Статья 5. Членство субъектов предпринимательской или профессиональной деятельности в саморегулируемых организациях

Комментарий к статье 5 ФЗ «О саморегулируемых организациях»

 

  1. Часть 1 комментируемой статьи определяет особенность членства в саморегулируемых организациях — это добровольность.

Действующее российское законодательство не раскрывает понятие «членство». Некоторые авторы высказывают мнение о том, что термины «участие» и «членство» соотносятся между собой как род и вид <8>.

———————————

<8> Фроловский Н.Г. Управление предпринимательскими корпорациями в Российской Федерации (правовой аспект): Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Белгород, 2004. С. 15.

 

Авторы полагают, что данная позиция не совсем подходит для некоммерческих организаций, поскольку объединения, основанные на членстве, в большей степени характеризуются постоянством их внутренней структуры, стабильностью количественного состава объединения и т.д. Кроме того, очевидна разница, что в коммерческих организациях учредители и иные заинтересованные субъекты «участвуют» в организации путем внесения «капитала», а в некоммерческие организации индивиды объединяются исходя из общности их некоммерческих целей.

Членство также предполагает более тесные отношения между некоммерческой организацией и входящими в ее состав индивидами, объединившимися для совместного решения определенных задач.

Принцип добровольности членства в саморегулируемой организации основывается на ст. 30 Конституции РФ, предусматривающей, что каждый имеет право на объединение. Это означает, что объединяющиеся лица, только добровольно выражая свою волю и желание, вступают в объединения либо воздерживаются от вступления в них. В ч. 2 ст. 30 Конституции РФ устанавливается, что никто не может быть принужден к вступлению в какое-либо объединение или пребыванию в нем.

Практика Европейского суда по правам человека однозначно определила, что возможность создавать объединения и вступать в них должна принадлежать каждому находящемуся под юрисдикцией данного государства, и случаи, при которых возможно ограничение этого права, очень немногочисленны. Слово «каждый» обозначает как физических, так и юридических лиц, так как свобода создания и вступления в объединение является правом, которым могут пользоваться не только отдельные лица. Единственным исключением являются государственные органы, поскольку они представляют собой часть государства, которое должно защищать свободу объединений, а не пользоваться ею.

Принцип добровольности включает в себя как право лица на создание объединения, так и право присоединиться к объединению. Принуждение людей вступать в какое-либо объединение практически равнозначно отказу членам этого объединения в праве выбирать, с кем они хотят сотрудничать. Однако ограничение права членов решать, кого принять в объединение, можно обосновать тем, что ни при каких условиях нельзя допускать дискриминации других людей и нужно защищать их права, как подчеркнуто в п. 2 ст. 11 Европейской конвенции о защите прав и свобод человека.

  1. Частью 2 комментируемой статьи предусмотрено, что федеральными законами могут предусматриваться отдельные случаи, когда членство в составе саморегулируемой организации является обязательным.

Необходимо отметить, что такое ограничение принципа добровольности, о котором говорилось в п. 1 комментируемой статьи, возможно только на основании федерального закона. Данная позиция основывается на положениях ст. 55 Конституции РФ. Раскрывая нормативное содержание ст. 55 Конституции РФ, Конституционный Суд РФ в Постановлении от 30 октября 2003 г. N 15-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан РФ» в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы и жалобами граждан С.А. Бунтмана, К.А. Катаняна и К.С. Рожкова» суммировал ранее сформулированные им правовые позиции и указал, что:

— ограничения конституционных прав должны быть необходимыми и соразмерными конституционно признаваемым целям таких ограничений;

— в тех случаях, когда конституционные нормы позволяют законодателю установить ограничения закрепляемых ими прав, он не может осуществлять такое регулирование, которое посягало бы на само существо того или иного права и приводило бы к утрате его реального содержания;

— при допустимости ограничения того или иного права в соответствии с конституционно одобряемыми целями государство, обеспечивая баланс конституционно защищаемых ценностей и интересов, должно использовать не чрезмерные, а только необходимые и строго обусловленные этими целями меры;

— публичные интересы, перечисленные в ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, могут оправдать правовые ограничения прав и свобод, только если такие ограничения отвечают требованиям справедливости, являются адекватными, пропорциональными, соразмерными и необходимыми для защиты конституционно значимых ценностей, в том числе прав и законных интересов других лиц, носить общий характер, не иметь обратной силы и не затрагивать само существо конституционного права, т.е. не ограничивают пределы и применение основного содержания соответствующих конституционных норм;

— чтобы исключить возможность несоразмерного ограничения прав и свобод человека и гражданина в конкретной правоприменительной ситуации, норма должна быть формально определенной, точной, четкой и ясной, не допускающей расширительного толкования установленных ограничений и, следовательно, произвольного их применения.

В качестве примера установления федеральным законодателем обязательности членства в саморегулируемой организации можно привести положения п. 1 ст. 55.20 ГрК РФ, в соответствии с которым национальные объединения саморегулируемых организаций являются общероссийскими негосударственными некоммерческими организациями, объединяющими на основе обязательного членства.

В то же время необходимо отметить, что установление государством через федеральные законы обязательного членства может привести к тому, что указанные организации с позиций Европейского суда по правам человека могут считаться объединениями с точки зрения внутригосударственного права, однако не являются таковыми для целей ст. 11 Европейской конвенции о защите прав и свобод человека или других международных норм. Европейский суд по правам человека к таким объединениям относит многочисленные организации, учрежденные в соответствии с требованиями закона, членство в которых является принудительным для представителей определенных профессий: врачей, юристов, архитекторов и т.п. Европейский суд рассматривает их как организации, действующие в рамках публичного права, призванные регулировать конкретную профессию и потому не подпадающие под защиту ст. 11 или других гарантий свободы объединений <9>.

———————————

<9> См., напр.: дело от 23 июня 1981 г. Le Compte, Van Leuven and De Meyere v Belgium (оспаривалась обязанность принадлежать к организации, которая должна была вести официальный список практикующих врачей) и OVR v. Russia, решение о приемлемости от 3 апреля 2001 г. (оспаривалось требование принадлежать к региональной нотариальной конторе под угрозой потери права практиковать в качестве частного нотариуса). Таков же был подход Европейской комиссии к жалобам N 13750/88 A and Others v. Spain, 66 DR 188 (1990 г.), N 8734/79 Barthold v. Federal Republic of Germany, 26 DR 145 (1981 г.), N 14331/88 и 14332/88 Revert and Legallais v. France, 62 DR 309 (1989 г.), связанным с обязательностью членства в организациях, созданных в соответствии с законодательством для регулирования деятельности юристов, ветеринаров, архитекторов. С тех же позиций рассматривалась жалоба N 14596/89 Weiss v. Austria, 71 DR 158 (1991 г.).

 

Аналогичный взгляд сложился и на такие организации, как производственные советы, которые согласно трудовому законодательству должны быть созданы для регулирования участия персонала в управлении на рабочем месте; это — единственное основание, на котором происходит объединение его членов, и обязательности подобного объединения достаточно, чтобы соответствующие органы не подпадали под защиту статьи 15. В то же время тот факт, что некоммерческая организация была создана в силу требований закона, сам по себе еще не означает, что она не будет считаться объединением для целей защиты прав и свобод человека. Так, в деле Chassagnou and Others v. France Европейский суд по правам человека, не колеблясь, определил как объединения те некоммерческие сообщества, которые были созданы с целью организации охоты и состояли «из охотников и владельцев земли или охотничьих прав и, соответственно, частных лиц, которые хотели сдать свою землю для охоты». То, что действия этих объединений контролировались префектом, не имело для суда значения, так как этот факт еще не позволял считать их частью государственных структур. Большое значение было придано и тому обстоятельству, что данные организации не пользовались никакими (вне сферы деятельности обычного права) административными или дисциплинарными полномочиями. Как было по данному делу, попытки исключить конкретное сообщество из сферы действия гарантии свободы объединения на том основании, что оно носит «публичный» или «квазиадминистративный» характер, не приведут к успеху: в каждом конкретном случае необходимо анализировать действительную сущность организаций.

  1. Статья 8 (ч. 1) Конституции РФ в качестве одной из основ конституционного строя провозглашает свободу экономической деятельности. Принципом экономической свободы предопределяются конституционно гарантируемые правомочия, составляющие основное содержание конституционного права на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности. Реализуя данное право, закрепленное в ст. 34 (ч. 1) Конституции РФ, граждане вправе определять сферу этой деятельности и осуществлять соответствующую деятельность в индивидуальном порядке либо совместно с другими лицами путем участия в хозяйственном обществе, товариществе или производственном кооперативе, т.е. путем создания коммерческой организации как формы коллективного предпринимательства, самостоятельно выбирать экономическую стратегию развития бизнеса, использовать свое имущество с учетом установленных Конституцией РФ гарантий права собственности (ч. 3 ст. 35) и поддержки государством добросовестной конкуренции (ч. 1 ст. 8, ч. 1 ст. 34).

В случаях, когда один и тот же субъект осуществляет различные виды предпринимательской или профессиональной деятельности, которые составляют предмет саморегулирования, норма ч. 3 комментируемой статьи предусматривает, что такой субъект может являться членом нескольких саморегулируемых организаций, объединяющих субъектов предпринимательской или профессиональной деятельности соответствующих видов. Соответственно, в случаях, когда федеральными законами предусмотрено обязательное членство в саморегулируемых организациях, субъект, осуществляющий указанные в законе виды предпринимательской или профессиональной деятельности, обязан быть членом нескольких саморегулируемых организаций, которые объединяют субъектов предпринимательской или профессиональной деятельности соответствующего вида.

4. Норма ч. 4 комментируемой статьи устанавливает, что субъект, осуществляющий определенный (один) вид предпринимательской или профессиональной деятельности, может являться членом только одной саморегулируемой организации, объединяющей субъектов предпринимательской или профессиональной деятельности одного указанного вида. Данное требование предопределено необходимостью единообразной правовой регламентации предпринимательской или профессиональной деятельности определенного вида, осуществляемой конкретным субъектом, и не зависит от того, установлена или нет обязательность членства субъектов предпринимательской или профессиональной деятельности в саморегулируемой организации.

Содержание

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code