Глава 10. ОСОБЕННОСТИ ОБРАЩЕНИЯ ВЗЫСКАНИЯ НА ИМУЩЕСТВО ДОЛЖНИКА-ОРГАНИЗАЦИИ

Комментарий к ФЗ «Об исполнительном производстве»

 

Статья 94. Порядок обращения взыскания на имущество должника-организации

 

Комментарий к статье 94

 

  1. Часть 1 комментируемой статьи устанавливает очередность обращения взыскания на имущество должника-организации в случае недостаточности наличных и безналичных денежных средств (ст. 70 ФЗИП). Смысл правил об очередности обращения взыскания сводится к минимизации возможных негативных последствий для производственной деятельности должника.

Применительно к случаям, когда производится взыскание налоговых платежей, Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ указал:

«Налоговый орган вправе перейти к принудительному взысканию налога за счет иного имущества налогоплательщика только после принятия надлежащих мер по взысканию налога за счет денежных средств налогоплательщика.

В связи с этим судам необходимо исходить из того, что невынесение названным органом решения о взыскании налога за счет денежных средств в установленный абзацем первым пункта 3 статьи 46 НК РФ срок и непринятие мер к его исполнению по общему правилу исключают возможность вынесения налоговым органом решения о взыскании налога за счет иного имущества налогоплательщика, а также обращения его в суд с заявлением, предусмотренным абзацем третьим пункта 1 статьи 47 Кодекса.

В то же время, если в период, установленный абзацем первым пункта 3 статьи 46 НК РФ для принятия решения о взыскании налога за счет денежных средств, ведется исполнительное производство, возбужденное на основании ранее вынесенных налоговым органом постановлений о взыскании налога за счет иного имущества налогоплательщика, что свидетельствует о недостаточности или отсутствии денежных средств на его счетах, налоговый орган вправе в указанный срок сразу принять решение о взыскании налога за счет иного имущества налогоплательщика, если на дату принятия такого решения исполнительное производство не было окончено (прекращено). В случае отсутствия у налогового органа информации о счетах налогоплательщика названный орган также вправе сразу принять решение о взыскании налога за счет иного имущества такого налогоплательщика» (п. 55 Постановления от 30 июля 2013 г. N 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации»).

В случаях, когда обращается взыскание на имущество, находящееся у должника на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления, согласие собственника на отчуждение не требуется (п. 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22 декабря 2005 г. N 101 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с признанием недействительными публичных торгов, проводимых в рамках исполнительного производства»).

В то же время положения ч. 1 комментируемой статьи не изменяют общих норм гражданского законодательства об ответственности юридических лиц. В частности, следует учитывать, что в соответствии с п. 2 ст. 120 ГК РФ:

— частное или казенное учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами;

— автономное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, за исключением недвижимого имущества и особо ценного движимого имущества, закрепленных за автономным учреждением собственником этого имущества или приобретенных автономным учреждением за счет выделенных таким собственником средств;

— бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, как закрепленным за бюджетным учреждением собственником имущества, так и приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет выделенных собственником имущества бюджетного учреждения средств, а также недвижимого имущества.

Обращение взыскания на имущество, находящееся в пользовании у должника, не допускается <1>.

———————————

<1> См.: Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 20 мая 2003 г. N 375/03.

 

Об имуществе, взыскание на которое не допускается, см. комментарий к ч. 2 ст. 79 ФЗИП <1>.

———————————

<1> См. также: Кузнецов Е.Н. Иммунитет от взыскания в отношении определенных видов имущества должника (сравнительно-правовой анализ на основе законодательства России и Франции) // Арбитражный и гражданский процесс. 2001. N 4; Ярков В.В. Имущественные иммунитеты от взыскания в предпринимательских отношениях // Арбитражный и гражданский процесс. 2003. N 10.

 

Итак, Закон устанавливает следующую очередность обращения взыскания на имущество должника-организации:

1) в первую очередь (п. 1 ч. 1 комментируемой статьи) взыскание обращается на движимое имущество, непосредственно не участвующее в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг. Действующее законодательство не содержит позитивной легальной дефиниции движимого имущества. В соответствии с п. 2 ст. 130 ГК РФ вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом.

При сравнительном анализе п. 1 ч. 1 комментируемой статьи и положений ст. 59 ФЗИП 1997 г. обращает внимание на следующее.

Во-первых, из первой очереди ныне действующий Закон исключил ценные бумаги, составляющие инвестиционные резервы инвестиционного фонда. На данные ценные бумаги взыскание обращается в четвертую очередь.

Здесь же обратим внимание на то, что данное изъятие, исходя из буквального толкования п. 1 ч. 1 комментируемой статьи, является единственным. Следовательно, на все иные ценные бумаги взыскание должно обращаться в первую очередь. Полагаем, что не подлежит применению разъяснение, содержащееся в п. 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 3 марта 1999 г. N 4 «О некоторых вопросах, связанных с обращением взыскания на акции»:

«При решении вопроса об очередности обращения взыскания на имущество должника в случае, когда им является холдинговая или иная компания, созданная в процессе приватизации государственного имущества на основании указа Президента Российской Федерации или решения Правительства Российской Федерации, уставный капитал которой сформирован за счет внесения в него принадлежащих государству контрольных пакетов акций дочерних обществ, необходимо иметь в виду следующее.

Названные компании создаются государством как единые экономические комплексы в целях координации и кооперации производственно-хозяйственной деятельности входящих в их состав дочерних обществ, и исключение из состава компании одного или нескольких таких обществ в результате обращения взыскания на соответствующие пакеты акций может привести к нарушению или прекращению деятельности компании в целом.

Статья 59 Федерального закона «Об исполнительном производстве» (1997 г. — Д.А.) устанавливает очередность обращения взыскания на имущество должника-организации таким образом, чтобы без крайней необходимости не лишать его возможности продолжать свою основную деятельность (производственную либо иную, для осуществления которой создана данная организация) и после погашения долга за счет наложения ареста и реализации принадлежащего имущества (в том числе акций). В связи с этим на пакеты акций дочерних обществ, вносимые государством в уставный капитал названных компаний, не может быть обращено взыскание в первую очередь.

Исходя из подпункта 3 статьи 59 Федерального закона «Об исполнительном производстве», такие пакеты акций следует рассматривать в качестве имущества, от которого непосредственно зависит производственная деятельность компании и взыскание на которое обращается в третью очередь».

Во-вторых, п. 1 ч. 1 комментируемой статьи не содержит упоминания о легковом автотранспорте как о движимом имуществе, непосредственно не участвующем в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг. Полагаем, что это принципиально верный подход, поскольку сама по себе принадлежность автотранспорта к легковому отнюдь не исключает, к примеру, его применение при выполнении работ или оказании услуг (использование легкового автотранспорта автотранспортными предприятиями и т.п.). Поэтому при разрешении вопроса о том, к какой из очередей (к первой или четвертой) следует относить легковой автотранспорт, необходимо исходить из базового критерия, устанавливая функциональное назначение и целевое использование должником конкретного транспортного средства (используется оно в представительских целях или непосредственно участвует в производстве товаров, выполнении работ либо оказании услуг).

В-третьих, если по ст. 59 ФЗИП 1997 г. готовая продукция (товары) относилась ко второй очереди, то ныне действующий Закон содержит прямое указание на то, что на данный вид имущества взыскание обращается в первоочередном порядке;

2) во вторую очередь (п. 2 ч. 1 комментируемой статьи) взыскание обращается на имущественные права, непосредственно не используемые в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг. Отметим, что положения п. 2 ч. 1 комментируемой статьи являются новеллой — ранее законодательство не относило имущественные права, непосредственно не используемые в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг, к имуществу, на которое взыскание обращается во вторую очередь.

В соответствии с ч. 1 ст. 75 ФЗИП к имущественным правам относятся:

— право требования должника к третьему лицу, не исполнившему денежное обязательство перед ним как кредитором, в том числе право требования по оплате фактически поставленных должником товаров, выполненных работ или оказанных услуг, по найму, аренде и др.;

— право требования в качестве взыскателя по исполнительному документу;

— право на аренду недвижимого имущества;

— исключительное право на результат интеллектуальной деятельности и средство индивидуализации, за исключением случаев, когда в соответствии с законодательством Российской Федерации на них не может быть обращено взыскание;

— право требования по договорам об отчуждении и использовании исключительного права на результат интеллектуальной деятельности и средство индивидуализации;

— принадлежащее лицензиату право использования результата интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации;

— иные принадлежащие должнику имущественные права.

Как определить, используется ли то или иное имущественное право непосредственно в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг? Полагаем, необходимо сформулировать следующие подходы.

Во-первых, независимо от оснований возникновения все права требования должника к третьему лицу, не исполнившему денежное обязательство перед ним как кредитором, не могут быть отнесены к имущественным правам, непосредственно реализуемым в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг. Обосновать это можно тем, что реализация таких прав приведет к поступлению денежных средств на счет должника, следовательно, используемость этих прав в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг по сути идентична используемости наличных и безналичных денежных средств, на которые взыскание обращается в приоритетном порядке (ч. 3 ст. 69 ФЗИП).

Во-вторых, в отношении иных (неденежных) обязательств третьих лиц перед должником следует учитывать то, в какой мере предмет такого обязательства используется должником в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг. Например, если производственная деятельность должника ведется в арендованном помещении, то совершенно очевидно, что имущественные права, вытекающие из заключенного между должником и арендодателем договора аренды, не могут быть реализованы во вторую очередь. Это же относится к правам требования, вытекающим из договоров поставки энергоресурсов, в которых должник выступает в качестве покупателя энергоресурсов. Напротив, если предметом договора является имущество, в производственной деятельности, выполнении работ или оказании услуг непосредственно не используемое, то обращение взыскание на соответствующие имущественные права именно во вторую очередь будет вполне обоснованным;

3) в третью очередь (п. 3 ч. 1 комментируемой статьи) взыскание обращается на недвижимое имущество, непосредственно не участвующее в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг. Выделение в качестве самостоятельной категории имущества должника недвижимого имущества, непосредственно не участвующего в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг, является новеллой. Действительно, зачастую в собственности должника находятся такие объекты недвижимости, которые заведомо не применяются в производственном процессе (базы отдыха, жилая недвижимость и т.п.). Вполне разумно, что законодатель установил приоритет в обращении взыскания именно на такую недвижимость (по сравнению с иным имуществом, непосредственно используемым в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг).

В то же время на практике не исключены споры, связанные с таким критерием, как «непосредственность» участия в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг. Например, в здании заводоуправления непосредственно не производится продукция (все технологические циклы рассредоточены по цехам предприятия). Между тем совершенно очевидно, что реализация такого имущества может привести к остановке производственного процесса. Равным образом отчуждение подъездной дороги (железнодорожного тупика, подкрановых рельсовых путей, линий электропередачи, системы водоотведения и т.п.) самым негативным образом скажется на производственном процессе. Поэтому полагаем, что при отнесении той или иной недвижимости к имуществу, непосредственно не участвующему в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг, следует не только выявлять его вовлеченность в технологические циклы, но и оценивать степень возможного негативного воздействия на нормальную производственную деятельность при изъятии конкретного объекта недвижимости. В пользу именно такого подхода свидетельствует и то, что в п. 4 ч. 1 комментируемой статьи законодатель не ограничивается указанием на объекты недвижимого имущества производственного назначения, а упоминает также и о «других основных средствах»;

4) в четвертую очередь (п. 4 ч. 1 комментируемой статьи) взыскание обращается на непосредственно используемые в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг имущественные права и на участвующее в производстве товаров имущество: объекты недвижимого имущества производственного назначения, сырье и материалы, станки, оборудование и другие основные средства, в том числе ценные бумаги, составляющие инвестиционные резервы инвестиционного фонда. Предусмотренные ч. 1 комментируемой статьи правила очередности обращения взыскания на имущество должника по усмотрению судебного пристава-исполнителя могут не применяться при наложении ареста на имущество должника (ч. 1 ст. 80 ФЗИП).

  1. Часть 2 комментируемой статьи содержит принципиально новое правило, распространяющее действие норм об очередности обращения взыскания на имущество организаций также на граждан, зарегистрированных в установленном порядке в качестве индивидуальных предпринимателей. Следует обратить внимание на то, что положения ч. 1 комментируемой статьи применяются к таким гражданам исключительно в случае исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, выданном судом, другим органом или должностным лицом в связи с предпринимательской деятельностью указанного гражданина.

Если применительно к исполнительным листам, выдаваемым арбитражными судами, можно с большой долей уверенности предполагать, что требования к гражданину-должнику связаны с его предпринимательской деятельностью, то, скажем, в отношении исполнительных листов, выданных судами общей юрисдикции, ситуация не выглядит столь однозначной. Действительно, как судебный пристав-исполнитель сможет из содержания исполнительного листа установить характер материальных правоотношений между должником и взыскателем? Такая квалификация содержится только в мотивировочной части судебного акта, однако исполнительный лист (равно как и большинство других исполнительных документов) содержит лишь итоговую судебную резолюцию (см. п. 6 ч. 1 ст. 13 ФЗИП).

Полагаем, что единственно возможным выходом в данной ситуации мог бы стать запрос судебного пристава-исполнителя в суд, выдавший исполнительный лист, о выдаче копии судебного акта в порядке п. 2 ч. 1 ст. 64 ФЗИП.

Должник-гражданин, зарегистрированный в установленном порядке в качестве индивидуального предпринимателя, после вступления в законную силу судебного акта либо после возбуждения исполнительного производства может утратить данный статус. Подлежат ли применению в этом случае правила об очередности обращения взыскания на имущество организаций? Полагаем, что нет. Смысл правил об очередности обращения взыскания, как указывалось выше, сводится именно к минимизации возможных негативных последствий для производственной деятельности должника. После утраты гражданином статуса индивидуального предпринимателя можно презюмировать, что данный субъект не заинтересован в осуществлении предпринимательской деятельности. Даже если после такой утраты должник продолжает заниматься предпринимательской деятельностью, все негативные последствия отсутствия государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя должны возлагаться на самого гражданина, в том числе и последствия, связанные с невозможностью применения норм об очередности обращения взыскания на имущество организаций.

 

Статья 95. Меры по обеспечению исполнения исполнительного документа при обращении взыскания на имущество должника-организации

 

Комментарий к статье 95

 

  1. Возможное обращение взыскания на имущество, относящееся к четвертой очереди (непосредственно используемые в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг имущественные права и участвующее в производстве товаров имущество: объекты недвижимого имущества производственного назначения, сырье и материалы, станки, оборудование и другие основные средства, в том числе ценные бумаги, составляющие инвестиционные резервы инвестиционного фонда), может не только негативно сказаться на производственной деятельности должника, но и привести к возникновению признаков банкротства (п. 2 ст. 3 Закона о банкротстве). Поэтому для стабильности хозяйственного оборота важно, чтобы уполномоченные государственные органы оперативно реагировали на складывающуюся ситуацию. Часть 1 комментируемой статьи на законодательном уровне определяет процедуру взаимодействия судебного пристава-исполнителя с Федеральной налоговой службой, с одной стороны, и ЦБ РФ — с другой.

Итак, судебный пристав-исполнитель в трехдневный срок со дня составления акта о наложении ареста на имущество четвертой очереди обязан направить в Федеральную налоговую службу (ЦБ РФ):

1) копию постановления о наложении ареста;

2) копию акта о наложении ареста (см. ч. ч. 5, 6 ст. 80 ФЗИП);

3) сведения о размере требований взыскателей по исполнительному производству (они необходимы для разрешения уполномоченным органом вопроса о возможности инициировать возбуждение дела о банкротстве: в соответствии с п. 2 ст. 6 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено указанным Законом, дело о банкротстве может быть возбуждено арбитражным судом при условии, что требования к должнику — юридическому лицу в совокупности составляют не менее 100000 руб.).

  1. Часть 2 ст. 95 ФЗИП предписывает Федеральной налоговой службе (ЦБ РФ) в 30-дневный срок со дня получения постановления о наложении ареста и акта о наложении ареста на имущество сообщить судебному приставу-исполнителю об осуществлении или отказе в осуществлении ими действий по возбуждению в арбитражном суде производства по делу о несостоятельности (банкротстве) организации либо по отзыву у банка или иной кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций <1>.

———————————

<1> О координации действий ФССП России и Федеральной налоговой службы по вопросам, связанным с инициированием банкротных процедур, см. письмо ФССП России и Федеральной налоговой службы от 10 января 2013 г. N 12/01-88-АП/ММВ-20-8/6@ «О порядке отложения уполномоченным органом подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом в случае обращения Федеральной службы судебных приставов».

 

Очевидно, что истечение указанного 30-дневного срока не прекращает обязанность Федеральной налоговой службы (ЦБ РФ) сообщить об одном из решений, которые предусмотрены ч. 2 комментируемой статьи.

Обязанность судебного пристава-исполнителя приостановить исполнительные действия по реализации имущества до получения ответа от вышеуказанных органов содержательно воспроизводит основание для приостановления исполнительного производства, предусмотренное п. 7 ч. 1 ст. 40 ФЗИП. На наш взгляд, ФЗИП содержит неточность, поскольку одно и то же основание влечет как запрет всех мер принудительного исполнения (при приостановлении по п. 7 ч. 1 ст. 40 ФЗИП), так и приостановление только исполнительных действий по реализации имущества (ч. 2 комментируемой статьи).

При возобновлении исполнительного производства (возобновлении исполнительных действий по реализации имущества), полагаем, необходимо учитывать следующее. Если соответствующий ответ из Федеральной налоговой службы (ЦБ РФ) получен в пределах 30-дневного срока, судебный пристав-исполнитель в силу положений ч. 2 ст. 42 ФЗИП обязан возобновить исполнительное производство (возобновить исполнительные действия по реализации имущества) немедленно по получении ответа. Если же такой ответ не получен по истечении указанного срока, то отказ в возобновлении существенно затрагивает интересы взыскателя. Действительно, получается, что нарушение Федеральной налоговой службой (ЦБ РФ) служебного срока приводило бы к неоправданному затягиванию в исполнении исполнительного документа. Очевидно, что ненадлежащее исполнение властными органами своих обязанностей не должно влиять на реальное исполнение. Поэтому считаем, что истечение предусмотренного ч. 2 комментируемой статьи 30-дневного срока само по себе должно являться основанием для возобновления исполнительного производства (исполнительных действий по реализации имущества), хотя такое толкование и противоречит буквальным положениям ч. 2 ст. 42 ФЗИП.

  1. Часть 3 комментируемой статьи устанавливает специфическое основание для приостановления исполнительных действий по реализации имущества (ст. 40 ФЗИП подобного основания не содержит).

По сути, речь идет о временном промежутке между направлением Федеральной налоговой службой в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом и вынесением арбитражным судом решения о введении в отношении должника процедуры банкротства.

Пункт 3 ст. 48 Закона о банкротстве предусматривает, что по результатам рассмотрения обоснованности требований заявителя к должнику арбитражный суд выносит одно из следующих определений:

— о признании требований заявителя обоснованными и введении наблюдения;

— об отказе во введении наблюдения и об оставлении заявления без рассмотрения;

— об отказе во введении наблюдения и о прекращении производства по делу о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 52 Закона о банкротстве по результатам рассмотрения дела о банкротстве арбитражный суд принимает один из следующих судебных актов:

— решение о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства;

— решение об отказе в признании должника банкротом;

— определение о введении финансового оздоровления;

— определение о введении внешнего управления;

— определение о прекращении производства по делу о банкротстве;

— определение об оставлении заявления о признании должника банкротом без рассмотрения;

— определение об утверждении мирового соглашения.

По смыслу ч. 3 комментируемой статьи речь идет не только о решении о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, но и о таких судебных актах, которые влекут введение в отношении должника конкретной процедуры банкротства.

При вынесении иных судебных актов (например, определения об отказе во введении наблюдения и о прекращении производства по делу о банкротстве) судебный пристав-исполнитель обязан возобновить исполнительные действия по реализации имущества должника.

Исполнительные действия по реализации имущества должника-организации не приостанавливаются в случае, если реализация имущества должника-организации производится для исполнения следующих исполнительных документов:

1) о взыскании задолженности по заработной плате;

2) о выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности;

3) об истребовании имущества из чужого незаконного владения;

4) о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью;

5) о компенсации морального вреда;

6) о взыскании задолженности по текущим платежам.

Данное изъятие логически продолжает общую идею о недопустимости приостановления исполнительного производства по некоторым требованиям, которые подлежат принудительному исполнению, в том числе при введении в отношении должника определенных процедур банкротства (см., например, абз. 4 п. 1 ст. 63, абз. 5 п. 1 ст. 81, абз. 2 п. 2 ст. 95 Закона о банкротстве). Действительно, если такие требования продолжают автономно исполняться и в рамках банкротных процедур, то нет никакой логики ограничивать их исполнение и до возбуждения таковых.

В то же время, как нам представляется, упоминание в числе таких требований требования об истребовании имущества из чужого незаконного владения (п. 3 ч. 3 ст. 95 ФЗИП) излишне. Дело в том, что для исполнения виндикационного требования не требуется реализации имущества должника-организации.

  1. Часть 4 комментируемой статьи воспроизводит основание для приостановления исполнительного производства, предусмотренное п. 4 ч. 1 ст. 40 ФЗИП.

В соответствии со ст. 20 Закона о банках и банковской деятельности с момента отзыва у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций приостанавливается исполнение исполнительных документов об имущественных взысканиях, не допускается принудительное исполнение иных документов, взыскание по которым производится в бесспорном порядке, за исключением исполнения исполнительных документов о взыскании задолженности по текущим обязательствам кредитной организации.

При этом под текущими обязательствами кредитной организации согласно указанной норме понимаются:

1) обязательства по оплате расходов, связанных с продолжением осуществления деятельности кредитной организации (в том числе коммунальных, арендных и эксплуатационных платежей, расходов на услуги связи, обеспечение сохранности имущества), расходов на выполнение функций назначенной ЦБ РФ временной администрации по управлению кредитной организацией, оплату труда лиц, работающих по трудовому договору, выплату выходных пособий этим лицам в случае их увольнения с учетом особенностей, установленных Законом о банкротстве, а также иных расходов, связанных с ликвидацией кредитной организации после дня отзыва лицензии на осуществление банковских операций;

2) обязанности по уплате обязательных платежей, возникшие со дня отзыва лицензии на осуществление банковских операций;

3) обязательства по перечислению денежных сумм, удержанных из заработной платы (алиментов, налога на доходы физических лиц, профсоюзных и страховых взносов и иных возложенных на работодателя в соответствии с федеральными законами платежей), выплачиваемой работникам кредитной организации в соответствии с федеральными законами.

Итак, ч. 4 комментируемой статьи определенным образом корреспондирует положениям ст. 20 Закона о банках и банковской деятельности. В то же время комментируемая норма, помимо текущих платежей, исключает возможность приостановления исполнительного производства, возбужденного и по иным исполнительным документам:

1) о взыскании задолженности по заработной плате;

2) о выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности;

3) об истребовании имущества из чужого незаконного владения;

4) о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью;

5) о компенсации морального вреда.

Полагаем, что между ч. 4 ст. 95 ФЗИП и ст. 20 Закона о банках и банковской деятельности есть довольно существенное противоречие. Очевидно, что требования о взыскании задолженности по заработной плате, о выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о компенсации морального вреда по своей правовой природе являются имущественными. Поэтому особый правовой режим, который установлен для них в ч. 4 ст. 95 ФЗИП, содержательно конфликтует со специальной нормой, определяющей правовые последствия отзыва у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций. Поскольку обе нормы по своей правовой природе являются специальными, для разрешения коллизии необходимо отдавать приоритет более поздней — таковой является ч. 4 ст. 95 ФЗИП <1>. Здесь же отдельно обратим внимание на то, что Высший Арбитражный Суд РФ для целей банкротного законодательства не квалифицирует виндикационные требования как имущественные <2>.

———————————

<1> Действующий ФЗИП принят 2 октября 2007 г., а ч. 9 Закона о банках и банковской деятельности изложена в ныне действующей редакции.

<2> См.: п. 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 июля 2009 г. N 59.

 

Статья 96. Порядок обращения взыскания при введении в отношении должника-организации процедур банкротства, а также при ликвидации должника-организации

 

Комментарий к статье 96

 

  1. Часть 1 комментируемой статьи конкретизирует предусмотренное п. 5 ч. 1 ст. 40 ФЗИП основание приостановления исполнительного производства, взаимоувязывая его с положениями Закона о банкротстве (абз. 4 п. 1 ст. 63, абз. 5 п. 1 ст. 81, абз. 2 п. 2 ст. 95).

Судебный пристав-исполнитель обязан приостановить исполнительное производство в случае вынесения арбитражным судом одного из следующих определений:

1) о введении наблюдения;

2) введении финансового оздоровления;

3) введении внешнего управления.

Не приостанавливается исполнительное производство лишь в случаях, если оно было возбуждено на основании:

1) исполнительных документов по требованиям, которые с точки зрения банкротного законодательства не квалифицируются как «имущественные взыскания». В самом ФЗИП прямо упоминается лишь одна категория таких требований — об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Однако Высший Арбитражный Суд РФ дал расширительное толкование ч. 1 ст. 96 ФЗИП, указывая и на иные подобные взыскания, в частности взыскания по спорам:

— касающимся защиты владения или принадлежности имущества (ст. 301 ГК РФ);

— о прекращении нарушений прав, не связанных с лишением владения (ст. 304 ГК РФ);

— об освобождении имущества от ареста (исключения из описи);

— о пресечении действий, нарушающих исключительное право на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации или создающих угрозу его нарушения (подп. 2 п. 1 ст. 1252 ГК РФ);

— об изъятии и уничтожении контрафактных материальных носителей, в которых они выражены, либо оборудования, прочих устройств и материалов, главным образом используемых или предназначенных для совершения нарушения исключительных прав на них (п. п. 4 и 5 ст. 1252 ГК РФ);

— об изъятии или конфискации орудий и предметов административного правонарушения <1>;

———————————

<1> См.: п. 3 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 июля 2009 г. N 59 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «Об исполнительном производстве» в случае возбуждения дела о банкротстве».

 

2) исполнительных документов, выданных на основании вступивших в законную силу до даты введения указанных выше банкротных процедур судебных актов или являющихся судебными актами:

— о взыскании задолженности по заработной плате;

— выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности;

— возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью;

— компенсации морального вреда.

Данный перечень имущественных взысканий в целом совпадает с перечнями, содержащимися в Законе о банкротстве применительно к отдельным банкротным процедурам (абз. 4 п. 1 ст. 63, абз. 5 п. 1 ст. 81, абз. 2 п. 2 ст. 95). Однако имеется одно имущественное взыскание, которое упоминается в Законе о банкротстве, однако во ФЗИП отсутствует: компенсация сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения (ст. 60 Градостроительного кодекса РФ). Поскольку норма Закона о банкротстве принята была позднее <1>, полагаем, что исполнительное производство, возбужденное на основании исполнительного документа по требованию о взыскании указанной компенсации, тоже не подлежит приостановлению;

———————————

<1> См.: Федеральный закон от 28 ноября 2011 г. N 337-ФЗ «О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации».

 

3) исполнительных документов по требованиям о взыскании задолженности по текущим платежам. Под текущими платежами Закон о банкротстве понимает денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом (если иное не установлено этим Законом), а также возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ (п. 1 ст. 5 данного Закона).

Высший Арбитражный Суд РФ указал, что «основанием для приостановления исполнения исполнительных документов судебным приставом-исполнителем является определение суда о введении наблюдения», «вынесение самостоятельного судебного акта по данному вопросу не требуется» <1>.

———————————

<1> Пункт 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 июля 2009 г. N 59.

 

В рамках неприостановленного исполнительного производства допускаются наложение арестов и совершение судебным приставом-исполнителем иных исполнительных действий, которые предусмотрены ФЗИП <1>.

———————————

<1> См.: п. 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 июля 2009 г. N 59.

 

  1. Часть 2 комментируемой статьи логически взаимосвязана с положениями п. 1 ст. 63, п. 1 ст. 81, п. 1 ст. 94 Закона о банкротстве, предусматривающими в качестве последствий введения конкретной процедуры банкротства в том числе снятие (отмену) арестов на имущество должника и иных ограничений в части распоряжения имуществом должника, наложенных в ходе исполнительного производства.

В то же время ч. 2 содержит и принципиально новое правило, наделяющее судебного пристава-исполнителя правом не снимать арест с имущества, стоимость которого не превышает размер задолженности, необходимый для исполнения требований исполнительных документов, исполнительное производство по которым не приостанавливается. Данное правило противоречит императивным положениям п. 1 ст. 63, п. 1 ст. 81, п. 1 ст. 94 Закона о банкротстве, не допускающим каких-либо изъятий в части снятия (отмены) арестов и иных ограничений, наложенных на имущество должника. Налицо коллизия специальных норм ФЗИП и Закона о банкротстве.

Новеллой является и содержащееся в комментируемой части правило о том, что имущество, арест с которого не снят, может быть реализовано для удовлетворения требований по исполнительным документам, исполнение по которым не приостанавливается.

  1. Часть 3 комментируемой статьи практически дословно воспроизводит положения п. 1 ст. 81, п. 1 ст. 94 Закона о банкротстве, ограничивая возможность наложения арестов и иных ограничений по распоряжению принадлежащим должнику имуществом исключительно рамками процесса о банкротстве.

Смысл данного ограничения сводится к тому, что ни другой суд (арбитражный суд), ни должностные лица (органы) не вправе в период финансового оздоровления или внешнего управления принимать акты, ограничивающие право арбитражного управляющего распоряжаться имуществом должника. Лицо, в том числе не участвующее в деле о банкротстве, заинтересованное в установлении таких ограничений, вправе обратиться с соответствующим заявлением в арбитражный суд, на рассмотрении которого находится дело о банкротстве <1>.

———————————

<1> См.: Научно-практический комментарий (постатейный) к Федеральному закону «О несостоятельности (банкротстве)» / Под ред. В.В. Витрянского. М., 2003.

 

В то же время применительно к процедуре внешнего управления Закон о банкротстве допускает одно исключение: как суды, так и судебный пристав-исполнитель вправе налагать аресты и иные ограничения в отношении взыскания задолженности по текущим платежам, а также по искам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения (абз. 6 п. 1 ст. 94 Закона о банкротстве).

  1. В соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 47 ФЗИП исполнительное производство оканчивается судебным приставом-исполнителем в случае признания должника-организации банкротом и направления исполнительного документа конкурсному управляющему, за исключением исполнительных документов, указанных в ч. 4 ст. 96 ФЗИП.

Пункт 1 ст. 126 Закона о банкротстве предусматривает, что все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования, за исключением текущих платежей, указанных в п. 1 ст. 134 Закона о банкротстве, и требований о признании права собственности, о взыскании морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных сделок и о применении последствий их недействительности, могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства.

Часть 4 комментируемой статьи согласует специальную норму п. 1 ст. 126 Закона о банкротстве с положениями, регламентирующими окончание исполнительного производства. Итак, окончанию подлежат все возбужденные в отношении должника исполнительные производства, за исключением производств, возбужденных по исполнительным документам:

— о признании права собственности;

— о компенсации морального вреда;

— об истребовании имущества из чужого незаконного владения;

— о применении последствий недействительности сделок;

— о взыскании задолженности по текущим платежам.

Из сравнительного анализа комментируемой части и п. 1 ст. 126 Закона о банкротстве можно обнаружить, что в ч. 4 ст. 96 ФЗИП отсутствует указание на требования о признании недействительными ничтожных сделок. Возможно, законодатель исходил из того, что само по себе удовлетворение такого требования не влечет необходимость принудительного исполнения. В то же время нельзя не учитывать, что в силу дискреционных полномочий, которые предусмотрены п. 2 ст. 166 ГК РФ, суд (арбитражный суд) может применить последствия недействительности ничтожной сделки по собственной инициативе. Поэтому полагаем, что редакция п. 1 ст. 126 Закона о банкротстве является более точной и, следовательно, получение судебным приставом-исполнителем копии решения арбитражного суда о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства не должно влечь окончание исполнительного производства, возбужденного по требованию о признании недействительной ничтожной сделки.

Пунктом 6 ч. 1 ст. 47 ФЗИП предусмотрено еще одно основание для окончания исполнительного производства — ликвидация должника-организации и направление исполнительного документа в ликвидационную комиссию (ликвидатору), за исключением исполнительных документов, указанных в ч. 4 ст. 96 ФЗИП.

В соответствии с п. 2 ст. 61 ГК РФ юридическое лицо может быть ликвидировано по решению:

— его учредителей (участников) либо органа юридического лица, уполномоченного на то учредительными документами, в том числе в связи с истечением срока, на который создано юридическое лицо, с достижением цели, ради которой оно создано;

— суда в случае допущенных при его создании грубых нарушений закона, если эти нарушения носят неустранимый характер, либо осуществления деятельности без надлежащего разрешения (лицензии), либо запрещенной законом, либо с нарушением Конституции РФ, либо с иными неоднократными или грубыми нарушениями закона или иных правовых актов, либо при систематическом осуществлении некоммерческой организацией, в том числе общественной или религиозной организацией (объединением), благотворительным или иным фондом, деятельности, противоречащей ее уставным целям, а также в иных случаях, которые предусмотрены ГК РФ.

Поскольку ликвидация юридического лица вне процедур несостоятельности также влечет его прекращение без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам, то и окончание исполнительного производства по этому основанию вполне логично.

Изъятия, касающиеся исполнительных производств, возбужденных по требованиям о признании права собственности, компенсации морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о применении последствий недействительности сделок (ч. 4 ст. 96 ФЗИП), распространяются и на случаи ликвидации организации.

Одновременно с вынесением постановления об окончании исполнительного производства судебный пристав-исполнитель снимает наложенные им в ходе исполнительного производства аресты на имущество должника и иные ограничения по распоряжению этим имуществом.

  1. Часть 5 комментируемой статьи регламентирует процедуру передачи исполнительных документов конкурсному управляющему и в ликвидационную комиссию (ликвидатору). Законодатель особо указал на необходимость передачи и копии постановления об окончании исполнительного производства.
  2. Часть 6 комментируемой статьи содержит новеллу: по заявлению взыскателя судебный пристав-исполнитель вправе проводить проверку правильности исполнения исполнительных документов, направленных ликвидатору, в порядке, установленном ч. ч. 8 и 9 ст. 47 ФЗИП.

В соответствии с ч. 8 ст. 47 по оконченному исполнительному производству о взыскании периодических платежей судебный пристав-исполнитель вправе совершать исполнительные действия, предусмотренные п. 16 ч. 1 ст. 64 ФЗИП, самостоятельно или в порядке, установленном ч. 6 ст. 33 ФЗИП (в рамках института поручения).

При этом п. 16 ч. 1 ст. 64 предусматривает, что судебный пристав-исполнитель вправе проводить проверку правильности удержания и перечисления денежных средств по судебному акту, акту другого органа или должностного лица по заявлению взыскателя или по собственной инициативе. При проведении такой проверки ликвидатор обязан представить судебному приставу-исполнителю соответствующие бухгалтерские и иные документы.

В соответствии с ч. 9 ст. 47 ФЗИП в течение срока предъявления исполнительного документа к исполнению постановление судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства может быть отменено старшим судебным приставом или его заместителем по собственной инициативе либо по заявлению взыскателя в случае необходимости повторного совершения исполнительных действий и применения, в том числе повторного, мер принудительного исполнения.

  1. Часть 7 комментируемой статьи распространяет специальные правила ч. ч. 1 — 6 ст. 96 ФЗИП на случаи обращения взыскания на имущество должника-гражданина, зарегистрированного в установленном порядке в качестве индивидуального предпринимателя, в случае исполнения исполнительного документа, выданного судом, другим органом или должностным лицом в связи с предпринимательской деятельностью указанного гражданина.

Статья 97. Порядок обращения взыскания при реорганизации должника-организации

 

Комментарий к статье 97

 

В соответствии с гражданским законодательством реорганизация юридического лица возможна в формах слияния, присоединения, разделения, выделения и преобразования (п. 1 ст. 57 ГК РФ).

Комментируемая статья по сути воспроизвела выработанное ранее в судебной практике положение о том, что замена стороны ее правопреемником в исполнительном производстве осуществляется на основании судебного акта <1>.

———————————

<1> См.: п. 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 21 июня 2004 г. N 77 «Обзор практики рассмотрения дел, связанных с исполнением судебными приставами-исполнителями судебных актов арбитражных судов».

 

Буквальное толкование комментируемой нормы приводит к выводу, что организация-правопреемник всегда должна определяться судебным актом. Однако такой подход противоречит общей норме о правопреемстве в исполнительном производстве — ч. 2 ст. 52 ФЗИП устанавливает, что судебный пристав-исполнитель производит замену стороны исполнительного производства на основании:

1) судебного акта о замене стороны исполнительного производства правопреемником по исполнительному документу, выданному на основании судебного акта или являющегося судебным актом;

2) правоустанавливающих документов, подтверждающих выбытие стороны исполнительного производства, по исполнительному документу, выданному иным органом или должностным лицом.

Иначе говоря, общая норма ч. 2 ст. 52 ФЗИП допускает замену стороны исполнительного производства во внесудебной процедуре (такая процедура используется в случаях, когда исполнительный документ выдан несудебным органом), а специальная норма ст. 97 ФЗИП категорично говорит о необходимости вынесения судебного акта во всех случаях (независимо от того, кем был выдан исполнительный документ).

Полагаем, что имеющаяся коллизия между общей нормой ч. 2 ст. 52 ФЗИП и специальной, предусмотренной комментируемой статьей, должна быть разрешена в пользу общей нормы. На наш взгляд, нет никакой логики, почему именно в отношении должника-организации должна всегда использоваться судебная процедура для констатации имевшего место правопреемства. Действительно, почему эта же процедура не используется в отношении организации, являющейся взыскателем в исполнительном производстве, в случае, когда исполнительный документ выдан несудебным органом? Видимо, само появление ст. 97 ФЗИП стало следствием внутренней несогласованности закона. Обратим также внимание на то, что механизм, позволяющий судебному приставу-исполнителю самому оценивать правоустанавливающие документы, подтверждающие выбытие стороны исполнительного производства (а не дожидаться акта несудебного органа или должностного лица о замене и затем дублировать его для целей исполнительного производства), был введен Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. N 441-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об исполнительном производстве».

Содержание

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code