки, приведшей к этим повреждениям [2].

В результате изучения механизма травм по характеру повреждений возможно проведение их дифференциации: они могут быть получены в процессе как борьбы с применением специальных приемов единоборств нападающей стороной, так и самообороны. Это позволяет получить диагностическую характеристику лица, нанесшего данное повреждение, уровня владения им навыками борьбы.

Таким образом, результаты проведенного экспертного исследования позволяют получить диагностическую информацию о профессиональных навыках преступника, характере наносимых им ударов, их соответствии причиненным повреждениям и т.д.

Помимо этого, представляется, что результаты проведенного судебно-медицинского экспертного исследования следователь может использовать в процессе планирования расследуемого уголовного дела. В данном случае установление факта владения человека специфическими приемами единоборств (самбо, каратэ, айкидо и др.) позволит направить усилия на розыск преступника, использовать полученную информацию в процессе подготовки к проведению следственных действий, таких как допрос, освидетельствование, следственный эксперимент, проверка показаний, назначение судебных экспертиз и т.д.

Так, при подготовке к допросу следователь или дознаватель может предварительно изучить специальную литературу по данному вопросу, получить соответствующую консультацию у лиц, специализирующихся в той или иной области единоборств, или у судебно-медицинского эксперта и т.д.

Учет специфических признаков, позволяющих определить навыки владения стрелковым оружием, на теле стреляющего важно учитывать при подготовке и проведении освидетельствования. В частности, наличия кровоподтеков (синяков), образовавшихся в результате отдачи приклада при выстреле, наличия следов выстрела на руках и одежде и т.д. О владении навыками единоборств может свидетельствовать комплекс признаков, например большая мышечная масса у человека, наличие на внешней стороне ладоней (кулаках) мозолей, характерных для занятий, например, каратэ и т.д.

При подготовке к проведению следственного эксперимента или проверки показаний на месте следователь заранее составляет план их проведения с целью установления возможности совершения подозреваемым конкретных действий на месте происшествия: возможности определения местоположения человека при выстреле, возможности производства выстрела с определенного места или определенного положения, нанесения удара и т.д.

При назначении повторных или комплексных судебных экспертиз следователь с учетом результатов первичных экспертиз ставит на разрешение экспертов вопросы, которые не ставились на разрешение первичной экспертизы или не были решены по причине отсутствия необходимых объектов исследования, вновь открывшихся обстоятельств и т.д.

Следует учитывать, что определенные проблемы имеют место при оценке результатов комплексной экспертизы участниками уголовного судопроизводства. Как известно, при ее производстве эксперты разных специальностей, исследующие один объект, в пределах своих специальных знаний проводят его исследование. Впоследствии эти эксперты, принимавшие участие в производстве экспертизы, совместно анализируют полученные результаты. В случае достижения общего мнения они подписывают общее, совместное заключение — вывод. В случае разногласий, когда эксперты не достигли взаимопонимания в формулировке общего вывода, каждый эксперт дает отдельное заключение, подписывает свою часть проведенного исследования — заключения, неся за него ответственность.

Как справедливо отмечает Ю.К. Орлов, при комплексной экспертизе «оценить правильность выводов эксперта другой специальности эксперт не может никогда» [5]. По мнению автора, у одного эксперта отсутствует квалификация другого эксперта, и, оценивая его, он тем самым вынужден выйти за пределы своей компетенции, и фактически невозможно правильно оценить выводы другой специальности, например баллиста и медика при производстве судебной медико-баллистической экспертизы.

Таким образом, оценка результатов экспертиз и исследований с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности в некоторых случаях представляет определенные сложности для участников уголовного судопроизводства. Использование результатов экспертиз и исследований с учетом правил оценки доказательств позволяет установить обстоятельства, связанные с событием преступления, характеризующие личность виновного, способствовавшие совершению преступления и др., которые в своей совокупности способствуют установлению истины в доказывании.

Однако при этом следует учитывать негативную практику, позволяющую утверждать снижение доказательственного значения результатов экспертиз, и в первую очередь судебно-медицинских. В контексте рассматриваемой проблемы в настоящее время в ряде случаев результаты судебно-медицинских экспертиз не учитываются в процессе расследования преступлений.

Так, в своих работах С.С. Самищенко отмечает, что в современной правоприменительной практике имеют место факты грубых нарушений криминалистических и методических рекомендаций в расследовании убийств. Об этом свидетельствуют факты, связанные с негативными обстоятельствами. Участвуя в качестве негосударственного эксперта, автор отмечает негативную тенденцию к увеличению грубых нарушений в данной экспертизе. С одной стороны, наблюдается полное игнорирование результатов судебно-медицинских экспертиз и, как следствие этого, игнорирование объективных данных, позволяющих устанавливать событие преступления, его механизм и некоторые другие обстоятельства его совершения. Указанные обстоятельства приводят к необоснованному отказу в возбуждении уголовного дела, не позволяют установить истинные обстоятельства смерти человека, с одной стороны, а с другой стороны, способствуют необоснованному, ложному обвинению невиновных лиц и, как следствие, осуждению невинного человека.

В контексте рассматриваемой проблемы отдельного рассмотрения заслуживают результаты судебно-психологических экспертиз и их использование в правоприменительной практике. Это в первую очередь относится к преступлениям, совершенным серийными убийцами с сексуальной мотивацией.

Как известно, психодиагностические экспертные исследования позволяют установить личностные особенности, характерные для определенной группы лиц. Анализ специальной литературы и правоприменительной практики свидетельствует, что наряду с изучением личности преступника в некоторых случаях целесообразно проводить данные исследования в отношении свидетелей и несовершеннолетних потерпевших. Результаты исследований двух последних категорий участников уголовного судопроизводства позволяют усилить доказательственное значение их показаний. Особенно это актуально для случаев, когда в ходе предварительного расследования подозреваемый в совершении серийных насильственных преступлений может предпринять попытки избежать уголовной ответственности путем постановки под сомнение свидетельских показаний, в том числе и несовершеннолетних потерпевших.

Характерным примером использования результатов психодиагностического экспертного исследования является пример, описанный Т.А. Андреевой и Н.Н. Китаевым, по уголовному делу в отношении серийного убийцы-маньяка В. Кулика [1]. Исследование личности подозреваемого проводилось по Миннесотскому многопрофильному опроснику личности (MMPI). Для достоверности результатов эксперту-психологу не разглашались обстоятельства расследуемого уголовного дела. В результате проведенного экспертного исследования были выявлены признаки, позволившие создать психологический портрет подозреваемого, а также выявить слабые места в его психике, которые были успешно использованы при проведении последующих следственных действий.

Следует отметить, что современные возможности компьютеризованных вариантов психодиагностики позволяют сократить время производства предварительного расследования преступлений за счет оперативного изучения личности подозреваемого, что позволяет повысить эффективность и производительность работы следователя в целом.

Таким образом, возможности использования результатов экспертиз при предварительном следствии можно представить в следующих направлениях:

— для уточнения имеющейся информации о подозреваемом в совершении преступления и его жертве при составлении комплексного портрета [7];

— для установления некоторых навыков и привычек как жертвы (потерпевшего), так и преступника;

— для подготовки и проведения последующих следственных действий (очной ставки, проверки показаний, следственного эксперимента и т.д.);

— для корректировки планирования расследования и т.д.;

— при проверке по базам данных криминалистических, оперативно-справочных учетов и др.

Таким образом, в криминалистической тактике при раскрытии и расследовании преступлений результаты судебных экспертиз могут активно использоваться в ходе производства следственных действий и на этапе подготовки к ним. Это позволяет уточнить полученные результаты и процессуально их закрепить в протоколе соответствующего следственного действия. В последующем результаты экспертиз могут быть проверены и уточнены в ходе допроса, очной ставки, освидетельствования живых лиц, проверки показаний, следственного эксперимента, назначения повторных экспертиз и др.

Литература

  1. Андреева Т.А., Китаев Т.А. Первые в России судебно-психологические экспертизы по делам серийных убийц с сексуальной мотивацией / Эксперт-криминалист: Федеральный научно-практический журнал. 2009. N 2. С. 6 — 7.
  2. Куликов С.Н. Судебно-медицинская оценка механизмов травмы крупных суставов верхних конечностей: Автореф. дис. … к.м.н. М.: Российский государственный медицинский университет, 1998. С. 14.
  3. Лившиц Е.М., Белкин Р.С. Тактика следственных действий. М.: «Новый Юрист», 1997. С. 167.
  4. Майлис Н.П., Зинин А.М. Судебная экспертиза: Учебник. М.: Право и закон. Юрайт-Издат, 2002. С. 186.
  5. Орлов Ю.К. Комплексная экспертиза как правовое понятие // Теория и практика судебной экспертизы: Научно-практический журнал. 2013. N 4 (32). С. 172.
  6. Скрипниченко В.В. Биомеханика рукопашного боя // Эксперт-криминалист: Федеральный научно-практический журнал. 2010. N 2. С. 27.
  7. Соколова О.А. Использование специальных знаний при составлении «комплексного» портрета человека // Теория и практика использования специальных знаний в раскрытии и расследовании преступлений (к 90-летию со дня рождения И.М. Лузгина и 80-летию со дня рождения Е.И. Зуева). Материалы 50-х криминалистических чтений: В 2 ч. М.: Академия управления МВД России, 2009. С. 577 — 582.
  8. Ткачук Т.А. Использование результатов исследований и экспертиз в поиске преступника: Автореф. дис. … к.ю.н. М.: ЮИ МВД России, 2001. С. 12.

Информация о публикации:
Соколова О.А. Использование результатов экспертиз и исследований в раскрытии и расследовании преступлений // Российский следователь. 2015. N 1. С. 5 — 10.

Ключевые слова: оценка результатов экспертиз, использование результатов экспертиз, раскрытие и расследование преступлений.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code