СОДЕРЖАНИЕ ОБЩЕСТВЕННОЙ ОПАСНОСТИ И ВИНЫ В ПРЕСТУПЛЕНИЯХ, ПРЕДУСМОТРЕННЫХ Ч. 1 СТ. 116 УК РФ, СОВЕРШЕННЫХ В ХОДЕ ВНУТРИСЕМЕЙНЫХ КОНФЛИКТОВ

Собрана и проанализирована судебная практика по возбужденным органом дознания в порядке ч. 4 ст. 20 УПК РФ делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 116 УК РФ, которые совершены в ходе внутрисемейных конфликтов. Внимание сосредоточено на материальной стороне преступлений, характеризующей реальные общественно опасные свойства деяний за пределами их формального соответствия законодательным дефинициям. Автор дифференцирует преступления по степени общественной опасности. Основываясь на теоретических работах ведущих российских ученых, автор предлагает собственную схему социально-правового анализа деяний данного типа, отвечающую социальным задачам и конституционно-правовому смыслу уголовного права. Результаты и выводы исследования могут быть использованы практическими работниками для обоснованной уголовно-правовой оценки рассмотренных деяний и выбора надлежащей формы публично-правового воздействия.

 

Дискреционный характер полномочий дознавателя и прокурора в отношении возбуждения уголовного дела по ч. 1 ст. 116 УК РФ в порядке ч. 4 ст. 20 УПК РФ в случаях неспособности потерпевшего самостоятельно защищать свои права и законные интересы обязывает взвешенно подходить к решению вопроса о необходимости публичного уголовного преследования. В первую очередь это касается внутрисемейных конфликтов, когда интересы потерпевшего должны быть защищены и в то же время не должны пострадать от уголовно-правового воздействия на личность родственника и негативных социальных последствий.

Прав А.Э. Жалинский, который утверждает, что уголовное законодательство и практика его применения должны работать на реализацию действительных интересов общества. Это закреплено в ст. 2 УК РФ, которая абстрактно формулирует важнейшие задачи, стоящие перед Уголовным кодексом <1>. Поскольку действия, охваченные предписанием уголовно-правовых норм, могут быть весьма различны в материально-предметном масштабе, то необходима методика социально-правового анализа существенных свойств преступления за пределами формального соответствия деяния признакам, указанным в диспозиции статьи Особенной части УК РФ. Представляется, что традиционные элементы состава преступления (объект, объективная сторона, субъективная сторона, субъект) не дают правоприменителю необходимых для этого средств, требуется дополнительное исследование материальной стороны преступления, выражающей вредоносность и общую непереносимость обществом запрещенного деяния <2>. В теории и правоприменительной практике считается общепризнанным отсутствие основания для уголовной ответственности родителя, если действия формально содержат признаки похищения или незаконного лишения свободы ребенка. Обоснованно поставить вопрос также о критериях оценки общественной опасности насильственных действий, причиняющих физическую боль, совершенных в ходе внутрисемейных конфликтов, по аналогии, например, с практикой, складывающейся в связи с малозначительностью, по таким деяниям с формальным составом, как незаконное приобретение и хранение боеприпасов (ч. 1 ст. 222 УК РФ) <3>.

———————————

<1> Жалинский А.Э. Уголовное право в ожидании перемен: теоретико-инструментальный анализ. М., 2009. С. 335. Автор справедливо указывает, что, если основанием уголовной ответственности оказывается деяние относительно безвредное, а действительно опасные не привлекают внимание законодателя, то уголовное право деформируется. Оно превращается в механизм, порождающий социальный вред. Применительно к дискреционным полномочиям органов уголовного преследования (ч. 4 ст. 20 УПК РФ) данное положение представляется актуальным и верным.

<2> Для анализа социальных свойств деяния А.Э. Жалинский применяет термин «материальная сторона преступления» с целью раскрытия содержания признаков преступления, предусмотренных ст. 14 УК РФ, возлагающей на правоприменителя обязанность доказывания общественной опасности деяния и вины лица в ходе уголовного преследования (Жалинский А.Э. Уголовное право в ожидании перемен: теоретико-инструментальный анализ. С. 334; Его же. Общественная опасность преступления в структуре уголовно-правовой оценки деяния // Юрид. мир. 2003. N 6. С. 21). В австро-немецком уголовном праве, например, соответствующих предписаний в уголовном законе нет, но материальное понятие преступления активно разрабатывается в доктрине (Roxin C. Strafrecht. Allgemeiner Teil. Band I. 4. Aufl. , 2003. S. 13 — 14). По мнению А.Э. Жалинского, не существует закрытого перечня показателей общественной опасности, их нужно дополнительно выявлять и анализировать применительно к нарушениям охраняемого блага. Лишь совокупность нормативных и не предусмотренных нормой показателей должна указывать и указывает правоприменителю как на характер, так и на степень общественной опасности (Жалинский А.Э. Уголовное право в ожидании перемен: теоретико-инструментальный характер. С. 357).

<3> Например, В. был задержан патрулем, у него был изъят один патрон от мелкокалиберной винтовки, который он перед тем нашел на улице и положил в карман (Материалы проверки с Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела ММО МВД РФ «Кушвинский» N 216 КУСП N 694 от 14 февраля 2012 г. // Архив Прокуратуры Кушвы Свердловской области. 2012 г.).

 

Преступлением в соответствии с ч. 1 ст. 14 УК РФ признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное Уголовным кодексом под угрозой наказания. Согласно ч. 2 ст. 14 УК РФ не является преступлением действие (бездействие) хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного уголовным законом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности. Отсюда следует, что при привлечении к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 116 УК РФ требуется не просто установление формального соответствия действий признакам диспозиции ч. 1 ст. 116 УК РФ, а обоснованная оценка общественной опасности и вины. Вывод о наличии общественной опасности и противоправности деяния предлагается дать в контексте затронутой деянием сферы правоотношений (в частности, регулируемой нормами семейного права).

Ниже приведены примеры из практики по возбужденным дознавателями с согласия прокурора в порядке ч. 4 ст. 20 УПК РФ уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 116 УК РФ, совершенных в отношении потерпевших их родственниками, в том числе родителями и иными лицами, причастными к воспитанию несовершеннолетних. Предложенные примеры расположены по двум группам, как представляется, в порядке уменьшения степени общественной опасности. В примеры включены отдельные черты социально-правовой характеристики личности, в некоторых приводятся показания для сопоставления с описанием существа обвинения.

Ранее не судимый С. 1993 г.р. за нанесение побоев осужден по ч. 1 ст. 116 УК РФ к 200 ч. обязательных работ <1>. 6 августа 2013 г. около 21 ч. С. в месте проживания в состоянии алкогольного опьянения в ходе ссоры на почве личной неприязни нанес множественные (не менее пяти) удары ногами по телу своей престарелой бабки 1930 г. р., схватил потерпевшую за ноги, подтащил к входной двери и с силой ударил дверью по ногам лежащую потерпевшую.

———————————

<1> Приговор мирового судьи судебного участка N 3 Кушвинского судебного района Свердловской области. Уголовное дело N 130403134. Дело рассмотрено судом в особом порядке. Здесь и далее — материалы архива Прокуратуры Кушвы Свердловской области.

 

К-ва 1973 г. р., ранее осужденная по ч. 1 ст. 115 УК РФ к штрафу в размере 5000 руб., осуждена за совершение насильственных действий, причинивших физическую боль, по ч. 1 ст. 116 УК РФ <1>. 2 октября 2013 г. К-ва в состоянии алкогольного опьянения в ходе ссоры применила насилие к своей несовершеннолетней дочери С. 1999 г.р. Согласно показаниям потерпевшей мать и ее сожитель вечером дома употребляли спиртное. Около 23 ч. потерпевшая собралась ложиться спать, но мать потребовала показать дневник. С. отказалась, потому что было поздно и мать была нетрезвая. Мать закричала на нее, обзывала, нецензурно бранилась, говорила, что дочь должна выполнять ее требования, затем принялась выкидывать вещи из школьной сумки, говорила, что все равно найдет дневник, потом неожиданно ударила дочь локтем и кулаком в лицо и разбила губу. Сожитель отвел мать в сторону. Потерпевшая убежала к соседям, вызвала полицию, так как опасалась, что мать снова будет бить, ночевать осталась у родственников.

———————————

<1> Приговор мирового судьи судебного участка N 3 Кушвинского судебного района Свердловской области. Уголовное дело N 130511134.

 

Н. 1979 г. р., ранее не судимый, осужден по ч. 1 ст. 116 УК РФ к штрафу в размере 5000 руб. <1> 10 декабря 2011 г. в ночное время Н. в состоянии алкогольного опьянения в месте проживания применил насилие к несовершеннолетней дочери своей сожительницы К. 1995 г. р.: нанес потерпевшей удар кулаком в лицо, схватил за волосы, нанес удар ногой в живот, продолжая удерживать за волосы, склонив голову, нанес два удара коленом в лицо, причинив телесное повреждение в виде кровоподтека. Согласно показаниям потерпевшей она застала родителей в состоянии ссоры, увидела у матери синяки. Мать пожаловалась, что Н. избил ее. Ссора возобновилась, Н. нанес несколько ударов К.

———————————

<1> Приговор мирового судьи судебного участка N 2 Кушвинского судебного района Свердловской области. Уголовное дело N 111628134.

 

Вторая группа примеров, по нашему мнению, обнаруживает качественно иные характеристики материальной стороны преступлений — существенное уменьшение общественной опасности.

Н. 1983 г.р., ранее не судимая, осуждена по ч. 1 ст. 116 УК РФ к штрафу в размере 5000 руб. <1> Существо обвинения описано дознавателем следующим образом: 16 января 2012 г. около 23 ч. Н. на почве личной неприязни умышленно применила в отношении малолетнего сына С. 2003 г.р. насилие, а именно нанесла не менее пяти ударов кожаным ремнем по телу, причинив физическую боль и телесные повреждения в виде множественных кровоподтеков на спине в проекции позвоночника, правой лопатки и подлопаточной области посредине. Согласно показаниям подозреваемой она ждала из школы сына, который должен был прийти около 18 — 19 ч., но пришел только в 23 ч., рассказав, что катался на горке. Мать схватила ремень, нанесла несколько ударов, сын вырвался, спрятался за кресло. По показаниям потерпевшего он вернулся домой из школы около 23 ч. Мать стала ругаться, сказала, что будет воспитывать его ремнем, если он слов не понимает, нанесла ремнем удары, от которых были множественные покраснения.

———————————

<1> Приговор мирового судьи судебного участка N 1 Кушвинского судебного района Свердловской области. Уголовное дело N 121034134. Возбуждено в порядке ч. 4 ст. 20 УПК РФ, рассмотрено судом в особом порядке.

 

Б. 1986 г. р., ранее осужденная по ч. 1 ст. 116 УК РФ к 200 ч. обязательных работ, осуждена по ч. 1 ст. 116 УК РФ за совершение насильственных действий, причинивших физическую боль, к 160 ч. обязательных работ <1>. 31 июля 2013 г. около 22 ч. Б. в месте проживания нанесла один удар ладонью по шее своему малолетнему сыну З. 2008 г.р. Согласно описанию обстоятельств в обвинительном акте Б. применила насилие на почве личных неприязненных отношений, причинив физическую боль и телесные повреждения в виде царапины на шее справа. По показаниям подозреваемой вечером она укладывала сына спать, он не слушался, и она нанесла один удар ладонью по шее, сын заплакал, но потом успокоился и лег спать. Потерпевший утверждал, что мать ударила его по шее, за что, он не помнит, позже бабушка увидела синяк. По показаниям свидетеля З-вой ее внук проживает со своей матерью — бывшей сожительницей сына З-вой. З-ва увидела на шее внука синяк. На ее вопрос внук ответил, что его ударила мама за то, что он баловался.

———————————

<1> Приговор мирового судьи участка N 3 Кушвинского судебного района Свердловской области. Уголовное дело N 130424134. Дело возбуждено дознавателем в порядке ч. 4 ст. 20 УПК РФ, рассмотрено в особом порядке.

 

О. 1969 г. р., ранее не судимая, освобождена от уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ, за примирением с потерпевшим <1>. 3 января 2012 г. около 23 ч, находясь у себя в квартире, О. нанесла несовершеннолетней дочери К. 1998 г.р. удары ремнем в область спины и голени, причинив повреждения в виде двух кровоподтеков в проекции нижнегрудного отдела позвоночника. Мотивом послужило самовольное отсутствие и позднее возвращение дочери.

———————————

<1> Уголовное дело N 121027134. Дело прекращено мировым судьей участка N 1 Кушвинского судебного района Свердловской области по ст. 25 УПК РФ.

 

Ни один из указанных случаев не повлек возможной при квалификации по ст. 116 УК РФ кратковременной утраты трудоспособности до 4% <1>. Последние три примера (вторая группа) заслуживают особого внимания для анализа с точки зрения общих критериев преступного насилия. Насилием в уголовном праве называется преступное посягательство на личную безопасность человека в виде умышленного неправомерного причинения физического или психического вреда потерпевшему вопреки (против или помимо) его воле путем энергетического (физического) или информационного (психического) воздействия на организм (органы, ткани, физиологические функции, психику) человека <2>. Физическое насилие — это преступное посягательство на физическую безопасность человека в виде умышленного неправомерного причинения вреда потерпевшему вопреки его воле. Общественно опасным последствием физического насилия является физический вред, который представляет собой вредное изменение в биологической природе человека, лишающее его личных физических благ <3>.

———————————

<1> Кондрашова Т.В. Проблемы уголовной ответственности за преступления против жизни, здоровья, половой свободы и половой неприкосновенности. Екатеринбург, 2000. С. 234.

<2> Шарапов Р.Д. Насилие в уголовном праве (понятие, квалификация, совершенствование механизма уголовно-правового предупреждения): Дис. … д-ра юрид. наук. Екатеринбург, 2006. С. 12 — 13.

<3> Там же.

 

Обоснованна позиция, что побои или иные насильственные действия, причиняющие физическую боль, будучи преступлением против здоровья человека, должны причинять определенный физический вред. По крайней мере, не всякое нарушение телесной неприкосновенности, влекущее физическую боль, может быть признано преступлением по степени общественной опасности. Так, с точки зрения медицины, физическая боль — это не только эмоциональная реакция на повреждающее воздействие, но и определенное нарушение функций организма, а ст. 116 УК РФ может рассматриваться как усеченный состав причинения вреда здоровью <1>.

———————————

 

Примечание.

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (отв. ред. В.М. Лебедев) включен в информационный банк согласно публикации — Юрайт-Издат, 2007 (7-е издание, переработанное и дополненное).

 

<1> Комментарий к УК РФ / Отв. ред. В.М. Лебедев. 6-е изд. М., 2007. С. 340 (автор комментария к ст. 116 — Г.Н. Борзенков). В отличие от автора комментария к данной статье мы пытаемся рассмотреть физическую боль в уголовном праве не только с точки зрения медицины, но и в социально-этическом контексте.

 

Можно выделить следующие отличия социально-правовой природы примеров последней группы. В примерах первой группы люди действовали, применяя грубое физическое насилие в ссоре с родственниками, находясь в состоянии алкогольного опьянения. В примерах второй группы родители применяли, как они добросовестно полагают, воспитательные меры, чтобы предупредить негативное поведение ребенка в будущем, их действия ограничены пределами одобряемого в социуме стереотипа «родительских полномочий». «Умышленный характер насильственных действий», мотив «личной неприязни» в описании преступления в обвинительных актах являются подведенным под формальное клише выводом дознавателя, а не содержанием фактической стороны дела.

Часть 1 ст. 63 Семейного кодекса РФ предусматривает, что родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей, несут ответственность за их воспитание и развитие. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей. А если жесткие воспитательные меры являются единственным средством предотвращения большего зла? Тогда примеры второй группы являют противоречивое сочетание социально полезных целей и крайних средств их достижения.

Заслуживают внимания следующие моменты, отражающие степень опасности действий для охраняемого блага. Физическая боль в телесном взаимодействии людей имеет различный смысл в зависимости от степени интенсивности и морального контекста. Сама по себе боль как резкое нестерпимое ощущение может иметь место, например, и при излишне крепком рукопожатии и т.д. Насильственное посягательство отличается от многообразных форм телесного взаимодействия тем, что имеет целью физическую и моральную дезориентацию другого человека, нарушение физического и морального равновесия.

При каких условиях можно не просто сделать вывод о намеренных действиях, а признать преступление совершенным умышленно? Вина подразумевает отрицательную оценку образа мысли и поведения. Наличие умысла означает проявление враждебной правопорядку позиции виновного. Необходима реальная мотивация в виде личной неприязни, желание вызвать не просто боль в ощутимо-эмоциональном плане (чтобы ребенок запомнил урок), но боль, по интенсивности причиняющую физический вред. Для обоснованного вывода об умышленной форме вины следует проанализировать предметное содержание умысла. Если лицо стремилось к причинению физической боли лишь в качестве эмоционального переживания, сопровождающего время нанесения ударов (своеобразного символического ритуала), и избегало причинить вредный физически и морально болезненный результат, то умышленный характер действий вызывает сомнение.

В примерах второй группы представлены случаи, происшедшие в благополучных семьях, где вопрос о лишении родительских прав никогда не ставился. Публичное уголовное преследование в данных ситуациях представляется чрезмерно репрессивным средством защиты прав потерпевшего. Поступки родителей могли быть звеньями в общем контексте социально полезных или морально оправданных действий, являясь средством подкрепления родительского авторитета или предупреждения фактов социально негативного поведения детей, например, бродяжничества, совершения хищений, употребления наркотических средств или алкоголя. Адекватность мер публично-правового воздействия подразумевает взвешенный учет негативных последствий для интересов ребенка: наказание в виде штрафа лишит материальных благ ребенка, судимость родителя отрицательно отразится на судьбе ребенка <1>.

———————————

<1> Так, отказывая в удовлетворении жалоб на отказ в возбуждении уголовного дела, органы прокуратуры Чешской Республики ссылаются на решения Конституционного суда и используют довод о субсидиарной (вспомогательной) природе уголовного права как ultima ratio при невозможности защиты законных интересов посредством иных отраслей права (Пикуров Н.И. Комментарий к судебной практике по квалификации преступлений на примере норм с бланкетными диспозициями. М., 2009. С. 448). Аналогом в практике Конституционного Суда РФ применительно к задачам настоящего исследования можно назвать Постановление от 18 мая 2012 г. N 12-П по делу о проверке конституционности положений части 2 статьи 20.2 КоАП РФ, пункта 3 части 4 статьи 5 и пункта 5 части 3 статьи 7 Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» в связи с жалобой гражданина С.А. Каткова (Рос. газ. 2012. 1 июня). Конституционный Суд РФ указал, что необходимым условием для привлечения лица к ответственности по ч. 2 ст. 20.2 КоАП РФ согласно конституционно-правовому смыслу данной нормы является установление факта причинения вреда или создания реальной угрозы причинения вреда охраняемым законом общественным отношениям, хотя состав данного правонарушения и не содержит в качестве обязательного признака каких-либо последствий. Исходя из сходства диспозиции данной нормы по конструкции со ст. 116 УК РФ (формальный состав) можно усмотреть аналогию в плане применения норм о публично-правовой ответственности. Представляется, что предлагаемый взвешенный подход к защите законных интересов несовершеннолетних потерпевших вполне в духе ст. 19 Конвенции о правах ребенка, предусматривающей принятие государством необходимых мер с целью защиты ребенка от всех форм физического или психологического насилия, оскорбления или злоупотребления, отсутствия заботы или небрежного обращения.

 

Полагаем, что в случаях, аналогичных примерам второй группы, законно выносить постановление об отказе в возбуждении уголовного дела на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ с анализом обстоятельств и ссылкой на положения ст. 38 Конституции РФ, ч. 1 ст. 63 СК РФ, ст. 5 и 14 УК РФ. При выявлении фактов, несоизмеримых с мерами воспитания, в качестве формы публично-правового воздействия законно применить меры административной ответственности за ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию детей (ч. 1 ст. 5.35 КоАП РФ). Для оценки интенсивности и общественной опасности побоев в ходе проверки сообщения о преступлении целесообразно проводить опрос потерпевшего с участием педагога или психолога, а последних опрашивать также в качестве специалистов для установления факта и оценки вреда.

 

Список литературы

 

Roxin C. Strafrecht. Allgemeiner Teil. Band I. 4. Aufl. , 2003.

Жалинский А.Э. Общественная опасность преступления в структуре уголовно-правовой оценки деяния // Юрид. мир. 2003. N 6.

Жалинский А.Э. Уголовное право в ожидании перемен: теоретико-инструментальный анализ. М., 2009.

 

Ппримечание.

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (отв. ред. В.М. Лебедев) включен в информационный банк согласно публикации — Юрайт-Издат, 2007 (7-е издание, переработанное и дополненное).

 

Комментарий к УК РФ / Отв. ред. В.М. Лебедев. 6-е изд. М., 2007.

Кондрашова Т.В. Проблемы уголовной ответственности за преступления против жизни, здоровья, половой свободы и половой неприкосновенности. Екатеринбург, 2000.

Материалы проверки с Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела ММО МВД РФ «Кушвинский» N 216 КУСП N 694 от 14 февраля 2012 г. // Архив Прокуратуры Кушвы Свердловской области. 2012 г.

Пикуров Н.И. Комментарий к судебной практике по квалификации преступлений на примере норм с бланкетными диспозициями. М., 2009.

Постановление Конституционного Суда РФ от 18 мая 2012 г. N 12-П по делу о проверке конституционности положений части 2 статьи 20.2 КоАП РФ, пункта 3 части 4 статьи 5 и пункта 5 части 3 статьи 7 Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» в связи с жалобой гражданина С.А. Каткова // Рос. газ. 2012. 1 июня.

Приговор мирового судьи судебного участка N 1 Кушвинского судебного района Свердловской области. Уголовное дело N 121034134 // Архив Прокуратуры Кушвы Свердловской области.

Приговор мирового судьи судебного участка N 2 Кушвинского судебного района Свердловской области. Уголовное дело N 111628134 // Архив Прокуратуры Кушвы Свердловской области.

Приговор мирового судьи судебного участка N 3 Кушвинского судебного района Свердловской области. Уголовное дело N 130403134 // Архив Прокуратуры Кушвы Свердловской области.

Приговор мирового судьи судебного участка N 3 Кушвинского судебного района Свердловской области. Уголовное дело N 130511134 // Архив Прокуратуры Кушвы Свердловской области.

Приговор мирового судьи участка N 3 Кушвинского судебного района Свердловской области. Уголовное дело N 130424134 // Архив Прокуратуры Кушвы Свердловской области.

Уголовное дело N 12027134 // Архив Прокуратуры Кушвы Свердловской области.

Шарапов Р.Д. Насилие в уголовном праве (понятие, квалификация, совершенствование механизма уголовно-правового предупреждения): дис. … д-ра юрид. наук. Екатеринбург, 2006.

 

References

 

Kommentarij k UK RF / Otv. red. V. M. Lebedev. 6-e izd. M., 2007.

Kondrashova T.V. Problemy ugolovnoj otvetstvennosti za prestupleniya protiv zhizni, zdorov’ya, polovoj svobody i polovoj neprikosnovennosti. Ekaterinburg, 2000.

Materialy proverki s Postanovleniem ob otkaze v vozbuzhdenii ugolovnogo dela MMO MVD RF «Kushvinskij» N 216 KUSP N 694 ot 14 fevralya 2012 g. // Arxiv Prokuratury Kushvy Sverdlovskoj oblasti. 2012 g.

Pikurov N.I. Kommentarij k sudebnoj praktike po kvalifikacii prestuplenij na primere norm s blanketnymi dispoziciyami. M., 2009.

Postanovlenie Konstitucionnogo Suda RF ot 18 maya 2012 g. N 12-P po delu o proverke konstitucionnosti polozhenij chasti 2 stat’i 20.2 KoAP RF, punkta 3 chasti 4 stat’i 5 i punkta 5 chasti 3 stat’i 7 Federal’nogo zakona «O sobraniyax, mitingax, demonstraciyax, shestviyax i piketirovaniyax» v svyazi s zhaloboj grazhdanina S.A. Katkova // Ros. gaz. 2012. 1 iyunya.

Prigovor mirovogo sud’i sudebnogo uchastka N 1 Kushvinskogo sudebnogo rajona Sverdlovskoj oblasti. Ugolovnoe delo N 121034134 // Arxiv Prokuratury Kushvy Sverdlovskoj oblasti.

Prigovor mirovogo sud’i sudebnogo uchastka N 2 Kushvinskogo sudebnogo rajona Sverdlovskoj oblasti. Ugolovnoe delo N 111628134 // Arxiv Prokuratury Kushvy Sverdlovskoj oblasti.

Prigovor mirovogo sud’i sudebnogo uchastka N 3 Kushvinskogo sudebnogo rajona Sverdlovskoj oblasti. Ugolovnoe delo N 130403134 // Arxiv Prokuratury Kushvy Sverdlovskoj oblasti.

Prigovor mirovogo sud’i sudebnogo uchastka N 3 Kushvinskogo sudebnogo rajona Sverdlovskoj oblasti. Ugolovnoe delo N 130511134 // Arxiv Prokuratury Kushvy Sverdlovskoj oblasti.

Prigovor mirovogo sud’i uchastka N 3 Kushvinskogo sudebnogo rajona Sverdlovskoj oblasti. Ugolovnoe delo N 130424134 // Arxiv Prokuratury Kushvy Sverdlovskoj oblasti.

Roxin C. Strafrecht. Allgemeiner Teil. Band I. 4. Aufl. , 2003.

Sharapov R.D. Nasilie v ugolovnom prave (ponyatie, kvalifikaciya, sovershenstvovanie mexanizma ugolovno-pravovogo preduprezhdeniya): dis. … d-ra yurid. nauk. Ekaterinburg, 2006.

Ugolovnoe delo N 12027134 // Arxiv Prokuratury Kushvy Sverdlovskoj oblasti.

Zhalinskij A.Eh. Obshhestvennaya opasnost’ prestupleniya v strukture ugolovno-pravovoj ocenki deyaniya // Yurid. mir. 2003. N 6.

Zhalinskij A.Eh. Ugolovnoe pravo v ozhidanii peremen: teoretiko-instrumental’nyj analiz. M., 2009.

А.Ю. ШИРЯЕВ

Ширяев Алексей Юрьевич — кандидат юридических наук, старший помощник прокурора Кушвы Свердловской области (Кушва).

Ключевые слова: материальная сторона преступления, насильственное посягательство, побои, форма публично-правового воздействия.

A meaning of social danger and guilt of crimes under P. 1 of Art. 116 of the Criminal Code of the RF, committed in the course of interfamily conflicts

A.Yu. Shiryaev

Shiryaev A.Yu. — Kushva, Office of Public Prosecutor of Kushva.

The author has collected and analyzed the criminal offences, initiated by a body of inquiry under P. 4 Art. 20 of the Code of Criminal Procedure of the RF, in connection with crimes, provided by P. 1 Art. 116 of the Criminal Code of the RF, committed in the course of interfamily conflicts. He focuses on its material side that discovers the real socially dangerous features of deeds beyond their formal compliance with legal definitions. The author differs the crimes according to the degree of their social danger. Basing on the papers of the most outstanding Russian scientists the author offers his own scheme of the social legal analysis of this type of deeds that meets social tasks and a constitutional legal meaning of criminal law. The results of the study can be used by practitioners for a meaningful criminal legal assessment of examined deeds and for a choice of the relevant form of a public legal influence.

Key words: material side of crime, violent encroachment, beatings, form of a public legal influence.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code