Апелляционное определение Московского городского суда от 22.07.2013 по делу N 10-3803

Решение суда по уголовному делу.

МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 22 июля 2013 г. по делу N 10-3803

Судья Логинов Г.А.

Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе председательствующего судьи Мариненко А.И., судей Синициной И.О., Филипповой Г.М., при секретаре Ю., с участием прокурора Тимошиной А.А., адвоката Шухардина В.А., осужденного Д.

рассмотрела в судебном заседании 22 июля 2013 года апелляционные жалобы осужденного Д., адвоката Шухардина В.А. на приговор Бутырского районного суда г. Москвы от 22 апреля 2013 года, которым

Д., ранее судимый: 26 августа 2004 г. за совершение двух преступлений, предусмотренных ст. 162 ч. 2 УК РФ, на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ к 9 годам лишения свободы, освобожден условно-досрочно 27 декабря 2011 г. на неотбытый срок 10 месяцев 12 дней

осужден по ст. 30 ч. 3, 105 ч. 1 УК РФ к 6 годам 6 месяцам лишения свободы. На основании ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания, назначенного по приговору от 26 августа 2004 г., и по совокупности приговоров назначено окончательное наказание в виде 7 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания исчислен с 05 мая 2012 г.

Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Синициной И.О., мнения осужденного Д., адвоката Шухардина В.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Тимошиной А.А., просившей приговор оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

Д. признан виновным в покушении на убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, а именно в том, что он, в период времени с 22 часов 50 минут 22 апреля 2012 г. по 01 час 40 минут 23 апреля 2012 г., находясь у дома * по ул. * в г. Москве, в ходе ссоры на почве личных неприязненных отношений со С., реализуя внезапно возникший умысел на причинение смерти потерпевшему, высказывая в адрес С. оскорбления и угрозы убийством, нанес ему ножом не менее семи ударов по телу, в том числе в область расположения жизненно важных органов, причинив четыре поверхностные раны в области передней поверхности грудной клетки в проекции 4 ребра по средней ключичной линии справа и слева, одну поверхностную резаную рану в области правого плеча в верхней трети на тыльной поверхности, не причинившие вред здоровью, одно непроникающее колото-резаное ранение в области грудной клетки, в проекции 2-3 межреберья по передней подмышечной линии выше от соска левой молочной железы на 1,5 см, одну колото-резаную рану в области левого предплечья в верхней трети на тыльной поверхности, причинившие легкий вред здоровью, вызвавший кратковременное расстройство здоровья продолжительностью до 3 недель. Однако довести свой умысел на причинение смерти С. Д. до конца не смог по не зависящим от него обстоятельствам, поскольку его действия были пресечены очевидцами произошедшего.

В апелляционной жалобе и дополнениях осужденный Д. просит приговор отменить и вынести по делу законное решение, указывает, что приговор является незаконным и необоснованным, поскольку ему, Д., не была проведена судебно-психиатрическая экспертиза, что свидетельствует о необоснованности предъявленного ему обвинения, судьей Логиновым Г.А. не было повторно проведено предварительное слушание, уголовное дело возбуждено незаконно, оснований для его, Д., задержания не имелось, в обвинительном заключении указано иное время совершения преступления, чем в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого в окончательной редакции, суд вышел за рамки предъявленного обвинения при указании времени совершения преступления. Суд в нарушение требований закона мотивом совершения преступления указал ссору на почве личных неприязненных отношений, количество и локализация телесных повреждений свидетельствует об отсутствии умысла на убийство. Заключение судебно-биологической экспертизы является недопустимым доказательством, поскольку обвиняемый был ознакомлен с постановлением о ее назначении после ее проведения, заключение судебно-медицинской экспертизы в отношении С. является неполным, поскольку в нем было указано время совершения преступления со слов С., а приговором установлено иное время совершения преступления, в заключении указана неверная дата проведения экспертизы, отсутствует печать.

Адвокат Шухардин В.А. в апелляционной жалобе просит приговор отменить, как незаконный, необоснованный и несправедливый, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, поскольку в основу приговора положены противоречивые показания потерпевшего С., также его показания противоречат показаниям свидетелей С. и П. в части времени совершения преступления, данные свидетели заинтересованы в исходе дела. Показания потерпевшего и указанных свидетелей противоречат вещественному доказательству — джемперу потерпевшего, имеющиеся на джемпере порезы не соответствуют причиненным потерпевшему телесным повреждениям, о которых он сообщил в своих показаниях, и которые указаны в заключении эксперта. Суд необоснованно и немотивированно отверг показания свидетелей З. и К. Вещественное доказательство — джемпер получено с нарушением закона, обвиняемый и его защитник не были с ним ознакомлены, суд также необоснованно отказал в истребовании и исследовании данного вещественного доказательства, что нарушило право обвиняемого на защиту. Суд в нарушение требований ст. 307 УПК РФ в описательной части приговора не изложил показания свидетелей З., К., А., Д. Суд не дал оценки приобщенным к материалам дела фотографиям и детализации телефонных разговоров с телефона свидетеля К. Действия Д. квалифицированы неверно, судом не установлен мотив действий виновного, а также наличие у него прямого умысла на убийство.

Судебная коллегия, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым по следующим основаниям.

Вина Д. в совершении преступления, за которое он осужден, установлена собранными по делу доказательствами, подробное содержание которых изложено в приговоре — показаниями потерпевшего С. о том, что угрожая убийством, Д. нанес ему ножом телесные повреждения на руках и в области грудной клетки, он активно сопротивлялся, пытался отойти от Д., но тот наступал, продолжая наносить ему удары ножом, от полученных ранений ему стало плохо, он упал, на него сел Д. и замахнулся ножом, но его оттащили С., П. и, а С. выбил у Д. нож. Указанные обстоятельства подтвердили свидетели С. и П.

Наличие у С. телесных повреждений подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы, заявлением потерпевшего о привлечении Д. к уголовной ответственности, протоколом осмотра джемпера, изъятого у потерпевшего, который был на нем надет в момент нанесения ему Д. телесных повреждений — на указанном джемпере имеются линейные повреждения ткани и следы крови, которая, согласно заключению судебно-биологической экспертизы могла произойти от потерпевшего С.

Свидетель С. — участковый уполномоченный полиции показал, что проводил проверку сообщения из больницы, куда с ножевыми ранениями поступил С., последний пояснил, что данные повреждения ему нанес Д.. Также С. показал, что в его присутствии потерпевшему по телефону позвонил Д. и угрожал расправой.

Совокупность приведенных в приговоре доказательств была проверена и исследована в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела, а также указал основания, по которым он принимает одни доказательства и отвергает другие.

Судом обоснованно признаны достоверными показания допрошенных по делу потерпевшего и свидетелей, которые, вопреки доводам адвоката, не противоречат друг другу, а также иным исследованным в суде доказательствам, в том числе протоколу осмотра вещественного доказательства.

Какой-либо заинтересованности в исходе дела либо причин для оговора осужденного со стороны потерпевшего и свидетелей судом не установлено.

В соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ каждое из доказательств оценено с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а их совокупность обоснованно признана судом достаточной для разрешения уголовного дела.

Вопреки доводам адвоката, суд привел в описательно-мотивировочной части приговора содержание показаний свидетелей З. и К. и дал им надлежащую оценку.

Показания дополнительно допрошенной в суде апелляционной инстанции свидетеля К. о том, что потерпевший оговорил осужденного по просьбе участкового уполномоченного С., который таким образом хотел получить повышение в звании, а также о том, что потерпевший состоит на учете у психиатра и занимается черной магией, поэтому мог порезать себя ножом сам, не нашли своего объективного подтверждения в исследованных судом доказательствах.

Отсутствие в приговоре показаний свидетелей А., а также оценки детализации телефонных соединений свидетеля К. и приобщенных к делу фотографий, не влияет на законность и обоснованность принятого судом решения, поскольку указанные доказательства не содержат каких-либо данных, подтверждающих или опровергающих виновность Д. в совершении преступления.

Нарушений процессуальных прав Д. как на стадии предварительного расследования, так и в ходе судебного разбирательства не допущено. Все заявленные стороной защиты ходатайства, в том числе об истребовании вещественного доказательства, рассмотрены судом в соответствии с требованиями закона, принятые по результатам рассмотрения ходатайств решения надлежащим образом мотивированы.

Вопреки доводам осужденного, оснований для повторного проведения предварительного слушания по делу не имелось. Положения ст. 242 УПК РФ судом при рассмотрении дела не нарушены.

Несвоевременное ознакомление обвиняемого с постановлением о назначении судебно-биологической экспертизы не может являться основанием для признания недопустимым доказательством заключения эксперта.

Заключение судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевшего соответствует требованиям действующего законодательства, допущенная экспертом техническая ошибка при написании даты проведения экспертизы не является основанием для исключения указанного доказательства.

Вопреки доводам осужденного, каких-либо оснований для назначения ему судебно-психиатрической экспертизы у суда не имелось, соответствующее ходатайство никем из участников процесса не заявлялось.

Судом правильно установлены фактические обстоятельства дела, время совершения преступления, а также мотив его совершения.

Согласно материалам дела, в постановлении о привлечении Д. в качестве обвиняемого в окончательной редакции указано такое же время совершения преступления, как и в обвинительном заключении, в связи с чем доводы осужденного о нарушении его права на защиту, а также о том, что суд при постановлении приговора вышел за пределы обвинения, судебная коллегия признает несостоятельными.

Действия Д. правильно квалифицированы судом, как покушение на убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. Указанная правовая квалификация нашла свое полное подтверждение в ходе судебного разбирательства и в приговоре надлежащим образом мотивирована.

Вывод суда о возможности исправления осужденного Д. только в условиях реального отбывания наказания судом мотивирован. Наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, конкретных обстоятельств дела, данных о личности осужденного, отягчающего наказание обстоятельства — наличие в действиях Д. рецидива преступлений.

Наказание, назначенное Д., является справедливым, соразмерным содеянному, оснований для его смягчения не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389-13, 389-20, 389-28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Бутырского районного суда г. Москвы от 22 апреля 2013 года в отношении Д. оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и адвоката — без удовлетворения.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code