Определение Верховного Суда РФ от 14.04.2010 N 66-О10-41

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 14 апреля 2010 г. N 66-О10-41

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Червоткина А.С.

судей Фетисова С.М. и Боровикова В.П.

при секретаре Н.

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по кассационному представлению государственного обвинителя Желбанова Т.С. и кассационной жалобе обвиняемой А. на постановление Иркутского областного суда от 28 января 2010 года, которым уголовное дело в отношении

К., <…>, судимого:

1) 19 апреля 1991 года по ч. 2 ст. 196, ч. 3 ст. 196, ч. 4 ст. 224, п. п. «а», «и» ст. 102, ч. 1 ст. 40 УК РСФСР к 15 годам лишения свободы, освобожденного 4 февраля 2000 г. условно-досрочно с неотбытым сроком 3 года 5 месяцев 2 дня

2) 16 августа 2006 года по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года,

А., <…>, не судимой, обвиняемых по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

возвращено прокурору Иркутской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Мера пресечения К. и А., оставлена — содержание под стражей.

Для производства следственных и иных процессуальных действий органам предварительного следствия срок содержания К. и А. под стражей продлен до 28 февраля 2010 г.

Заслушав доклад судьи Фетисова С.М., выступление обвиняемых К. и А., адвокатов Кротовой С.В. и Озеровой И.Л., поддержавших кассационную жалобу и возражавших против удовлетворения кассационного представления, мнение прокурора Кузнецова С.В. об отмене постановления по основаниям, указанным в кассационном представлении, и отказе в удовлетворении кассационной жалобы А., судебная коллегия,

 

установила:

 

Органами следствия К. и А. предъявлено обвинение в убийстве Н., совершенном группой лиц 7 — 9 февраля 2009 года в гор. Иркутске.

В обоснование своего решения о возврате уголовного дела прокурору суд указал, что органами предварительного следствия обвиняемым не разъяснены положения главы 40-1 УПК РФ о праве на заключение досудебного соглашения о сотрудничестве. С учетом заявления обвиняемого К. в судебном заседании о наличии у него желания заключить досудебное соглашение о сотрудничестве суд признал эти обстоятельства существенным нарушением уголовно-процессуального закона, препятствующим рассмотрению уголовного дела по существу.

Не соглашаясь с постановлением, государственный обвинитель Желбанова Т.С. просит постановление в части возврата дела прокурору отменить, уголовное дело направить в тот же суд для рассмотрения по существу со стадии предварительного слушания. В обоснование она указывает, что глава 40-1 УПК РФ не содержит требования о необходимости отдельного разъяснения порядка заключения досудебного соглашения о сотрудничестве подозреваемому или обвиняемому следователем. При предъявлении обвинения К. и А. разъяснено право заявлять любые ходатайства, следовательно, и о заключении досудебного соглашения (т. 7 л.д. 189 — 192, 201 — 204). Согласно ст. 38 УПК РФ в обязанности следователя не входит разъяснение нормы ст. 317-1 УПК РФ. В ходе предварительного следствия К. вину в совершении преступления не признавал и отказывался от дачи показаний, что свидетельствует о его нежелании сотрудничать со следствием. Преступление было совершено в условиях неочевидности и раскрыто в результате проведения оперативно-следственной работы. Лишь в последнем судебном заседании К. заявил о своем желании заключить досудебное соглашение, что свидетельствует о его намерении затянуть сроки рассмотрения дела по существу. Доводы суда о нарушении права на защиту обвиняемого К. в связи с тем, что ему не разъяснено право на заключение досудебного соглашения о сотрудничестве являются необоснованными.

В возражениях обвиняемые К. и А. просят постановление о возврате дела прокурору оставить без изменения.

Обвиняемая А. в кассационной жалобе просит постановление в части меры пресечения изменить на подписку о невыезде, указывая, что с 13 ноября 2009 г. по 25 декабря 2009 г. она содержалась под стражей незаконно, т.к. Верховный Суд РФ определением от 29 декабря 2009 г. отменил постановление Иркутского областного суда от 13 ноября 2009 г. Судом не учтено длительное содержание ее под стражей, состояние здоровья, несоответствие характеристик действительности. Уголовное дело сфабриковано, обвинение построено на предположениях. Информация о том, что она не занималась воспитанием дочери, не проверялась и является недействительной. Поскольку обжалованным постановлением срок содержания ее под стражей был продлен до 28 февраля 2009 г., после этой даты срок содержания ее под стражей в установленном законом порядке не продлевался, то она находится под стражей незаконно.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления и кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 317-1 УПК РФ ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве подается подозреваемым или обвиняемым в письменном виде на имя прокурора. Подозреваемый или обвиняемый вправе заявить ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве с момента начала уголовного преследования до объявления об окончании предварительного следствия. В этом ходатайстве подозреваемый или обвиняемый указывает, какие действия он обязуется совершить в целях содействия следствию в раскрытии и расследовании преступления, изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления, розыске имущества, добытого в результате преступления.

Как видно из материалов дела, в ходе предварительного следствия К. вину в совершении преступления не признавал и отказывался от дачи показаний. Заявление о желании заключить досудебное соглашение К. сделал лишь в предварительном слушании, назначенном в связи с заявлением обвиняемых о рассмотрении уголовного дела с участием присяжных заседателей. При этом К. не указал — какие именно действия он обязуется совершить в целях содействия следствию в раскрытии и расследовании преступления, изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления, розыске имущества, добытого в результате преступления. В то же время К. заявил ходатайства об исключении из числа доказательств протоколов допроса ряда свидетелей и опознания по фотографии, об исследовании в судебном заседании всех материалов уголовного дела, вызове в судебное заседание дополнительных свидетелей и лиц, участвовавших при проведении следственных действий.

Изложенные обстоятельства не подтверждают согласие К. с предъявленным обвинением, что предусматривается ст. ст. 317-7 ч. 1, 316 УПК РФ, и его заявление о желании сотрудничать с органами следствия.

В суде кассационной инстанции К. и А. подтвердили свое несогласие с предъявленным им обвинением.

По смыслу главы 40-1 УПК РФ заключение досудебного соглашения о сотрудничестве обязанностью стороны обвинения не является, зависит не только от желания подозреваемого (обвиняемого), но и от волеизъявления следователя, руководителя следственного органа и прокурора, представляющих сторону обвинения.

По настоящему делу сторона обвинения возражает против удовлетворения заявления К., считая его направленным на затягивание рассмотрения уголовного дела по существу.

Кроме того, возможности для заключения досудебного соглашения о сотрудничестве между обвиняемыми и стороной обвинения по данному делу уже утрачены, поскольку, по мнению органов следствия, преступление раскрыто, все его участники установлены и изобличены, собранные доказательства подтверждают виновность К. и А. во вменяемом им преступлении, предварительное расследование закончено, уголовное дело направлено в суд для рассмотрения по существу.

Что касается нарушения органами предварительного следствия уголовно-процессуального закона (ч. 1 ст. 11 УПК РФ), выразившегося в том, что обвиняемым К. и А. не были разъяснены право заявить ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве с органами следствия и порядок рассмотрения такого ходатайства, то с учетом изложенных обстоятельств в данном конкретном случае это не препятствует рассмотрению дела по существу и не исключает возможности постановления судом приговора или вынесения другого решения.

Поэтому судебная коллегия считает, что оснований для возврата дела прокурору у суда не имелось, в связи с чем постановление в этой части подлежит отмене, а дело — направлению на судебное рассмотрение.

Как следует из материалов дела, А. задержана 9 февраля 2009 года в порядке ст. 91 УПК РФ.

11 февраля 2009 года Октябрьским районным судом г. Иркутска ей избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Сроки содержания А. под стражей продлевались в установленном законом порядке.

Мера пресечения А. в виде заключения под стражу избиралась, а затем сроки ее действия продлялись с учетом того, что она обвиняется в совершении особо тяжкого преступления и, находясь на свободе, может скрыться от следствия и суда, угрожать свидетелям, тем самым воспрепятствовать производству по делу.

Согласно ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

Данных, свидетельствующих о том, что основания, обусловившие избрание в отношении обвиняемой указанной меры пресечения, отпали и что имеется необходимость в ее отмене или изменении на более мягкую, в материалах дела не имеется.

Вопреки утверждению А., постановление Иркутского областного суда от 13 ноября 2009 г. определением Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 29 декабря 2009 г. не отменено, а изменено — срок содержания ее под стражей продлен до 29 января 2010 года.

Постановление Октябрьского районного суда гор. Иркутска от 23 декабря 2009 г. о продлении срока содержания А. под стражей до 4 февраля 2010 г. указанному определению не противоречит.

Согласно ч. 3 ст. 237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого. При необходимости судья продлевает срок содержания обвиняемого под стражей для производства следственных и иных процессуальных действий с учетом сроков, предусмотренных ст. 109 УПК РФ.

С учетом изложенного суд правильно отказал А. в удовлетворении ходатайства об изменении меры пресечения на подписку о невыезде и продлил срок содержания ее под стражей до 28 февраля 2010 г.

В постановлении суда указаны конкретные мотивы принятого решения о продлении срока содержания А. под стражей с учетом обоснованного подозрения в ее причастности к совершению особо тяжкого преступления, а поэтому доводы о незаконности и необоснованности постановления нельзя признать состоятельными.

Вопреки доводам жалобы судом учитывались сведения о ее личности, семейном положении, состоянии здоровья, конкретные обстоятельства дела, наличие оснований полагать, что она может скрыться, воспрепятствовать производству по уголовному делу путем воздействия на участников процесса.

Данных о том, что А. проживала совместно с несовершеннолетней дочерью и занималась ее воспитанием, в материалах дела не содержится.

Вопросы доказанности либо недоказанности вины подсудимого при рассмотрении вопроса о мере пресечения судом не исследуются. Поэтому доводы ее о том, что уголовное дело сфабриковано, обвинение построено на предположениях — не могут быть приняты во внимание.

Поскольку коллегией проверяется законность и обоснованность постановления Иркутского областного суда от 28 января 2010 года, то правовая оценка законности содержания обвиняемых под стражей после 28 февраля 2010 года при настоящем кассационном рассмотрении не дается.

В связи с истечением срока содержания К. и А. под стражей, с учетом обвинения в совершении особо тяжкого преступления, а также данных, свидетельствующих о возможности скрыться от следствия и суда, угрожать свидетелям, воспрепятствовать производству по делу, коллегия считает необходимым избрать им меру пресечения в виде заключения под стражу.

Учитывая изложенное и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

 

определила:

 

Постановление Иркутского областного суда от 28 января 2010 года в отношении К. и А. в части возврата уголовного дела по обвинению К. и А. по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ прокурору Иркутской области — отменить.

Уголовное дело по обвинению К. и А. по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ направить в Иркутский областной суд на судебное рассмотрение со стадии предварительного слушания.

Избрать К. и А. меру пресечения в виде заключения под стражу на срок до 14 июня 2010 года.

Кассационную жалобу А. оставить без удовлетворения.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*

code