Глава 7. ИСПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ДЕЙСТВИЯ. МЕРЫ ПРИНУДИТЕЛЬНОГО ИСПОЛНЕНИЯ

Комментарий к ФЗ «Об исполнительном производстве»

 

Статья 64. Исполнительные действия

 

Комментарий к статье 64

 

  1. Анализ содержания комментируемой статьи свидетельствует о том, что она не столько содержит виды исполнительных действий как процессуальную форму применения мер принудительного исполнения, сколько устанавливает права (полномочия) судебного пристава-исполнителя.

Анализ определения, приведенного в ч. 1 комментируемой статьи, а также перечня исполнительных действий позволяет выделить ряд признаков, свойственных исполнительным действиям:

1) исполнительные действия вправе совершать только судебный пристав-исполнитель. Иные должностные лица ФССП России не вправе совершать исполнительные действия (за исключением старшего судебного пристава при исполнении им обязанности судебного пристава-исполнителя исходя из смысла ст. ст. 8 — 10 Закона о судебных приставах);

2) совершение исполнительных действий допускается с момента возбуждения исполнительного производства;

3) исполнительные действия направлены на создание условий для применения мер принудительного исполнения и в конечном счете на исполнение требований исполнительного документа;

4) совершенные исполнительные действия могут выступать предметом самостоятельного судебного оспаривания или обжалования вышестоящему должностному лицу.

Из системного толкования норм ФЗИП следует, что в отличие от мер принудительного исполнения исполнительные действия могут совершаться и по приостановленному исполнительному производству. Так, ч. 6 ст. 45 ФЗИП устанавливает правило, в соответствии с которым последствием приостановления исполнительного производства выступает невозможность применения мер принудительного исполнения, а не совершения исполнительных действий.

По логике комментируемого Закона исполнительные действия, вероятно, должны рассматриваться как более детальная форма реализации мер принудительного исполнения. Однако при сопоставлении видов мер принудительного исполнения и исполнительных действий этого не наблюдается.

В комментируемой статье закреплены в основном права судебного пристава-исполнителя, включая и право на применение мер принудительного исполнения, которые он может реализовать в ходе исполнительного производства в отношении как сторон производства, так и других лиц.

Таким образом, комментируемая статья содержит две особенности. Первая состоит в том, что она несколько выбивается из логики построения гл. 7 ФЗИП. С позиции последовательности ее нужно было бы разместить после ст. 68 или убрать из главы. Вторая особенность заключается в том, что эта статья посвящена не исполнительным действиям, как указано в ее названии, а правомочиям судебного пристава-исполнителя.

Предлагаемый в статье перечень исполнительных действий не носит исчерпывающего характера, а является открытым для возможности как законодательного дополнения, так и совершения иных действий, не поименованных в данном перечне. Конструкция комментируемой нормы предполагает также, что все совершаемые судебным приставом-исполнителем действия, даже не указанные в статье, являются исполнительными действиями. Такое четкое отнесение всех без исключения действий судебного пристава-исполнителя к категории исполнительных, т.е. придание всем действиям процессуального статуса, является принципиальным новшеством комментируемого Закона.

  1. Дальнейший анализ рассматриваемой нормы показывает, что, по сути в комментируемой статье содержатся положения о статусе судебного пристава-исполнителя, в том числе уже содержащиеся в иных нормативных актах (ст. ст. 12, 14 Закона о судебных приставах), и положения о мерах принудительного исполнения (ст. 68 ФЗИП), т.е. общим списком фактически закреплены (перечислены) права судебного пристава-исполнителя и отдельные процедуры исполнительного производства.

Ниже рассмотрим все перечисленные в комментируемом Законе исполнительные действия как с позиции системы, так и с позиции содержания:

1) в п. 1 ч. 1 комментируемой статьи в качестве исполнительного действия закреплено право судебного пристава-исполнителя вызывать стороны исполнительного производства (их представителей), иных лиц в случаях, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации.

Порядок процессуальной реализации данного правомочия детально закреплен в гл. 4 «Извещения и вызовы в исполнительном производстве» комментируемого Закона (см. комментарий к ст. ст. 24 — 29 ФЗИП).

Аналогичное право судебного пристава-исполнителя закреплено в абз. 10 п. 2 ст. 12 Закона о судебных приставах.

В комментируемом Законе данное процессуальное действие получило развернутое регулирование по аналогии с ГПК РФ, чего ранее не было. Четко определены форма, порядок извещения и фиксации факта извещения, последствия нарушения порядка извещения;

2) в п. 2 ч. 1 комментируемой статьи в качестве исполнительного действия закреплено право судебного пристава-исполнителя запрашивать необходимые сведения, в том числе персональные данные, у физических лиц, организаций и органов, находящихся на территории РФ, а также на территориях иностранных государств, в порядке, установленном международным договором Российской Федерации, получать от них объяснения, информацию, справки.

Комментируемая статья отчасти дублирует полномочия, закрепленные в абз. 1 п. 2 ст. 12 и в ст. 14 Закона о судебных приставах.

Детального регулирования порядок реализации данного права судебного пристава-исполнителя в Законе не получил. Основной формой его реализации является направление судебным приставом-исполнителем запросов в различные органы, учреждения, организации, а при необходимости — и в адрес граждан. Необходимость получения информации определяется характером исполнительного производства.

Приказом ФССП России от 11 июля 2012 г. N 318 «Об утверждении примерных форм процессуальных документов, применяемых должностными лицами Федеральной службы судебных приставов в процессе исполнительного производства» (приложения N 19 — 31) определены общие формы запросов.

Специальных и четких требований по содержательной части запросов Приказ не указывает. В ряде случаев требования к ней могут содержаться в соглашениях о взаимодействии, заключаемых ФССП России с различными государственными органами.

В то же время принципиально важно, что четких формальных требований к порядку получения судебным приставом-исполнителем той или иной информации нет и быть не может, так как здесь допускается множество вариантов его реализации.

Использованная в комментируемой статье законодательная формулировка предполагает, что запрашивать необходимые сведения судебный пристав-исполнитель может у неограниченного круга лиц вне зависимости от их процессуального статуса в исполнительном производстве.

Комментируемую норму можно рассматривать как развитие института обязательности требований судебного пристава-исполнителя, закрепленного в ст. 6 комментируемого Закона и ст. 14 Закона о судебных приставах. Причем норма ст. 14 Закона о судебных приставах более детальна и эффективна, так как дополнительно устанавливает, что требуемая информация представляется безвозмездно и в установленный судебным приставом-исполнителем срок.

Вместе с тем комментируемая норма неизбежно ставит вопросы об объеме запрашиваемой информации, о ее характере и относимости к исполнительному производству.

Статья 14 Закона о судебных приставах устанавливает, что информация, в том числе персональные данные, в объеме, необходимом для исполнения судебным приставом служебных обязанностей в соответствии с законодательством Российской Федерации об исполнительном производстве, предоставляется по требованию судебного пристава в виде справок, документов и их копий безвозмездно и в установленный им срок. Следовательно, первое и главное требование, которому должна соответствовать запрашиваемая информация, — это ее необходимость судебному приставу-исполнителю для осуществления его функций, т.е. для исполнения требований исполнительного документа.

Справедливость такого подхода подтверждается Постановлением Конституционного Суда РФ от 14 мая 2003 г. N 8-П «По делу о проверке конституционности пункта 2 статьи 14 Федерального закона «О судебных приставах» в связи с запросом Лангепасского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа». Этим актом п. 2 ст. 14 Закона о судебных приставах признан не противоречащим Конституции РФ в его нормативном единстве с положениями п. 2 ст. 12 этого же Закона в той мере, в какой ими предусматривается право судебного пристава-исполнителя в связи с исполнением постановления суда запрашивать и получать в банках, иных кредитных организациях необходимые сведения о вкладах физических лиц в том размере, который требуется для исполнения исполнительного документа, и в пределах, определяемых постановлением суда.

Следующее, что требует пояснения, — это вопрос о характере запрашиваемых сведений. Информация и документы могут быть имеющимися в наличии (например, информация, содержащаяся в базах данных различных регистрирующих органов) и вновь создаваемыми, в том числе в результате выполнения большого объема работ (план промышленного здания, межевое дело, кадастровый план и др.). Из логики статьи следует, что в данном случае речь идет об информации, которая имеется в наличии и представление которой не предполагает выполнения работ (оказания услуг).

Новизна нормы состоит также в расширении территориальной юрисдикции судебного пристава-исполнителя и наделении его правом запрашивать необходимую информацию на территориях иностранных государств в порядке, установленном международным договором Российской Федерации. В условиях отсутствия у России соответствующих договоров о правовой помощи с большинством европейских государств так называемого дальнего зарубежья реализация данной нормы представляется возможной только в отношениях с государствами — участниками СНГ либо с другими государствами на принципе взаимности. Более подробно о действующих международных договорах и практике международных юридических отношений см. комментарий к ст. 11 ФЗИП;

3) в п. 3 ч. 1 комментируемой статьи провозглашено полномочие судебного пристава-исполнителя проводить проверку, в том числе проверку финансовых документов, по исполнению исполнительных документов.

Это принципиально новый процессуальный инструмент судебного пристава-исполнителя. Правоприменение пока не сформировало реальной практики реализации данного права. Конструкция нормы точно не указывает на цель, основания, предмет, характер, объем и пределы возможной проверки.

Теоретически можно предположить, что обозначенная проверка может иметь три цели. Во-первых, проверить факт совершения должником действий, которые предусмотрены требованием исполнительного документа (например, если исполнительным документом предусмотрено совершение либо воздержание от совершения каких-либо действий); во-вторых, проверить выполнение требований исполнительного документа лицом, не являющимся должником, но обязанным их выполнить (например, в случаях передачи исполнительных документов для дальнейшего исполнения конкурсному управляющему либо иным органам и должностным лицам (не связанным с должником трудовыми правоотношениями и правоотношениями по выплате периодических платежей); в-третьих, проверить необходимые документы для установления имущества должника.

В качестве оснований для проведения такой проверки можно рассматривать наличие исполнительного документа с неисполненными требованиями как в производстве судебного пристава-исполнителя, так и находящегося на исполнении у иного лица. Поводом для проведения проверки может быть инициатива судебного пристава-исполнителя либо заявление взыскателя. Полагаем, что решение о проведении проверки должно быть согласно ст. 14 ФЗИП оформлено в виде постановления.

Следует считать допустимой возможность проведения судебным приставом-исполнителем проверки даже в случае, если исполнительное производство окончено, поскольку это соответствует сформулированным целям проверки и объему прав судебного пристава-исполнителя (в части обязательности его требований), которые предусмотрены ст. 6 ФЗИП.

Круг субъектов, в отношении которых возможно проведение указанной проверки, в Законе не обозначен. Это также затрудняет применение данной нормы, поскольку из ее формулировки следует, что судебный пристав-исполнитель вправе провести проверку как у должника, так и у любого другого лица, если оно хоть как-то связано с исполнением требований исполнительного документа. Подобная ситуация требует скорейшего законодательного уточнения, ибо существующая формулировка дает неограниченные полномочия судебному приставу-исполнителю <1>.

———————————

<1> В частности, она допускает, что судебный пристав-исполнитель вправе проверить документацию банка, если туда передан исполнительный документ для производства взыскания, или проверить деятельность Федерального казначейства, где также могут находиться исполнительные документы. Однако полагаем, что объем полномочий судебного пристава-исполнителя в данной ситуации должен быть четко ограничен его компетенцией и он не должен подменять деятельность других контролирующих органов.

 

Предмет и характер проверки вытекают из ее целей. Можно предположить, что предметом проверки могут быть документы, свидетельствующие о выполнении требований исполнительного документа, а также документы, содержащие информацию о них либо о соответствующих действиях, документы, отражающие имущественное положение должника и способствующие установлению его имущества (баланс, договоры, бухгалтерские книги и документы и т.п.), и др. Например, в соответствии с п. 2 ст. 12 Закона о судебных приставах и п. п. 3 и 16 ч. 1 комментируемой статьи судебный пристав-исполнитель имеет право проводить у работодателей проверку исполнения исполнительных документов на работающих у них должников и ведения финансовой документации по исполнению указанных документов <1>.

———————————

<1> См.: Методические рекомендации по порядку исполнения требований исполнительных документов о взыскании алиментов, утвержденные ФССП России 19 июня 2012 г. N 01-16.

 

Здесь же неизбежно встает вопрос об объеме и о пределах проводимой проверки. Очевидно, что в случае с должником предметом интереса судебного пристава-исполнителя могут быть практически любые его документы. Несколько иная ситуация складывается при попытке реализовать данную фискальную функцию в отношении субъектов, не являющихся должниками. Ими могут быть и банки, и органы Федерального казначейства, и конкурсные управляющие, и иные государственные органы и лица, в компетенцию которых входит исполнение требований исполнительных документов. В этом случае предмет проверки, вероятно, должен быть строго ограничен проверкой документов, исключительно возникающих при исполнении требований исполнительного документа и подтверждающих факт, своевременность и полноту его исполнения. Определить исчерпывающий перечень видов таких документов невозможно, но общий методологический посыл определения объема и предела проверки представляется именно таким. Точное решение вопроса об объеме и о пределах (допустимости) проводимой проверки необходимо для аргументации правомерности действий судебного пристава-исполнителя и реализации мер ответственности в случае отказа в представлении той или иной информации.

В случае отказа в представлении запрашиваемой информации, а также в случаях выявления в ходе проверки нарушений порядка исполнения требований исполнительных документов судебный пристав-исполнитель может реализовать меры ответственности согласно ст. ст. 113, 114 ФЗИП, ст. 17.14 КоАП РФ, ст. 315 УК РФ и другим нормам иных нормативных актов;

4) в п. 4 ч. 1 комментируемой статьи закреплено право судебного пристава-исполнителя давать физическим и юридическим лицам поручения по исполнению требований, содержащихся в исполнительных документах.

Данная норма является результатом развития нормы абз. 3 п. 2 ст. 12 Закона о судебных приставах, в которой было закреплено право судебного пристава-исполнителя давать гражданам и организациям, участвующим в исполнительном производстве, поручения по вопросам совершения конкретных исполнительных действий.

Как видим, комментируемый Закон предлагает более четкий и конкретный вариант формулировки данного права. В то же время дальнейшего закрепления права и раскрытия порядка его реализации ФЗИП не содержит.

Требует уточнения характер возможных поручений. Исходя из содержания Закона, можно предположить, что в ходе исполнительного производства может возникать необходимость в даче поручений, как напрямую направленных на исполнение требований исполнительного документа (направление исполнительного документа по месту работы должника с поручением об удержании и проч.), так и косвенно их обеспечивающих (поручение о вручении документов, регистрации имущества, реализации имущества и др.). При этом ряд поручений может иметь процессуальное оформление в виде постановления (о привлечении специалиста и т.д.), а ряд поручений может быть оформлен как в письменной, так и в устной непроцессуальной форме (например, поручение о вручении документов).

Полагаем, что в данном случае буквальное понимание статьи, формально допускающей дачу поручений, только напрямую направленных на исполнение требований исполнительного документа, будет неправильным. Формулирование поручений, не прямо, а косвенно обеспечивающих исполнение требований исполнительного документа, также возможно в рамках права, предоставленного данной нормой.

Об этом свидетельствует и анализ содержания ФЗИП, из которого следует, что Закон прямо и четко предусматривает только три случая, когда судебный пристав-исполнитель может (должен) давать поручения физическим и юридическим лицам по исполнению требований, содержащихся в исполнительных документах. Это:

во-первых, случай, предусмотренный ч. 1 ст. 24 ФЗИП, согласно которой судебный пристав-исполнитель может поручить любому лицу (с его согласия) доставку лицам, участвующим в исполнительном производстве, повестки о вызове к судебному приставу-исполнителю или о возможных исполнительных действиях;

во-вторых, ситуация, предусмотренная ч. 3 ст. 71 ФЗИП, согласно которой при обращении взыскания на денежные средства должника в иностранной валюте судебный пристав-исполнитель должен постановлением поручить банку продать иностранную валюту в размере задолженности и перечислить полученные от продажи денежные средства в рублях на депозитный счет подразделения судебных приставов;

в-третьих, случаи, предусмотренные ч. 8 ст. 104 ФЗИП, устанавливающей, что при конфискации бездокументарных ценных бумаг судебный пристав-исполнитель направляет постановление о конфискации лицу, осуществляющему учет прав на эти ценные бумаги, с поручением о списании конфискованных ценных бумаг со счета должника и о зачислении их на счет государственного органа или организации в соответствии с их компетенцией.

Как видим, первый пример предполагает поручение, напрямую не связанное с исполнением требований исполнительного документа, но способствующее этому, а третий пример комбинирует две формы исполнения требований исполнительного документа — постановление о конфискации и поручение о списании конфискованных ценных бумаг, хотя все это можно было бы и объединить в одном документе.

Таким образом, в исполнительном производстве возможно большое видовое разнообразие поручений судебного пристава-исполнителя. Процессуальный статус субъектов, которым могут быть адресованы такие поручения, ФЗИП не определяет, из чего следует вывод, что ими могут быть как должник, так и любое иное лицо. В то же время норма абз. 3 п. 2 ст. 12 Закона о судебных приставах ограничивает этот круг указанием на «граждан и организации, участвующие в исполнительном производстве». Однако в названном Законе понятие «граждане и организации, участвующие в исполнительном производстве» используется как ненормативное и не раскрывается по объему. Зато это сделано в ст. 48 ФЗИП, где установлено, что лицами, участвующими в исполнительном производстве, являются: взыскатель и должник; лица, непосредственно исполняющие требования, содержащиеся в исполнительном документе; иные лица, содействующие исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе (переводчик, понятые, специалист, лицо, которому судебным приставом-исполнителем передано под охрану или на хранение арестованное имущество, и др.).

Таким образом, правильно будет предположить, что судебный пристав-исполнитель вправе давать поручения по исполнению требований, содержащихся в исполнительных документах, только лицам, указанным в ст. 48 ФЗИП.

Требует уточнения и характер возможных поручений. Законодательно не закреплены критерии формирования поручений, однако анализ положений ФЗИП (ст. ст. 24, 71, 104) позволяет сделать вывод, что поручения могут носить только вспомогательный характер, соответствовать компетенции юридического лица либо быть адресованы гражданам, имеющим обязанность и возможность их исполнить. При этом судебный пристав-исполнитель при формировании поручения не вправе делегировать никому своих непосредственных и исключительных полномочий (арест имущества, проникновение в жилище и др.).

Для полноты информации необходимо указать, что в ряде случаев ФЗИП допускает возможность дачи поручения в ином порядке, нежели установленный комментируемым пунктом. Например, это норма ч. 6 ст. 33, устанавливающая, что судебный пристав-исполнитель вправе при необходимости совершения отдельных исполнительных действий и (или) применения отдельных мер принудительного исполнения на территории, на которую не распространяются полномочия судебного пристава-исполнителя, поручить соответствующему судебному приставу-исполнителю совершить эти исполнительные действия и (или) применить меры принудительного исполнения;

5) в п. 5 ч. 1 комментируемой статьи закреплено право судебного пристава-исполнителя входить в нежилые помещения, занимаемые должником или другими лицами либо принадлежащие должнику или другим лицам, в целях исполнения исполнительных документов.

Аналогичное право закреплено и в абз. 4 п. 2 ст. 12 Закона о судебных приставах, где сказано, что судебный пристав-исполнитель вправе входить в помещения и хранилища, занимаемые должниками или принадлежащие им, производить осмотры указанных помещений и хранилищ, при необходимости вскрывать их, а также на основании определения соответствующего суда совершать указанные действия в отношении помещений и хранилищ, занимаемых другими лицами или принадлежащих им.

Ни ФЗИП, ни Закон о судебных приставах не раскрывают порядка реализации данного права. Единственная норма ФЗИП, где говорится о порядке реализации данного права, — это ст. 59, устанавливающая обязательность участия понятых при проникновении в жилые и нежилые помещения. Новая редакция ФЗИП пошла по пути разграничения правового режима проникновения судебного пристава-исполнителя в зависимости от вида помещения (жилое, нежилое). Комментируемый пункт ст. 64 ФЗИП устанавливает такое право только в отношении нежилых помещений.

При применении комментируемого пункта неизбежно встает вопрос о конкуренции норм ФЗИП и Закона о судебных приставах. Причем общее правило о необходимости применения более новой нормы в ситуации, когда одно и то же правоотношение имеет регулирование в двух разных по времени принятия нормативных актах, здесь вряд ли применимо.

Основная проблема применения комментируемого пункта заключается в понимании объема полномочий, делегированных судебному приставу-исполнителю. Конструкция нормы данного пункта устанавливает, что судебный пристав-исполнитель имеет право «входить в нежилые помещения, занимаемые должником или другими лицами либо принадлежащие должнику или другим лицам», т.е. судебный пристав-исполнитель наделяется абсолютным правом, позволяющим ему практически произвольно проникать в любые нежилые помещения, принадлежащие любым лицам или занимаемые ими. Правовые основания для этого сформулированы в Законе крайне расплывчато — «в целях исполнения исполнительных документов». Порядок реализации данного права требует скорейшего законодательного уточнения. Если в отношении должника данное право судебного пристава-исполнителя представляется бесспорным и подтверждено Конституционным Судом РФ <1>, то конституционность возможности проникновения в отношении нежилых помещений других лиц представляется сомнительной.

———————————

<1> См., например: Определение Конституционного Суда РФ от 14 октября 2004 г. N 297-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб граждан Магденко Александра Михайловича и Магденко Натальи Николаевны на нарушение их конституционных прав положением пункта 2 статьи 12 Федерального закона «О судебных приставах».

 

На законодательном уровне необходимо четко и по возможности исчерпывающе определить, в каких конкретно случаях, при наличии каких обстоятельств, в каком порядке, на основании каких документов, для каких целей судебный пристав-исполнитель имеет право проникать в нежилые помещения иных лиц и какие действия он может там совершать.

Стоит также отметить, что норма абз. 4 п. 2 ст. 12 Закона о судебных приставах, устанавливающая необходимость получения санкции суда для проникновения в помещения других лиц, не утратила своего правового значения и должна применяться, выступая неким законодательным ограничителем правомочия судебного пристава-исполнителя, содержащегося в комментируемом пункте;

6) в п. 6 ч. 1 комментируемой статьи закреплено право судебного пристава-исполнителя с письменного разрешения старшего судебного пристава (а в случае исполнения исполнительного документа о вселении взыскателя или выселении должника — без указанного разрешения) входить без согласия должника в жилое помещение, занимаемое должником.

Данная правовая возможность (как и в случае с предыдущим пунктом ч. 1 комментируемой статьи) аналогична праву судебного пристава-исполнителя, ранее закрепленному в абз. 4 п. 2 ст. 12 Закона о судебных приставах.

Предлагаемая ФЗИП правовая конструкция содержит следующие нововведения: во-первых, предлагается классификация помещений должника на жилые и нежилые (чего ранее не было); во-вторых, введена квалифицированная процессуальная форма разрешения на вход в жилое помещение (письменное разрешение старшего судебного пристава); в-третьих, четко установлено, что допускается проникновение в жилые помещения, принадлежащие только должнику, — в отношении других лиц такого права судебному приставу-исполнителю не предоставлено.

Четкость формулировок данной нормы, изменение правовой модели рассматриваемых отношений исключают возможность применения положений абз. 4 п. 2 ст. 12 Закона о судебных приставах по отношению к жилым помещениям.

Несмотря на указанные выше нововведения, комментируемое право не получило в Законе развернутого регулирования в отношении порядка его реализации. Он по-прежнему во многом зависит от усмотрения судебного пристава-исполнителя.

Исключения составляют только два случая, которые предусмотрены ст. 107 «Исполнение содержащегося в исполнительном документе требования о выселении» и ст. 108 «Исполнение содержащегося в исполнительном документе требования о вселении взыскателя». В данных нормах порядок входа в жилые помещения должников несколько детализирован: определены основания, условия, цели, формы фиксации, отсутствует необходимость в получении разрешения старшего судебного пристава и др. (см. в комментариях к названным статьям).

Во всех других случаях этот порядок остается неопределенным и требует законодательного уточнения. Важно также выделить, что необходимость входа в жилые помещения должника может возникнуть у судебного пристава-исполнителя в двух основных случаях. Во-первых, для вручения процессуальных документов (например, повестки) и личной беседы, а во-вторых, для совершения исполнительных действий (например, ареста имущества, осмотра имущества, находящегося в помещении).

Полагаем, что в первом случае получение разрешения старшего судебного пристава не требуется, так как на этом этапе не предполагается совершение процессуальных действий и ограничение чьих-либо прав. Кроме того, посещение должника и личная беседа с ним (в неформальной, непроцессуальной форме) совершаются практически по каждому исполнительному производству, и получать разрешение по каждому исполнительному производству крайне проблематично, а главное — нецелесообразно.

Включая в Закон требование о необходимости получения разрешения старшего судебного пристава на вход в жилое помещение, законодатель, вероятно, имел в виду случаи второго рода, когда вход в жилое помещение должника сопряжен с производством там процессуальных (исполнительных) действий (например, с арестом имущества). Такое понимание комментируемой нормы выглядит логически оправданным.

Закон не определяет ни формы, ни правовой сущности разрешения старшего судебного пристава на вход в жилое помещение, устанавливая только, что оно должно быть дано в письменной форме. Остается предположить, что целью выдачи такого разрешения должна быть проверка соблюдения судебным приставом-исполнителем всех формальностей, предшествующих применению такой крайней меры, как проникновение в жилое помещение должника. Открытым остается вопрос о действии разрешения во времени и по кругу лиц. Формально из текста статьи не следует, должно такое разрешение выдаваться по конкретному исполнительному производству или его можно выдать на определенный срок в отношении неопределенного круга должников (как своеобразную лицензию на определенный вид деятельности или допуск к выполнению определенного вида работ). Официальная позиция ФССП России и правоприменительная практика идут по пути обязательности выдачи разрешения на каждый конкретный случай необходимости входа в жилое помещение.

Требует законодательного уточнения по объему и использованный в Законе термин «входить без согласия должника», а именно: предполагает ли он право входить в помещение в отсутствие должника и право входить в помещение, преодолевая сопротивление должника?

Сама по себе конституционность права судебного пристава-исполнителя на проникновение в жилое помещение должника была предметом рассмотрения в Конституционном Суде РФ и подтверждена в его Определении от 14 октября 2004 г. N 297-О:

«Вопрос о праве проникновения в жилище против воли проживающих в нем лиц разрешен в самой Конституции Российской Федерации (статья 25). Провозглашая неприкосновенность жилища, эта норма вместе с тем предусматривает и ограничение этого конституционного права граждан в случаях, установленных федеральным законом.

Оспариваемая заявителями норма (абз. 4 п. 2 ст. 12 Закона о судебных приставах), направленная на судебную защиту прав взыскателей в стадии исполнения судебного решения, содержится в федеральном законе, т.е. в законе того уровня, который предусмотрен упомянутой статьей Конституции Российской Федерации. Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что конституционные права заявителей оспариваемой нормой нарушены не были и, кроме того, они реализовали свое право на судебную защиту.

Что касается утверждения заявителей о несоответствии оспариваемой нормы статье 35 (часть 1) Конституции Российской Федерации об охране законом частной собственности, то предусмотренное этой нормой ограничение неприкосновенности жилища согласуется со статьями 17 (часть 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Ссылка же на статьи 18, 19 (часть 2) и 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации носит произвольный характер и не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации во внимание».

Примерная форма постановления судебного пристава-исполнителя о вскрытии жилого помещения установлена в приложении N 55 к Приказу ФССП России от 11 июля 2012 г. N 318. Постановление подлежит утверждению старшим судебным приставом.

Письменное разрешение старшего судебного пристава на вход судебного пристава-исполнителя в жилое помещение, занимаемое должником, не требуется для совершения исполнительных действий о вселении и выселении должника.

При совершении исполнительных действий и применении мер принудительного исполнения, связанных с вскрытием нежилых помещений и хранилищ, занимаемых должником или другими лицами либо принадлежащих должнику или другим лицам, а также жилых помещений, занимаемых должником, осмотром имущества должника, наложением на него ареста, изъятием и передачей указанного имущества, требуется обязательное участие не менее двух понятых.

По результатам проведенной проверки (и действий) судебный пристав-исполнитель составляет акт. В указанном акте понятые обязаны удостоверить своей подписью факт совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения, при которых они присутствовали, с указанием имеющихся замечаний.

При возникновении угрозы жизни и здоровью судебного пристава-исполнителя, а также для обеспечения правопорядка на месте совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения могут привлекаться сотрудники органов внутренних дел.

Порядок проведения исполнительных действий, связанных со входом в жилые помещения, регламентирован также в ст. ст. 107 и 108 ФЗИП. В соответствии с указанными нормами судебный пристав-исполнитель вправе входить в помещения, занимаемые должником (без его согласия), в случае его выселения и вселения с обязательным условием присутствия понятых. Федеральная служба судебных приставов неоднократно подчеркивала: «Принудительное проникновение в жилище должника — исключительная мера…» <1>. Реализация этого права возможна при наличии вступившего в силу исполнительного документа, уведомления (извещения) должника о наличии исполнительного производства, истечения срока для добровольного исполнения и после применения мер ответственности в виде штрафа и др.;

———————————

<1> Судебные приставы готовятся входить в квартиры без стука // РГ. 2008. 20 марта.

 

7) в п. 7 ч. 1 комментируемой статьи закреплена правовая возможность судебного пристава-исполнителя в целях обеспечения исполнения исполнительного документа накладывать арест на имущество, в том числе денежные средства и ценные бумаги, изымать указанное имущество, передавать арестованное и изъятое имущество на хранение. Данное правомочие аналогично ранее закрепленному в абз. 5 п. 2 ст. 12 Закона о судебных приставах праву судебного пристава-исполнителя арестовывать, изымать, передавать на хранение и реализовывать арестованное имущество, за исключением имущества, изъятого из оборота в соответствии с законом.

Новая трактовка рассматриваемого права в отличие от предыдущей несколько раскрывает содержание понятия «имущество», сразу относя к нему деньги и ценные бумаги. Предлагаемая редакция не содержит также запрета на арест имущества, изъятого из оборота, как это было ранее, однако такое ограничение содержится в ч. 4 ст. 69 ФЗИП. Не декларирует новая норма и право судебного пристава-исполнителя передавать имущество на реализацию, как это было ранее, однако такое право предоставлено судебному приставу-исполнителю ст. 87 ФЗИП. Можно допустить, что это связано с распространением права на данное исполнительное действие как на случаи обращения взыскания на имущество в исполнительном производстве, что предполагает последующую реализацию, так и на случаи исполнения судебных актов об обеспечении иска, изначально не предполагающие возможности реализации имущества. Кроме того, арест в обеспечение иска может быть наложен и на имущество, изъятое из оборота.

Изложенную в комментируемой норме правовую модель предлагается рассматривать как общее право судебного пристава-исполнителя, детализированное в других статьях ФЗИП, а также как вид исполнительного действия. Дальнейший анализ ФЗИП показывает, что данная правовая возможность предусматривается в этом Законе как мера принудительного исполнения (п. п. 1, 5 ч. 3 ст. 68) и элемент системы обращения взыскания на имущество должника (гл. 8), т.е. в качестве самостоятельной юридической процедуры. Общие правила, содержание и порядок наложения ареста на имущество изложены в ст. 80 ФЗИП, кроме того, специфика ареста отдельных видов имущества рассмотрена в ст. 81 (денежные средства), ст. 82 (ценные бумаги), ст. 83 (дебиторская задолженность), ст. 73 (профессиональный участник рынка ценных бумаг) ФЗИП и соответственно в комментариях к названным нормам;

8) в п. 8 ч. 1 комментируемой статьи установлено, что судебный пристав-исполнитель вправе в порядке и пределах, установленных комментируемым Законом, производить оценку имущества. Данная норма устанавливает общее право судебного пристава-исполнителя самостоятельно производить оценку имущества должника. Детально порядок реализации данного права (основания, формы, ограничения и др.) регулируется ст. 85 ФЗИП (см. комментарий к этой статье);

9) в п. 9 ч. 1 комментируемой статьи закреплена правовая возможность привлекать для оценки имущества специалистов, соответствующих требованиям законодательства Российской Федерации об оценочной деятельности. Данная норма также содержит общее право судебного пристава-исполнителя самостоятельно производить оценку имущества должника. Порядок реализации данного права детально регулируется двумя нормами: ст. ст. 61 и 85 ФЗИП, а особенностью его реализации является необходимость привлечения оценщика через процедуру привлечения специалиста (ст. 61 ФЗИП) с учетом правил ст. 85 ФЗИП (см. в комментариях к ст. ст. 61 и 85 ФЗИП);

10) в п. 10 ч. 1 комментируемой статьи в качестве исполнительного действия установлена возможность реализации судебным приставом-исполнителем механизма розыска должника, его имущества, розыска ребенка самостоятельно или с привлечением органов внутренних дел.

Розыск в исполнительном производстве полностью возложен на судебного пристава-исполнителя, при этом последний не является сотрудником органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность. Таким образом, на судебного пристава-исполнителя, осуществляющего розыск должника, его имущества или розыск ребенка, не распространяются требования Федерального закона от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». Данное право выступает в качестве самостоятельной юридической процедуры. Оно детально регламентировано в ст. 65 ФЗИП и ряде других норм иных нормативных актов (см. в комментарии к ст. 65 ФЗИП);

11) в п. 11 ч. 1 комментируемой статьи закреплено право судебного пристава-исполнителя запрашивать у сторон исполнительного производства необходимую информацию. Полагаем, что порядок реализации этого права аналогичен правилам, действующим применительно к п. 2 ч. 1 комментируемой статьи (см. в комментарии к указанному пункту);

12) п. 12 ч. 1 комментируемой статьи наделяет судебного пристава-исполнителя правом рассматривать заявления и ходатайства сторон исполнительного производства и других участвующих в нем лиц. По форме рассматриваемое право аналогично праву, закрепленному в абз. 3 п. 1 ст. 12 Закона о судебных приставах, с той лишь разницей, что ранее допускалось рассмотрение заявлений и ходатайств только сторон исполнительного производства, сейчас же в этот круг вошли и иные лица, участвующие в исполнительном производстве. Согласно ст. 48 ФЗИП к таким лицам относятся лица, непосредственно исполняющие требования, содержащиеся в исполнительном документе, и иные лица, содействующие исполнению этих требований (переводчик, понятые, специалист, лицо, которому судебным приставом-исполнителем передано под охрану или на хранение арестованное имущество, и др.).

Порядок реализации этого исполнительного действия регламентируется ст. 64.1 ФЗИП. Подробнее об этом см. в комментарии к указанной статье;

13) в п. 13 ч. 1 комментируемой статьи в качестве исполнительного действия указывается право судебного пристава-исполнителя взыскивать исполнительский сбор. В данной норме заложена основа главной (имущественной) ответственности в исполнительном производстве, которую вправе реализовать судебный пристав-исполнитель, — исполнительский сбор.

Исполнительский сбор является специфической формой в исполнительном производстве, поскольку сочетает элемент меры принуждения и элемент имущественной ответственности в виде денежного взыскания как санкции за неисполнение или несвоевременное исполнение требований исполнительного документа. Институт взыскания исполнительского сбора представлен в комментируемом Законе как юридическая процедура, имеющая достаточно детальное правовое регулирование (см. комментарий к ст. ст. 112 и 115 ФЗИП);

14) п. 14 ч. 1 комментируемой статьи наделяет судебного пристава-исполнителя правом обращаться в орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на имущество и сделок с ним (далее — регистрирующий орган), для проведения регистрации на имя должника принадлежащего ему имущества в случаях и порядке, которые установлены ФЗИП.

Данное право соответствует норме п. 1 ст. 16 Закона о регистрации прав на недвижимое имущество, где установлено, что «государственная регистрация прав может быть осуществлена по требованию судебного пристава-исполнителя».

Право на обращение в регистрирующий орган является важным для целей исполнительного производства. Оно существенно повышает эффективность работы по аресту и реализации имущества должника.

Порядок реализации данного полномочия закреплен в ФЗИП в виде отдельной юридической процедуры, регулированию которой посвящена отдельная статья. По правовой сущности проведение государственной регистрации имущества должника можно рассматривать как исполнительное действие (ст. 64 ФЗИП), а также как элемент обращения взыскания на имущество и этап реализации арестованного имущества (об этой процедуре см. в комментарии к ст. 66 ФЗИП);

15) в п. 15 ч. 1 комментируемой статьи в качестве исполнительного действия зафиксирована возможность судебного пристава-исполнителя устанавливать временные ограничения на выезд должника из Российской Федерации. Данное правомочие основано на подп. 5 ст. 15 Закона о выезде из РФ и въезде в РФ, где сказано, что право гражданина РФ на выезд из Российской Федерации может быть временно ограничено в случаях, если он уклоняется от исполнения обязательств, наложенных на него судом, — до исполнения обязательств либо до достижения согласия сторонами.

Эффективность применения такой меры воздействия на должника привела к тому, что она была включена в новую редакцию ФЗИП в качестве исполнительного действия и своеобразной меры принуждения по отношению к должнику. Закон также в отдельной ст. 67 достаточно детально определил порядок применения данной меры принуждения.

Подробнее о процедуре ограничения выезда гражданина см. в комментарии к ст. 67 ФЗИП;

16) в п. 16 ч. 1 комментируемой статьи установлено право судебного пристава-исполнителя проводить проверку правильности удержания и перечисления денежных средств по судебному акту, акту другого органа или должностного лица по заявлению взыскателя или по собственной инициативе, а также закреплена обязанность организации или иного лица, выплачивающих должнику соответствующие платежи, представить судебному приставу-исполнителю соответствующие бухгалтерские и иные документы.

Данная норма частично является рецепцией нормы абз. 2 п. 2 ст. 12 Закона о судебных приставах, содержащей право проводить у работодателей проверку исполнения исполнительных документов на работающих у них должников и ведения финансовой документации по исполнению указанных документов. Однако ФЗИП расширил круг проверяемых лиц и включил в него не только работодателей, но и иных лиц, выплачивающих должнику периодические платежи.

По правовой природе комментируемый пункт несколько схож с п. 3 ч. 1 комментируемой статьи. Однако в нем более четко определены субъекты проверки: это не должник и любое другое лицо, а только организация (иное лицо), выплачивающая должнику заработную плату, пенсию, стипендию и иные периодические платежи, т.е. субъекты, с которыми должник находится в трудовых правоотношениях (работодатели) либо в отношениях по поводу выплаты пенсий, стипендий, периодических платежей (органы социального обеспечения, вузы, иные учебные заведения, заказчики по договору подряда и др.).

Целью является проверка правильности удержания и своевременности перечисления денежных средств по исполнительному документу.

В качестве субъектов проверки могут выступать работодатели и субъекты, с которыми должник находится в правоотношениях по поводу выплаты пенсий, стипендий, периодических платежей (органы социального обеспечения, вузы, иные учебные заведения, заказчики по договору подряда и др.). В данном случае неизбежно также встает вопрос об объеме и о пределах проводимой проверки. Можно предположить, что предметом интереса судебного пристава-исполнителя могут быть не любые документы и материалы, а ограниченный круг документов, связанных исключительно с вопросами, возникающими при исполнении требований исполнительного документа, подтверждающими факт, своевременность и полноту его исполнения, т.е. бухгалтерские документы, подтверждающие своевременность, реальность, правильность перечисления взыскателю денежных средств, причитающихся ему по исполнительному документу, а также сам исполнительный документ.

В качестве оснований для проведения проверки можно рассматривать наличие на исполнении у работодателя, а также у лиц, выплачивающих должнику периодические платежи, исполнительного документа. При этом по смыслу комментируемой статьи и ст. 9 ФЗИП для возможности проведения проверки не имеет значения, кем был направлен исполнительный документ — взыскателем или должником. Поводами для проведения проверки могут служить заявление взыскателя о неполучении денежных средств, а также инициатива судебного пристава-исполнителя в случае, например, длительного невозвращения исполнительного документа с отметкой об исполнении.

Как и в случае с п. 3 ч. 1 комментируемой статьи, можно допустить, что решение о проведении проверки должно быть оформлено в виде постановления в соответствии со ст. 14 ФЗИП.

Указания для судебных приставов-исполнителей о порядке проведения подобных проверок в отношении правильности удержания и перечисления денежных средств по исполнительным документам о взыскании алиментов содержатся в разд. VII Методических рекомендаций по порядку исполнения требований исполнительных документов о взыскании алиментов, утвержденных ФССП России 19 июня 2012 г. N 01-16.

В случаях отказа в предоставлении запрашиваемой информации, утраты исполнительного документа либо несвоевременного его отправления, представления недостоверных сведений о доходах должника, а также в случаях выявления в ходе проверки нарушений порядка исполнения требований исполнительного документа, определенного в постановлении судебного пристава-исполнителя, возможно применение мер ответственности согласно ст. 113 ФЗИП, ст. 17.14 КоАП РФ, ст. 315 УК РФ и другим нормам иных нормативных актов;

17) в п. 17 ч. 1 комментируемой статьи установлено, что судебный пристав-исполнитель вправе совершать иные действия, необходимые для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов. Этот пункт завершает перечень исполнительных действий, и, как видим, он не является исчерпывающим.

Выше уже отмечалось, что предлагаемый в комментируемой статье перечень исполнительных действий не носит исчерпывающего характера, а является открытым как для законодательного дополнения, так и для возможности совершать иные действия, не поименованные в данном перечне.

В связи с многообразием действий судебного пристава-исполнителя в исполнительном производстве необходимо выделять следующие критерии, которыми должен руководствоваться судебный пристав-исполнитель, принимая решение о совершении исполнительного действия, не содержащегося в перечне ст. 64 ФЗИП.

Во-первых, возможность и необходимость совершения такого действия должны быть прямо предусмотрены в законе (ФЗИП) либо вытекать из него. Во-вторых, действие должно быть направлено только на своевременное и правильное исполнение требований исполнительного документа по возбужденному исполнительному производству. В-третьих, действие не должно вступать в противоречие с иными нормами (правилами) ФЗИП. В-четвертых, содержание действия должно соответствовать принципам исполнительного производства, закрепленным в ст. 4 ФЗИП, гарантировать соблюдение прав сторон исполнительного производства и иных лиц. В-пятых, решение судебного пристава-исполнителя должно быть в соответствии со ст. 14 ФЗИП оформлено постановлением.

  1. В силу требований ч. 3 комментируемой статьи, а также п. 1 ст. 12 Закона о судебных приставах судебный пристав-исполнитель получает и обрабатывает персональные данные при условии, что они необходимы для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов, в объеме, необходимом для этого.

25 июля 2011 г. принят Федеральный закон N 261-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О персональных данных». Согласно положениям названного Закона возможна обработка специальных категорий персональных данных в соответствии с законодательством Российской Федерации об исполнительном производстве. Более подробно о порядке направления судебным приставом-исполнителем запросов в отношении должников по специальной категории персональных данных говорится в письме ФССП России от 14 ноября 2011 г. N 12/01-27776-ТИ.

  1. Если ранее исполнительные действия в соответствии с ФЗИП и Законом о судебных приставах совершали только судебные приставы-исполнители в рамках конкретного исполнительного производства, то теперь их вправе совершать и вышестоящие должностные лица ФССП в целях осуществления контроля в установленной сфере деятельности.

 

Статья 64.1. Рассмотрение заявлений, ходатайств лиц, участвующих в исполнительном производстве

 

Комментарий к статье 64.1

 

  1. Комментируемая статья регламентирует порядок, сроки рассмотрения должностными лицами ФССП России ходатайств и заявлений сторон исполнительного производства, лиц, непосредственно исполняющих требования, содержащиеся в исполнительном документе, и иных лиц, содействующих исполнению этих требований (переводчиков, понятых, специалистов и др.) в ходе исполнительного производства.

Подача заявлений и ходатайств в исполнительном производстве возможна на любой его стадии по самому широкому кругу вопросов. Для большей гарантированности прав сторон исполнительного производства ходатайство необходимо подавать в письменной форме в виде отдельного документа либо в виде фиксации заявленного ходатайства в акте соответствующего исполнительного действия.

По правовой природе данный институт является, скорее, обязанностью, а не правом судебного пристава-исполнителя. Именно как обязанность он и был сформулирован ранее в ст. 12 Закона о судебных приставах, в связи с чем в этой части указанная норма не утратила правового значения.

Право сторон (взыскателя и должника) исполнительного производства подавать заявления и заявлять ходатайства содержится в ст. 50 ФЗИП, в отношении же лиц, участвующих в исполнительном производстве, прямо такого права комментируемый Закон не устанавливает. Надо также заметить, что ФЗИП не проводит принципиальной разницы между заявлениями и ходатайствами. В упоминаемых в Законе процессуальных случаях использован как термин «заявление» (возбуждение исполнительного производства, отвод судебного пристава, исправление ошибок, продление сроков, разъяснение требований и проч.), так и термин «ходатайство» (восстановление срока, наложение ареста и др.), а в ряде случаев допускается совмещение этих терминов (например, ч. 2 ст. 30 ФЗИП, где сказано, что «в заявлении может содержаться ходатайство о наложении ареста на имущество»). Таким образом, понятия «заявление» и «ходатайство» Закон использует как почти тождественные.

  1. Заявления и ходатайства рассматриваются должностными лицами службы судебных приставов в зависимости от полномочий, которыми наделил их законодатель. Например, постановление судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства может быть отменено старшим судебным приставом или его заместителем по собственной инициативе или по заявлению взыскателя в случае необходимости повторного совершения исполнительных действий и применения, в том числе повторного, мер принудительного исполнения (ч. 9 ст. 47 ФЗИП); заявление об отводе судебного пристава-исполнителя решается старшим судебным приставом или его заместителем (ч. 3 ст. 63 ФЗИП).
  2. По общему правилу заявление или ходатайство подлежит передаче должностному лицу службы судебных приставов в течение трех дней со дня поступления заявления. Срок рассмотрения ходатайства, заявления составляет 10 дней со дня поступления заявления должностному лицу ФССП России, которое имеет полномочия на рассмотрение такого заявления. Исключения составляют случаи, когда рассмотрение ходатайства или заявления не терпит отлагательства. Вместе с тем необходимо учитывать, что Законом может быть предусмотрен и сокращенный срок рассмотрения заявления. Например, заявление взыскателя об отложении исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения передается судебному приставу-исполнителю не позднее дня, следующего за днем его поступления в подразделение судебных приставов, и подлежит рассмотрению судебным приставом-исполнителем не позднее дня, следующего за днем поступления к нему заявления (ч. 3.1 ст. 38 ФЗИП); заявление о приостановлении или прекращении исполнительного производства передается судебному приставу-исполнителю не позднее дня, следующего за днем его поступления в подразделение судебных приставов, и подлежит рассмотрению судебным приставом-исполнителем в трехдневный срок со дня поступления к нему заявления (ч. 4 ст. 45 ФЗИП).
  3. По результатам рассмотрения ходатайства, заявления судебный пристав выносит постановление об удовлетворении полностью или частично либо об отказе в удовлетворении заявления, ходатайства. В то же время комментируемый Закон допускает ряд ситуаций, когда вынесение постановления не требуется, например, согласно ч. 2 ст. 18 ФЗИП восстановление пропущенного срока (для подачи жалобы) отдельным постановлением «не оформляется и выражается в принятии к рассмотрению по существу соответствующей жалобы».

Копия постановления не позднее дня, следующего за днем его вынесения, направляется заявителю, должнику, взыскателю, а также в суд, другой орган или должностному лицу, выдавшим исполнительный документ.

 

Статья 65. Исполнительный розыск

 

Комментарий к статье 65

 

  1. В комментируемой статье модель розыска существенно модернизирована по сравнению с ранее действовавшей редакцией статьи. Можно отметить следующие нововведения.

Во-первых, введено понятие исполнительного розыска, под которым понимаются проводимые судебным приставом-исполнителем исполнительно-розыскные действия, направленные на установление местонахождения должника, имущества должника или местонахождения ребенка. Закон не дает определения исполнительно-розыскных действий, а лишь перечисляет их.

Во-вторых, установлено три вида розыска в исполнительном производстве: розыск должника, розыск имущества, розыск ребенка.

В-третьих, очерчен круг требований, содержащихся в исполнительных документах, по которым судебный пристав-исполнитель обязан объявить розыск по собственной инициативе или инициативе взыскателя:

— о защите интересов Российской Федерации, субъектов РФ, муниципальных образований, если сумма требований по исполнительному документу (исполнительным документам) в отношении должника превышает 10000 руб.;

— о взыскании алиментов;

— о возмещении вреда, причиненного здоровью или в связи со смертью кормильца;

— о возмещении ущерба, причиненного преступлением;

— об отбывании обязательных работ;

— о взыскании штрафа, назначенного в качестве наказания за совершение преступления;

— об отобрании либо о передаче ребенка.

По исполнительным документам, содержащим другие требования, судебный пристав-исполнитель вправе по заявлению взыскателя объявить розыск.

В-четвертых, возвращено существовавшее в ГПК РСФСР правило о необходимости розыска должников и их имущества по взысканиям в интересах государства и муниципальных образований. Вместе с тем вопрос об исполнительном розыске решается положительно только в случае, если сумма требований по исполнительному документу или нескольким исполнительным документам в отношении одного должника превышает 10000 руб.

В-пятых, исключено ранее существовавшее положение о розыске на платной основе. Розыск для взыскателя стал бесплатным.

В-шестых, вне зависимости от того, с какой целью проводится исполнительный розыск (для установления местонахождения должника, его имущества или местонахождения ребенка), он проводится службой судебных приставов.

Порядок проведения исполнительного розыска и совершения исполнительно-розыскных действий более подробно регламентирован Положением об организации розыска в рамках исполнительного производства, утвержденным Приказом ФССП России от 26 июля 2013 г. N 249.

  1. Основанием для возбуждения исполнительного розыска является отсутствие сведений о местонахождении должника, его имущества или местонахождении ребенка. Из содержания ч. 1 комментируемой статьи следует, что для объявления исполнительного розыска необходимо наличие в совокупности ряда условий:

— возбужденного исполнительного производства;

— совершения судебным приставом-исполнителем исполнительных действий, направленных на установление местонахождения должника, его имущества или местонахождения ребенка в срок, предусмотренный ст. 36 ФЗИП;

— безрезультатности применения мер принудительного исполнения.

Закон напрямую указывает, что объявление розыска возможно только после применения соответствующих взысканию исполнительных действий. Раздел II Положения об организации розыска в рамках исполнительного производства закрепляет виды и регламентирует порядок совершения действий, предшествующих объявлению розыска.

Таким образом, основания для объявления розыска должника должны быть документально зафиксированы; розыск должен объявляться только после реализации исполнительных действий, подтверждающих отсутствие сведений о местонахождении должника, его имущества или местонахождении ребенка.

  1. Согласно ч. 2 комментируемой статьи розыск объявляется по месту исполнения исполнительного документа либо последнему известному месту жительства или месту пребывания должника или ребенка, местонахождению имущества должника либо месту жительства взыскателя.

На практике этот вопрос напрямую связан с выяснением места предъявления исполнительного документа к исполнению. Согласно ч. 4 ст. 33 ФЗИП в случае отсутствия сведений о местонахождении должника, его имущества, местонахождении ребенка исполнительные действия совершаются и меры принудительного исполнения применяются судебным приставом-исполнителем по последнему известному месту жительства или месту пребывания должника или месту жительства взыскателя. Это означает, что и исполнительный документ может быть предъявлен по данным правилам.

В исполнительном производстве возможны ситуации, когда уже на стадии предъявления исполнительного документа ясно, что взыскателю неизвестны ни место пребывания должника, ни местонахождение его имущества, т.е. обстоятельства, определяющие место предъявления исполнительного документа. Для таких случаев, когда одновременно с принятием исполнительного документа необходимо решать вопрос об объявлении розыска, предназначены нормы ч. 4 ст. 33, ч. 2 ст. 65 ФЗИП, гарантирующие взыскателю возможность предъявления исполнительного документа по его выбору вне зависимости от наличия у него информации о должнике и его имуществе. Это особенно актуально для взыскателей по требованиям о взыскании алиментов.

Таким образом, комментируемая норма фактически устанавливает правило, согласно которому розыск должен объявляться в том месте, где уже находится исполнительный документ или куда он предъявляется по правилам ч. 4 ст. 33 ФЗИП.

  1. Закон предусматривает обязательность объявления розыска по требованиям:

1) о защите интересов Российской Федерации, субъектов РФ, муниципальных образований;

2) о взыскании штрафа, назначенного в качестве наказания за совершение преступления;

3) о взыскании алиментов;

4) о возмещении вреда, причиненного здоровью или в связи со смертью кормильца;

5) об отобрании ребенка;

6) об отбывании обязательных работ.

Обязательность розыска по первым двум взысканиям объясняется защитой интересов государства (в том числе на муниципальном уровне). При этом во ФЗИП не определено, что входит в объем понятий «защита интересов Российской Федерации, субъектов РФ, муниципальных образований», какие это виды исполнительных документов. Представляется, что речь идет об исполнительных документах, содержащих требования имущественного характера. В первую очередь это денежные взыскания в соответствующие бюджеты (задолженности по налогам, крупные штрафы), взыскания, связанные с передачей имущества в ведение государства.

Объявление розыска по последним четырем взысканиям предусмотрено в силу их особой социальной значимости и социальной незащищенности взыскателей по таким исполнительным документам.

Инициирование розыска возможно по заявлению взыскателя либо судебного пристава-исполнителя. Если розыск объявляется по инициативе судебного пристава-исполнителя, согласие взыскателя не требуется.

  1. По исполнительным документам, содержащим требования, не указанные в ч. ч. 3 и 4 комментируемой статьи, судебный пристав-исполнитель по заявлению взыскателя вправе объявить розыск:

— должника по исполнительному документу неимущественного характера, если исполнение требований исполнительного документа невозможно в отсутствие должника;

— должника по исполнительным документам имущественного характера, если исполнение требований исполнительного документа невозможно в отсутствие должника и сумма требований по исполнительному документу (исполнительным документам) в отношении должника превышает 10000 руб.;

— имущества должника по исполнительным документам имущественного характера, если сумма требований по исполнительному документу (исполнительным документам) в отношении должника превышает 10000 руб.

В силу диспозитивных начал исполнительного производства по указанной категории взысканий судебному приставу-исполнителю необходимо разъяснять взыскателю положения ч. 5 ст. 65 ФЗИП, предусматривающие обязательное наличие заявления взыскателя о розыске (п. 1.2 разд. I Положения об организации розыска в рамках исполнительного производства).

  1. Содержательная часть работы по розыску должника, его имущества или розыску ребенка во ФЗИП не раскрывается и не имеет правового регулирования. В комментируемой статье установлены в основном организационные, а не процедурные правила. Формой восполнения данного процедурного пробела является названное Положение. Кроме того, необходимо учитывать Административный регламент по исполнению государственной функции организации розыска должника-организации и имущества должника (гражданина или организации), утвержденный Приказом Министерства юстиции РФ от 21 сентября 2007 г. N 192. Они регулируют вопросы общей организации розыскной работы, ее процедуру, а также действия, которые судебный пристав-исполнитель обязан совершить до объявления розыска, и порядок организации проведения исполнительно-розыскных действий.

Регламент устанавливает:

— должностных лиц ФССП России, непосредственно осуществляющих розыск. Это судебные приставы-исполнители структурных подразделений территориальных органов ФССП России, наделенные приказом руководителя территориального органа ФССП России полномочиями по розыску должника-организации и имущества должника (абз. 3 п. 2.2);

— требования и содержание розыскного дела (п. 2.7);

— формы документов, используемых при розыске должника или его имущества, и т.д.

Положение об организации розыска в рамках исполнительного производства определяет действия судебного пристава-исполнителя:

— предшествующие объявлению розыска;

— по установлению местонахождения должника, его имущества или местонахождения ребенка.

  1. Как отмечалось выше, ФЗИП устанавливает три вида розыска в исполнительном производстве: розыск должника, розыск имущества, розыск ребенка. Порядок объявления розыска для каждого из этих трех видов одинаков. Розыск объявляется в форме вынесения судебным приставом-исполнителем постановления о розыске, которое по форме и содержанию должно соответствовать требованиям ст. 14 ФЗИП и подлежит утверждению старшим судебным приставом либо его заместителем. Помимо общих требований, предъявляемых ко всем постановлениям судебного пристава-исполнителя, постановление о розыске должно учитывать особенности, установленные ст. 65 ФЗИП и диктуемые процедурой розыска, а также учитывать порядок, установленный ч. 6 ст. 33 ФЗИП для поручений. К таковым можно отнести необходимость отражения точного полного наименования и адреса взыскателя и должника — юридического лица, точного указания фамилии, имени, отчества, адреса (последнего известного адреса) должника и взыскателя-гражданина, даты их рождения, аналогичной информации о разыскиваемых детях и др.

Форма постановления о розыске предусмотрена приложением N 89 к Приказу ФССП России от 11 июля 2012 г. N 318 «Об утверждении примерных форм процессуальных документов, применяемых должностными лицами Федеральной службы судебных приставов в процессе исполнительного производства».

Копии постановления судебного пристава-исполнителя о розыске или об отказе в объявлении розыска направляются сторонам исполнительного производства.

 

Статья 66. Государственная регистрация имущества и имущественных прав

 

Комментарий к статье 66

 

  1. Предлагаемая данной статьей правовая процедура является принципиально новым инструментом исполнительного производства. Наиболее актуальна она применительно к недвижимому имуществу. Потребность в возможности принудительной регистрации прав должника на недвижимое имущество возникла с момента принятия Закона о регистрации прав на недвижимое имущество, но в силу отсутствия четкого законодательного закрепления такой возможности этот вопрос в правоприменительной практике решался по-разному. Причем даже позиции по этому вопросу Высшего Арбитражного Суда РФ (признававшего такое право за судебным приставом-исполнителем) <1> и Верховного Суда РФ (не признававшего такое право) <2> были взаимоисключающими. Все это негативно влияло на эффективность процедур исполнительного производства, поскольку довольно большой объем недвижимого имущества должников был и продолжает быть незарегистрированным. Применительно к иным видам имущества ситуация, возможно, была менее значимой по объемам и стоимости имущества, но с позиции процедуры находилась в таком же неопределенном положении.

———————————

<1> См.: п. 17 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 16 февраля 2001 г. N 59 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» и п. 12 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22 декабря 2005 г. N 101 «Обзор практики разрешения арбитражными судами дел, связанных с признанием недействительными публичных торгов, проводимых в рамках исполнительного производства».

<2> См.: Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за третий квартал 2006 года.

 

Наделение в п. 14 ч. 1 ст. 64 ФЗИП судебного пристава-исполнителя правом обращаться в орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на имущество и сделок с ним, для проведения регистрации на имя должника принадлежащего ему имущества и конкретизация сущности этого права в комментируемой статье должны положительно сказаться на эффективности процедуры обращения взыскания на имущество должника.

В правоприменительной практике имеется также неопределенность в понимании характера взаимосвязи между случаями, когда возможна принудительная регистрация права, установленными в ч. ч. 1 и 2 комментируемой статьи. Существует мнение, согласно которому ч. 2 ст. 66 является продолжением ч. 1 этой же статьи и ч. 1 ст. 66 может применяться только во взаимосвязи с ч. 2 ст. 66.

Полагаем, что ч. ч. 1 и 2 комментируемой статьи содержат разные по характеру и целям основания для обращения судебного пристава-исполнителя в регистрирующий орган для проведения государственной регистрации прав.

В ч. 1 комментируемой статьи судебный пристав-исполнитель наделен правом обратиться с требованием о проведении государственной регистрации права собственности должника на имущество, иного имущественного права, принадлежащего ему и подлежащего государственной регистрации, в целях последующего обращения взыскания на указанное имущество или имущественное право. Лексическая конструкция нормы говорит о том, что регистрируется право самого должника (т.е. регистрация осуществляется на должника), а судебный пристав-исполнитель выступает в качестве субъекта, восполняющего правомочия должника, уклоняющегося от совершения государственной регистрации. В данном случае основанием для обращения судебного пристава-исполнителя в регистрирующий орган является уклонение (неважно, по каким причинам) должника от государственной регистрации своих прав. Целью этого действия судебного пристава-исполнителя является оформление правоустанавливающих документов на имущество должника для последующего обращения на него взыскания и его реализации.

  1. Правовая возможность, сформулированная в ч. 2 комментируемой статьи, предназначена для принципиально иных правоотношений, когда необходимо произвести перерегистрацию права с должника на взыскателя. В качестве основания для обращения в регистрирующий орган в этой ситуации ФЗИП (абз. 1 — 3 ч. 2 ст. 66) называет три юридических факта (состава):

1) требование государственной регистрации содержится в судебном акте. (Полагаем, что базовым основанием для любых действий судебного пристава-исполнителя является возбуждение исполнительного производства, которое возможно только на основании исполнительного документа; следовательно, в данном случае речь идет не о любом судебном акте, а только о таком, который является исполнительным документом и по которому возбуждено исполнительное производство. Судебные решения именно с требованиями о государственной регистрации и с выдачей в дальнейшем исполнительного листа могут быть вынесены в случаях, когда со стороны регистрирующего органа имел место отказ в государственной регистрации. Это идет несколько вразрез с положениями ч. 2 комментируемой статьи, так как та предполагает перерегистрацию права, принадлежащего должнику, а в предложенном нами понимании смысла нормы в качестве должника будет выступать регистрирующий орган (т.е. не обладатель права), но иной подход к пониманию абз. 1 ч. 2 ст. 66 делает его тождественным абз. 2 этой же статьи).

В данном случае судебному приставу-исполнителю надлежит руководствоваться при исполнении еще и требованиями гл. 13 ФЗИП (см. в комментариях к гл. 13);

2) судебный акт содержит указание на то, что имущество или имущественное право принадлежит взыскателю. В данном случае необходимость перерегистрации права объясняется наличием судебного акта (не любого, а только такого, который является исполнительным документом), которым признано (подтверждено) право взыскателя на имущество (имущественное право), которое ранее было зарегистрировано на должника. При этом судебный акт является одним из оснований для регистрации взыскателем признанного за ним права. У взыскателя есть две возможности реализации этого права. Во-первых, он может «в общем порядке» обратиться непосредственно в соответствующий орган с заявлением о регистрации имущества и представлением всех необходимых документов (в том числе судебного акта). Во-вторых, если на основании судебного акта ему выдан исполнительный документ, который подлежит принудительному исполнению, он может предъявить его для исполнения судебному приставу-исполнителю;

3) взыскатель по предложению судебного пристава-исполнителя оставил за собой нереализованное имущество или имущественное право должника. (В данном случае необходимость перерегистрации права обусловлена необходимостью оформления прав взыскателя на имущество должника в ситуации, когда арестованное имущество должника по каким-либо причинам не было продано и судебный пристав-исполнитель в соответствии с ч. 11 ст. 87 ФЗИП предложил взыскателю оставить нереализованное имущество за собой, а взыскатель воспользовался этим правом. Подробнее об этой процедуре см. в комментарии к ст. 87 ФЗИП.)

Таким образом, ситуации, предусмотренные ч. ч. 1 и 2 комментируемой статьи, принципиально противоположны. В первом случае государственная регистрация преследует цель оформления имущества должника в качестве объекта гражданского оборота и последующего обращения на него взыскания, включая реализацию. Во втором случае такой цели нет, а есть другая цель — завершить процесс государственного оформления уже признанных судом, а также возникших в ходе исполнительного производства прав взыскателя.

  1. Общий порядок осуществления судебным приставом-исполнителем действий по государственной регистрации прав установлен в ч. ч. 3 — 5 комментируемой статьи. Государственная регистрация по требованию судебного пристава-исполнителя возможна в отношении права собственности должника на имущество и в отношении иного имущественного права в тех случаях, когда ее необходимость предусмотрена законом.

Право собственности должника может подлежать государственной регистрации в отношении широкого круга имущества. Для целей исполнительного производства наибольший интерес представляет недвижимое имущество. Именно право собственности на него в первую очередь и подлежит государственной регистрации (земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства, а также подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания) (ст. 130 ГК РФ).

Иные имущественные права, под которыми понимаются права по ценной бумаге, права на результаты интеллектуальной деятельности, другие права требования, также могут представлять интерес для целей исполнительного производства, но далеко не все из них подлежат государственной регистрации. Среди наиболее востребованных исполнительным производством имущественных прав можно отметить права на: аренду здания или сооружения на срок более года (ст. 651 ГК РФ); результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации(ст. 1232 ГК РФ); товарный знак (ст. 1484 ГК РФ) и др.

Вне зависимости от вида объекта регистрации (право собственности или иное имущественное право) порядок действий судебного пристава-исполнителя по проведению государственной регистрации в принципе одинаков. Формой совершения данного действия является вынесение постановления о проведении государственной регистрации права собственности на имущество, иного имущественного права должника, которое должно быть утверждено старшим судебным приставом или его заместителем. Данное постановление в двух экземплярах направляется для исполнения в соответствующий регистрирующий орган.

В качестве регистрирующих выступает довольно большой круг государственных органов, к компетенции которых относится регистрация права собственности и иных имущественных прав. Среди них по частоте возможной востребованности в исполнительном производстве можно, в частности, выделить:

— органы Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии, осуществляющие государственную регистрацию недвижимого имущества (зданий, сооружений, земельных участков, предприятий как имущественных комплексов и др.), а также ряда прав (например, право аренды на срок более одного года);

— органы, ведущие Государственный судовой реестр, Российский международный реестр судов (органы технического надзора за судами, капитаны морских торговых портов, капитаны морских рыбных портов, капитаны речных портов, государственные речные судоходные инспекции бассейнов), в которых регистрируется право собственности на судно или часть судна <1>;

———————————

<1> «Что касается… внутреннего водного транспорта РФ, то надо сказать, что в Кодексе внутреннего водного транспорта РФ (КВВТ РФ) отсутствуют нормы, которые бы четко устанавливали, в чьи функциональные обязанности вменяется проведение государственной регистрации прав на суда. В ст. 17 КВВТ РФ речь идет лишь об органах, осуществляющих государственную регистрацию самих судов. В качестве таковых названы государственные речные судоходные инспекции бассейнов; для судов смешанного (река — море) плавания — капитаны речных портов, расположенных в устьях рек, либо капитаны морских торговых портов» (Титиевский А.Н. Некоторые проблемы, связанные с осуществлением государственной регистрации прав на недвижимые вещи «в силу закона» // Нотариус. 2006. N 4).

 

— органы Федеральной службы по надзору в сфере транспорта, ведущей Государственный реестр гражданских воздушных судов РФ, в котором осуществляется регистрация воздушных судов;

— Федеральная служба по интеллектуальной собственности, выполняющая регистрацию прав и выдачу патентов на объекты интеллектуальной собственности (в том числе на товарный знак).

Органы, в той или иной форме осуществляющие регистрационные действия, весьма многочисленны, и, как и для законодательства, для них характерна постоянная динамика. Перечислить все органы невозможно, да и нецелесообразно. Следует особо отметить, что многие органы обеспечивают регистрацию не права собственности на имущество, а самого этого имущества (например, регистрация автотранспортных и самоходных средств, воздушных судов). Это довольно серьезный аспект, поскольку на первый взгляд эти понятия тождественны. Различие же состоит в том, что если права на имущество не подлежат в силу закона государственной регистрации (а подлежит лишь имущество), то и право собственности на такое имущество может перейти от должника к другому лицу в любой момент времени, в том числе задолго до момента фактической перерегистрации имущества на нового владельца.

Постановление судебного пристава-исполнителя о проведении государственной регистрации права собственности на имущество, иного имущественного права должника по форме и содержанию должно соответствовать требованиям ст. 14 ФЗИП, а также форме, предусмотренной приложениями N 85, N 86 к Приказу ФССП России от 11 июля 2012 г. N 318 «Об утверждении примерных форм процессуальных документов, применяемых должностными лицами Федеральной службы судебных приставов в процессе исполнительного производства».

  1. Одновременно с постановлением о проведении государственной регистрации права судебный пристав-исполнитель должен представить в регистрирующий орган и иные необходимые документы. Закон не определяет их исчерпывающий перечень. В ч. ч. 4 и 5 комментируемой статьи содержится некий минимальный стандарт по объему представляемых в регистрирующий орган документов, не исключающий необходимости (обязанности) представления и иной документации.

Так, в случае регистрации прав на недвижимое имущество необходимо представление:

— двух экземпляров постановления о проведении государственной регистрации права собственности на имущество, иного имущественного права должника;

— двух экземпляров документа, устанавливающего право должника на недвижимое имущество;

— плана объекта недвижимости;

— кадастрового плана (при регистрации земельного участка);

— других необходимых документов.

  1. При государственной регистрации прав должника на движимое имущество судебный пристав-исполнитель представляет в регистрирующий орган:

— два экземпляра постановления о проведении государственной регистрации имущественного права должника;

— другие необходимые документы.

Государственная регистрация как права собственности, так и иных прав предполагает в зависимости от вида имущества или права представление в регистрирующий орган определенного комплекта документов, необходимых для такой регистрации. Для каждого конкретного случая регистрации как права собственности, так и имущественных прав набор таких документов индивидуален, а главное, подвержен постоянным изменениям. Поэтому при возникновении необходимости в регистрации права собственности или имущественного права рекомендуется уточнять состав документов, необходимых для регистрации в действующих нормативных актах.

В исполнительном производстве возможны ситуации, когда указанные в ч. ч. 4 и 5 комментируемой статьи документы могут скрываться должником или отсутствовать у него. В этих случаях судебный пристав-исполнитель должен воспользоваться правами, предоставленными ему ст. 6 и п. 11 ч. 1 ст. 64 ФЗИП (запрашивание информации). В случае если у должника имеются необходимые документы, но он отказывается их представлять, судебный пристав-исполнитель может реализовать по отношению к нему меры ответственности согласно ст. ст. 113, 115 ФЗИП с одновременным (при необходимости) получением в соответствующих органах необходимых документов. Если у должника отсутствуют необходимые документы, судебный пристав-исполнитель может поручить должнику оформить и подготовить их либо самостоятельно получить (заказать) их в соответствующих органах, в том числе и на возмездной основе.

  1. Согласно ч. 6 комментируемой нормы расходы по регистрации и оформлению документов для государственной регистрации имущества, иного имущественного права должника относятся к расходам по совершению исполнительных действий, следовательно, подлежат взысканию с должника. Таковыми расходами могут быть: оплата услуг специалистов по подготовке технической, проектной, землеустроительной и иной документации, оплата государственной пошлины, регистрационные сборы, оплата труда иных специалистов и др.

О порядке взыскания расходов по совершению исполнительных действий см. комментарии к гл. 16 ФЗИП.

  1. По результату исполнения постановления судебного пристава-исполнителя о проведении государственной регистрации права собственности на имущество, иного имущественного права должника регистрационный орган должен выдать соответствующий документ о государственной регистрации права собственности на имущество, иного имущественного права. По правилу, установленному в ч. 7 комментируемой статьи, такой правоустанавливающий документ выдается правообладателю или судебному приставу-исполнителю. Полагаем, что в случаях, которые предусмотрены ч. 1 комментируемой статьи, правоустанавливающий документ должен выдаваться судебному приставу-исполнителю (это будет соответствовать целям нормы), а в ситуациях, которые предусмотрены ч. 2 комментируемой статьи, он должен выдаваться взыскателю (что также соответствует смыслу данной нормы). В том случае, если документ о государственной регистрации выдается правообладателю (взыскателю), на него возлагается обязанность по представлению копии этого документа судебному приставу-исполнителю для хранения в материалах исполнительного производства.

 

Статья 67. Временные ограничения на выезд должника из Российской Федерации

 

Комментарий к статье 67

 

  1. Появление института личных ограничений было обусловлено ростом неисполнения судебных актов и недостаточной эффективностью применения иных мер государственного принуждения. И хотя ограничивать свободу передвижения должникам судебные приставы могли и раньше, на основании Закона о выезде из РФ и въезде в РФ активное использование временного ограничения права на выезд из Российской Федерации достигло высоких результатов в борьбе с неисполнением судебных решений.

Ограничение права на выезд за пределы страны представляет собой наложение запрета покидать государство в связи с уклонением должника от исполнения обязательств, возложенных на него судом, по инициативе взыскателя или судебного пристава-исполнителя на определенный Законом срок или до момента исполнения обязательства.

Часть 1 комментируемой статьи содержит основания применения временного ограничения права на выезд из Российской Федерации, отсутствие хотя бы одного из которых делает установление данной меры недопустимым. В качестве условий реализации временного ограничения права на выезд комментируемая статья называет следующие:

— возбуждение исполнительного производства;

— факт неисполнения должником содержащихся в нем требований в установленный для добровольного исполнения срок без уважительных причин;

— предъявление взыскателем к исполнению исполнительного документа, выданного на основании судебного акта или являющегося судебным актом;

— превышение размера задолженности свыше 10000 руб. в соответствии с исполнительным документом.

Ограничение права на выезд применяется как по заявлению взыскателя, так и по инициативе судебного пристава-исполнителя.

Ограничение права на выезд из Российской Федерации представляет собой серьезные лишения для должника, поэтому общие условия, указанные в статье, требуют конкретизации. В частности, при уведомлении должника о возбуждении исполнительного производства необходимо предупредить его о возможности применения в отношении его мер принуждения, включая временное ограничение права на выезд за пределы страны. Также установление ограничения должно быть надлежащим образом мотивировано, в том числе должно быть установлено отсутствие уважительных причин неисполнения требований исполнительного документа. Применение временного ограничения права на выезд из Российской Федерации должно соответствовать закону, требованиям исполнительного документа, конкретной ситуации, а также учитывать положение сторон исполнительного производства, соблюдать баланс между интересами взыскателя и должника, отвечать целям своевременного и полного исполнения содержащихся в исполнительном документе требований.

  1. Часть 2 комментируемой статьи закрепляет возможность применения временного ограничения права на выезд из Российской Федерации на основании заявления взыскателя в момент возбуждения исполнительного производства. В этом случае предпосылками установления данной меры являются наличие исполнительного производства, возбужденного по исполнительному документу, выданному на основании судебного акта, а также наличие ходатайства взыскателя о ее применении, которое должно содержать мотивированное обоснование причин необходимости установления временного ограничения права должника на выезд из Российской Федерации. Взыскатель должен обосновать затруднение или невозможность защиты своих прав без применения в отношении должника временного ограничения.

Рассмотрев заявление взыскателя, судебный пристав-исполнитель принимает решение о целесообразности установления данной меры. В случае удовлетворения ходатайства судебный пристав-исполнитель одновременно с вынесением постановления о возбуждении исполнительного производства выносит постановление о временном ограничении права на выезд из Российской Федерации, в установочной части которого указывается ссылка на ч. 2 ст. 30 ФЗИП и мотивированное обоснование причин временного ограничения права на выезд из Российской Федерации.

Ключевым критерием данного способа применения временного ограничения права на выезд является обеспечительный характер. Подобное использование указанной меры обеспечивает фактическую возможность исполнения судебного решения и защиты имущественных интересов взыскателя, создавая для этого необходимые условия. Однако установление ограничения до истечения срока для добровольного исполнения представляется не вполне обоснованным, поскольку в этом случае должника нельзя признать уклоняющимся от возложенных на него судом обязательств.

  1. Часть 3 комментируемой статьи устанавливает порядок исполнения постановления о временном ограничении права на выезд из Российской Федерации. Указанный порядок детализирован в Методических рекомендациях ФССП России о порядке вынесения и направления судебными приставами-исполнителями постановлений о временном ограничении на выезд должника, утвержденных письмом ФССП России от 29 января 2008 г. N 12-01/830-НВ. Судебный пристав-исполнитель после вынесения постановления о возбуждении исполнительного производства направляет запрос в соответствующий территориальный отдел управления Федеральной миграционной службы о наличии у должника заграничного паспорта. При поступлении ответа из территориального отдела Службы о наличии загранпаспорта судебный пристав-исполнитель выносит постановление о временном ограничении права на выезд из Российской Федерации в соответствии со ст. ст. 6, 14, 64, 67, 68 ФЗИП. При получении ответа из территориального отдела Службы об отсутствии у должника загранпаспорта судебный пристав-исполнитель выносит постановление о временном ограничении права на выезд из Российской Федерации для отказа в выдаче загранпаспорта с указанием срока — до исполнения обязательства, но не более чем на шесть месяцев.

Применяя в отношении должника данную меру, судебный пристав-исполнитель выносит проект постановления о временном ограничении права на выезд, который проходит проверку в отделе организации исполнительного производства управления ФССП России по соответствующему региону. После этого утвержденное старшим судебным приставом постановление направляется должнику, взыскателю, в управление Федеральной миграционной службы России, в отдел организации исполнительного производства для последующего направления в Управление пограничного контроля организационного департамента Пограничной службы Федеральной службы безопасности РФ.

В случае возникновения оснований для окончания исполнительного производства (ст. 47 ФЗИП) судебный пристав-исполнитель незамедлительно выносит постановление о снятии временного ограничения права на выезд из Российской Федерации, направляет копии постановления должнику, в территориальный отдел управления Федеральной антимонопольной службы, а также в отдел организации исполнительного производства с приложением копий документов, подтверждающих оплату задолженности должником для последующего направления в Пограничную службу Федеральной службы безопасности РФ.

  1. Часть 4 комментируемой статьи устанавливает возможность применения временного ограничения права на выезд из Российской Федерации в том случае, если исполнительный документ, сумма задолженности по которому превышает 10000 руб., или исполнительный документ неимущественного характера выдан не на основании судебного акта или не является судебным актом. В этом случае взыскатель или судебный пристав вправе обратиться в суд с заявлением об установлении для должника временного ограничения права на выезд из Российской Федерации. Применение рассматриваемой нормы на практике крайне затруднительно, поскольку специальный законодательный механизм ее реализации отсутствует как во ФЗИП и в Законе о выезде из РФ и въезде в РФ, так и в процессуальном законодательстве. Практическое использование установленного в статье права представляется возможным только в том случае, если законодателем будут внесены необходимые изменения, в частности, расширен перечень обязательств, за нарушение которых должник может быть ограничен в выезде, а также закреплена процедура судебного рассмотрения заявлений об ограничении права должника на выезд из Российской Федерации. Полагаем, что в данном случае можно рекомендовать применять процессуальный порядок, установленный в ст. ст. 203, 434 ГПК и ст. 324 АПК РФ для рассмотрения заявлений судебного пристава-исполнителя об изменении способа и порядка исполнения судебного акта.
  2. Комментируемая статья распространяет свое действие и на иностранных граждан и лиц без гражданства. Статья 10 ФЗИП устанавливает равенство прав и обязанностей граждан РФ, иностранных граждан и лиц без гражданства. Те же положения дублирует ст. 4 Федерального закона от 25 июля 2002 г. N 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации». Приведенные нормы в полной мере соответствуют Конституции РФ, в ч. 3 ст. 62 которой установлено, что иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами РФ, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором. Согласно ст. 28 Закона о выезде из РФ и въезде в РФ временное ограничение права на выезд может быть установлено в отношении иностранных граждан или лиц без гражданства, в том числе в случае уклонения от обязательств, наложенных на них судом. Таким образом, положения комментируемой статьи в полной мере относятся и к должникам, являющимся иностранными гражданами и лицами без гражданства.

Однако в правоприменительной практике возникают некоторые вопросы, связанные с реализацией данной нормы в отношении указанных лиц. Можно столкнуться с ситуацией, когда у иностранного гражданина истекает срок пребывания на территории РФ и разрешения на работу, соответственно, он лишается источника дохода, необходимого для погашения долга. Правомерно ли ограничивать его право на выезд за пределы государства в этом случае? С одной стороны, судебный пристав-исполнитель обладает всеми основаниями для установления временного ограничения права на выезд, и ФЗИП не указывает на последствия истечения срока пребывания на территории РФ. С другой стороны, установление ограничения влечет в подобных случаях нарушение миграционного законодательства, что является основанием применения в отношении иностранного гражданина санкций органами Федеральной миграционной службы. Судебный пристав-исполнитель, ограничивая должника в выезде, руководствуется своей главной задачей — исполнить судебный акт, в то время как органы Службы не рассматривают запрет на выезд в качестве законного основания пребывания на территории РФ.

Представляется возможным рекомендовать следующие подходы к решению проблемы. Во-первых, должник вправе обжаловать постановление о применении временного ограничения права на выезд из Российской Федерации в суд на основании ст. 128 ФЗИП, ссылаясь на то, что данная мера является чрезмерной и не направлена на исполнение требований исполнительного документа. Во-вторых, допустимо подать жалобу на постановления, вынесенные органами Федеральной миграционной службы, в соответствии с нормами гл. 30 КоАП РФ, мотивируя ее отсутствием как реальной возможности выезда из государства, так и умысла на нарушение миграционного законодательства. В-третьих, можно обратиться в суд с заявлением о рассрочке или об отсрочке исполнения судебного акта в порядке ст. ст. 203, 434 ГПК РФ и ст. 324 АПК РФ, в этом случае не возникнет оснований установления временного ограничения права на выезд из Российской Федерации, при условии соблюдения порядка и срока исполнения платежей. Так или иначе, ввиду сложившихся затруднений реализации положений комментируемой статьи ограничение права на выезд в отношении иностранных граждан или лиц без гражданства применяется крайне редко.

Необходимо также отметить, что при установлении временного ограничения права на выезд из Российской Федерации, в том числе в отношении должника, являющегося иностранным гражданином, главным образом следует исходить из назначения данной меры. Ограничение права на выезд служит целям своевременного и полного исполнения содержащихся в исполнительном документе требований и выступает не инструментом наказания должника, а способом его мотивации к исполнению обязательств. Если результатом ограничения права должника на выезд станет лишение его источника дохода, то достижение главной цели — исполнения судебного акта — будет невозможным.

 

Статья 68. Меры принудительного исполнения

 

Комментарий к статье 68

 

  1. Исходя из содержания комментируемой статьи, первичными из вынесенных в название гл. 7 ФЗИП правовых институтов являются меры принудительного исполнения. Они определены как действия, указанные в исполнительном документе, или действия, совершаемые в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств. Комментируемая статья устанавливает перечень мер принудительного исполнения, который не является исчерпывающим, так как в п. 11 ч. 3 статьи говорится и об иных действиях, которые предусмотрены федеральным законом или исполнительным документом.

В ч. 1 комментируемой статьи раскрывается понятие мер принудительного исполнения. В качестве таковых Закон называет два вида действий: 1) указанные в исполнительном документе и (или) 2) совершаемые судебным приставом-исполнителем в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств, подлежащего взысканию по исполнительному документу.

Из анализа комментируемой статьи и других статей ФЗИП можно выделить ряд признаков, свойственных мерам принудительного исполнения:

— меры принудительного исполнения являются действиями, в ряде случаев — совокупностью действий;

— основная цель применения — получить с должника имущество, денежные средства;

— меры принудительного исполнения могут быть указаны в исполнительном документе или определены судебным приставом-исполнителем самостоятельно из перечня, указанного в законе;

— в отличие от исполнительных действий по приостановленному исполнительному производству недопустимо применение мер принудительного исполнения (ч. 6 ст. 45 ФЗИП);

— для применения мер принудительного исполнения должно быть установлено наличие определенных оснований (ч. 2 комментируемой статьи).

В исполнительном документе, выданном на основании судебного акта, приводится его резолютивная часть. Исполнительные документы судебных органов наиболее вариативны по характеру содержащихся в них требований, они могут касаться совершения действий самой разной направленности — от взыскания денежных средств до восстановления границ земельного участка. В ряде случаев судебный акт содержит прямые указания на действия, которые следует совершить. Это, например, изъятие у должника имущества, присужденного взыскателю, наложение ареста на имущество должника, находящееся у должника или у третьих лиц, обращение в регистрирующий орган для регистрации перехода права на имущество, принудительное вселение взыскателя в жилое помещение, принудительное выселение должника из жилого помещения. Выполнение судебным приставом-исполнителем действий, указанных в таком документе, а равно понуждение к их выполнению будет являться мерой принудительного исполнения.

Исполнительные документы несудебных юрисдикционных органов, как правило, предполагают совершение только двух основных действий — взыскания штрафа и (или) конфискации имущества. Иные варианты требований встречаются здесь крайне редко. Поэтому в данном случае наиболее востребованный вид мер принудительного исполнения — это «действия… в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств», т.е. опосредованное выполнение требований исполнительного документа через применение процедур исполнительного производства.

И в том и в другом случае реализация мер принудительного исполнения осуществляется либо в форме применения меры принудительного исполнения, указанной в п. п. 1 — 10 ч. 3 комментируемой статьи, либо в форме по усмотрению судебного пристава-исполнителя (п. 11 ч. 3 ст. 68).

Комментируемая статья предлагает судебному приставу-исполнителю набор готовых юридических технологий для исполнения требований исполнительных документов (ч. 3 ст. 68), подходящих для большинства ситуаций. При их недостаточности для целей реализации требований такого документа судебному приставу-исполнителю предоставлено право в необходимых случаях самостоятельно определять меры принудительного исполнения в зависимости от предписаний данного документа и складывающейся ситуации (п. 11 ч. 3 ст. 68). Данные действия должны строго основываться на требованиях исполнительного документа, а также на принципах и нормах ФЗИП.

  1. В ч. 2 рассматриваемой статьи закреплены основания применения мер принудительного исполнения:

— наличие исполнительного документа, предъявленного к исполнению в установленном порядке;

— возбуждение исполнительного производства;

— истечение срока для добровольного исполнения требований.

Исполнительное производство возбуждается в ходе сложной юридической процедуры по принятию исполнительного документа. Она предполагает его юридический анализ, имеет в свою очередь ряд правил и условий, включая случаи отказа в возбуждении исполнительного производства, по ее результатам выносится постановление о возбуждении исполнительного производства, которое свидетельствует о возможности применения мер принудительного исполнения (см. в комментариях к ст. ст. 30, 31 ФЗИП).

Другой предпосылкой применения мер принудительного исполнения является истечение срока для добровольного исполнения. Согласно ч. 12 ст. 30 ФЗИП срок для добровольного исполнения не может превышать пять дней со дня получения должником постановления о возбуждении исполнительного производства, за исключением случаев, когда такой срок указан в исполнительном документе, и случаев, которые предусмотрены ч. 14 ст. 30 ФЗИП, когда такой срок не устанавливается.

По смыслу нормы применение мер принудительного исполнения возможно только при одновременном наличии указанных оснований. Применение мер принудительного исполнения до их наступления будет незаконным.

Отметим также, что согласно ч. 6 ст. 45 ФЗИП по приостановленному исполнительному производству до его возобновления применение мер принудительного исполнения не допускается.

  1. В ч. 3 комментируемой статьи установлен перечень мер принудительного исполнения, которые могут применяться судебным приставом-исполнителем как по отдельности, так и в определенной системе. Но данный перечень нельзя рассматривать как последовательность применения мер принудительного исполнения, он ее не устанавливает. Кроме того, этот перечень не является исчерпывающим. Формулировка п. 11 ч. 3 комментируемой статьи предполагает, что в качестве мер принудительного исполнения могут выступать и иные действия, предусмотренные федеральным законом или исполнительным документом.

Под федеральным законом в данном случае можно понимать ФЗИП и меры принудительного исполнения, как содержащиеся в нем и не вошедшие в перечень ч. 3 (например, ограничение выезда), так и те, которые, возможно, появятся в результате совершенствования ФЗИП или принятия иных законодательных актов.

Требования исполнительных документов могут носить разнообразный характер и предполагать множество вариантов действий по их исполнению, что не позволяет определить их исчерпывающе. В то же время такие действия при необходимости их совершения или обеспечения их совершения рассматриваются комментируемым Законом как меры принудительного исполнения, например требования о совершении либо воздержании от совершения каких-либо действий, требования о представлении документов, о внесении изменений в документы, об обязании ответчика исполнить публичную обязанность.

Каждая из перечисленных в ч. 3 комментируемой статьи мера принудительного исполнения является юридической процедурой, имеющей развернутое регулирование в соответствующих главах и статьях ФЗИП (см. в комментариях к соответствующим статьям).

 Содержание

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code